ЛитМир - Электронная Библиотека

После, почти суток, непрерывной беготни и аврала, команду Словника вернули на базу, где всех усадили за писание отчетов. «Писать отчеты» помогали «старшие братья» из числа контрразведчиков ЧФ. Словника «пытали» дольше всех, пытаясь понять, куда мог бы деться его друг Левченко. Да, кстати, забыл сказать, что Степан Левченко, он же Удав, исчез. Вот только еще мгновение назад он, тихо лежал на земле, уткнувшись лицом в снег, а уже через минуту, когда подъехала первая машина с ГБР, Степан на прежнем месте уже не было, да и следов по котором можно было понять в какую сторону он пошел тоже не было. Мистика! Только сейчас Слон узнал, что его школьный друг Степан был не обычным, рядовым «майданутым», которые скакали на площадях с криками: «Хто не скачэ, той маскаль!», нет, Левченко был одним из самых «злых» полевых командиров Майдана, и пусть его Змеиная сотня просуществовала совсем немного, но след в «революции достоинства» она оставила настолько ярких, что многие кого сейчас вынесло наверх к власти в Украине, до сих по прошибает холодный пот, от одного упоминания о Змее и его сотне.

Референдум 16 марта прошел спокойно и без особых эксцессов, крымчане подавляющим большинством проголосовали за присоединение полуострова к Российской федерации. Ни мировая, ни местная общественность, так и не узнала, о том, что всего за несколько дней до референдума на полуострове была раскрыта разветвленная сеть засланный из Украины диверсантов, чьи планы входило устроить в день проведения голосования настоящую мясорубку, которая неминуемо переросла бы в полномасштабную гражданскую войну, а потом, возможно и в прямые вооруженные столкновения между Украиной и Россией. При этом особым секретом ни для кого не было, что на стороне Украины, тут же бы выступила Америка и страны НАТО, а вот это грозило бы уже самой настоящей мировой войной. Какой по счету? Первая была, вторая была, даже третья, она же «холодная», то же была, которую, кстати, СССР проиграл в чистую, ну, значит, эта война была бы четвертой. Она же стала для небольшой планеты в солнечной системе, под названием Земля, последней. И получается, что всех спасли не какие-нибудь там супер секретные шпионы, типа Джеймса Бонда, а простые парни, мимо которых пройдешь на улице и даже не обратишь на них никакого внимания.

Всего во время проведения операции по выявлению украинских диверсантов, было задержано тридцать два человека, еще сто двадцать, задержали в течение последующих двух суток, им вменяли в вину пособничество в террористической деятельности. При задержании были ранены трое сотрудников крымской милиции, а пятерых злодей убили на месте, так как они не желали сдаваться тихо и мирно. Один из застреленных, оказался очень интересным типом, его тело, кстати, потом забрали себе контрразведчики, так вот, убитый проходил по базе СВР, как оперативный агент-аналитик Пентагона. А еще, при обыске одного из частных домов в пригороде Симферополя, который находился в непосредственной близости с городским аэропортом, были найдены следы от хранения продолговатых тяжелых ящиков. Что было в этих ящиках и куда они делись, тоже осталось загадкой. По мнению экспертов там были переносные ракетно-зенитные комплексы, да и опрос свидетелей показал, что буквально за час до визита в дом спецназовцев, из двора выехал небольшой китайский грузовик, который вывез стопку крупногабаритного груза.

В том злополучном КамАЗе, который расстрелял Удав, погибло в общей сложности восемнадцать человек, из которых только трое имели непосредственное отношение к «майданутым», остальные пятнадцать человек были из числа крымских татар, которым просто напросто задурили голову, обманом втянув в эту авантюру, и если бы они выжили, то, скорее всего, отделались бы условными сроками или вообще административными штрафами или общественными работами. Молодых парней, в возрасте от пятнадцати до двадцати лет, завербовали через родственников проживавших в Киеве и активно участвовавших в «революции достоинства». Пацанам наобещали золотые горы и от них требовалось всего лишь несколько дней походить в российском камуфляже.

Борис Иванеж пробыл в подвале базы «Беркута» всего два дня, а потом отбыл в мир иной, причем сделал он это по собственному желанию — перегрыз вены на запястье правой руки и умер от потери крови. Следить за подозреваемым было некому, весь личный состав спецназа был на выезде, вот и проморгали, самоубийцу, хотя, как говорит опер, который последним общался с Ёжом, у того, «крыша съехала» основательно и злодей не представлял в оперативном плане никакого интереса.

Полковника взять так и не удалось, он скрылся на территории одной из в/ч, а потом, его оттуда вывезли на вертолете под видом журналиста. Этот факт, конечно, оказался наиболее обидным, но даже тех, кого удалось арестовать в ходе операции по предотвращению терактов, с головой хватало, чтобы смело утверждать, что крымскому «Беркуту» и ополчению, при поддержке «вежливых людей», удалось в сухую переиграть противника, сохранив на полуострове мир и порядок.

Капитан Словник из всей этой истории вышел практически без потерь, его особо не наказали, но и к наградам и поощрениям не представили. Но Владимир был только этому рад, он переехал с семьей в другую квартиру, скромную двухкомнатную «хрущевку», на окраине города. Сумку с деньгами, которые оставил в квартире Удав, Словник сдал, как вещдок, зарплаты, которую он должен будет получать, служа в российской полиции, ему и семье хватит и так, а деньги Левченко, он брать не хотел, не хорошие это были деньги, кровавые, не будет от них пользы, только вред один. Леший и Гвоздь остались служить в Симферополе, а вот Панас решил вернутся домой, где ему пообещали должность начальника склада.

Двадцать третьего марта, ровно через неделю, после референдума, капитан Словник, возвращался домой, время было уже позднее — без четверти полночь и до дома оставалось пройти всего ничего — два квартала, когда в кармане куртки раздалась трель вызова мобильного телефона. Номер звонившего, был Слону не известен.

— Здорово, мой хоботообразный друг, — раздался в динамике голос Удава. — Дрыхнешь?

Голос у Левченко был какой-то скрипучий и тихий, казалось, что на том конце провода говорит не живой человек, а обезличенная запись диктофона. Видимо Степан очень устал или был болен.

— Нет, — коротко ответил Слон, не понимая, как ему реагировать, ведь совершенно понятно, что после всего случившегося, номер телефона капитана Словника, сто процентов находится «на прослушке». — Что у тебя с голосом? Простыл?

— Нет, просто устал я чего-то. Мне нужна от тебя небольшая услуга. Вернее, это я вам окажу небольшую услугу. После того большого шмона, что вы устроили, многие залегли на дно, так вот, одну такую группу я выявил. Четыре человека, из «правосеков», все западенцы, вооружены. Представляют большую опасность, потому что потеряли связь с командованием и хотят замутить что-то свое. Никакого оперативного интереса они не представляют, поэтому советую не брать их живыми, да они и не дадутся.

— Где их можно найти?

— Я не знаю их берлоги, но мне удалось им слить инфу, где можно сорвать большой куш. Короче, передай своим, что через тридцать минут, не территорию бывшей табачной фабрики, что на улице Элеваторной, там сейчас всякие склады и офисы. Вот в один из офисов и направляются бандерлоги, они будут в белом «Фольцвагене Т4».

— Понял. А как ты сам? Может встретимся? Тебе помощь нужна?

— Прощай Слон, мы не встретимся больше, — сказал тихим голосом Левченко и связь оборвалась.

Словник несколько попытался набрать номер, с которого звонил Степан, но все безуспешно, Левченко отключил телефон. Немного подумав Владимир, позвонил на базу и сообщил, слово в слово, что ему рассказал Левченко. Через несколько минут Слону перезвонили с базы и приказали срочно возвращаться на работу. Владимир вернулся на дорогу и, поймав попутку, решил, ехать на работу кружным путем, так чтобы проехать по улице Элеваторной. Хоть она и располагалась на другом конце города и Словник никак не успел бы, туда добраться за полчаса, но он все равно не мог себя пересилить, уж очень странно выглядело прощание Левченко, как будто он собрался умирать.

68
{"b":"582994","o":1}