ЛитМир - Электронная Библиотека

обретшей имя Эллар.

Жизнь явилась из земли с появлением света, направляемая марной

превращения. Пробужденные ее силой, растения потянулись к жару

Краана, множась в формах и цветах, единосущные им животные

отделились от растительной материи и обрели собственное бытие, ходя,

ползая и летая, из материи вод произошло то, что плавает. После

животных из рожденной марнами материи явились дэмы — поздние

сущности Рудары, вобравшие в себя текущие в ней силы марн: сильфы и

духи мест относятся к ним.

Совершенная красота царила в созданной марнами Рударе, но по-

прежнему в ней было мало движения, и тогда снова произошло рождение:

дети неба, азарлары, произошли от четырех марн. Каждый из них был

наделен грубой оболочкой, которую мог покидать по желанию, и каждый

нес в себе частицу марны, его создавшей. Горячая и холодная марны

осеняли старших братьев — пылкого, гордого сердцем Кайлала и

ясноликого Сильвана, марну ветра таил в себе стремительный Кахут, а

живородящая марна превращения наполняла азарлу Маваллу, прекрасную,

как сама жизнь. Покинув бесконечное пространство, они сошли в мир

времени, чтобы дать ему движение. Каждый из них нашел среди дэмов

того, кто был ему ближе иных по сущности, и соединился с ним, породив

первых детей Рудары — эльфов, существ, осененных светом марн, но по

своей природе сопричастных тверди. Каждый из азарларов дал своим

детям силу, что была в нем — эллари получили свет Эллар, краантль —

солнечный огонь, логимэ открыты токи земли и всего, что на ней растет, а

каждый порыв ветра — это привет Кахута для ирилай.

Дружны были дети богов, но ближе всех друг другу были старшие сыновья

— Сильван и Кайлал. Точно орлы из одного гнезда были равны они!

Славными и великими деяниями был отмечен их век — столь славными, что

никто и никогда не смог даже приблизиться к их величию, и слава их была

благословением и защитой для народов, ими порожденных. Два великих

города построили они для своих детей: лунный — Рас-Сильван, и

солнечный — Рас-Кайлал или Золотой город. Однако грубые тела их были

хрупче духа — пришел час, и они истончились, а сами азарлары покинули

оковы материи, чтобы пребывать вне формы, которую могут принять

заново по своему желанию, буде узрят в том необходимость. Но, даже

уходя из грубого мира, азарлары продолжали думать о счастье своих

народов: они оставили им часть своей силы, и была она заключена в двух

венцах, некогда венчавших их головы. Точно луч луны сияла серебряная

корона Сильвана, пронзая своим светом даже самую темную ночь; точно

яркий свет солнца горели золото и янтарь на короне Кайлала, прозванной

янтарным венцом.

Понимая, сколь огромная сила заключена в этих дарах, старшие жрецы

солнца и луны с благоговением хранили священные реликвии, данные

великими королями. Они уложили их на шелк и бархат, спрятали в

драгоценные ларцы, дабы никто и никогда не смог похитить их. В

сокровищнице луны в Рас-Сильване хранился серебряный венец, краантль

же предпочли сберегать свою драгоценность в храме Рас-Кайлала: в

подножии золотой статуи Краана была сделана специальная ниша, где

пребывал ларец с янтарной короной, лишь по праздникам являемой

жителям города. Так проходили годы — в благоденствии и покое; много

лет народы солнца и луны шли вровень, не уступая друг другу ни в силе,

ни в мудрости, пока великое несчастье не пало на головы краантль…

***

В назначенный день вошли Лайлокир и Кров в храм Солнца, и солнце

сделало свой выбор, и выбор пал на Лайлокира. Перед неугасимым

пламенем, под золотым взглядом лучезарного бога он принес присягу на

верность своему призванию; двое жрецов торжественно отметили его тело

знаком солнечного колеса, а жители Рас-Кайлала приветствовали его

радостно, желая славы и силы. И лишь одно сердце в городе не полнилось

радостью в этот день — гордое сердце Крова. Не в силах перенести удара,

он в сердцах проклял презревшее его дневное светило — и свет в его

сердце обратился во тьму… В разгар празднества явился он в храм —

мрачный, точно ночь, исполненный горечи и обиды. Его вид был столь

хмур, что эльфы невольно расступились; твердым шагом подошел он к

золотой статуе и, вскинув голову, бесстрашно впился взглядом в лицо

могучего бога. «Ты отверг меня, — возгласил он громовым голосом. — И я

так же отвергаю тебя! Я научусь жить без твоего света, а после — отберу у

тебя город, которым ты правишь, и город этот станет моим или же

погибнет!». Так говорил он, и в словах его было столько силы и ярости,

что ужас охватил собравшихся краантль. Даже не взглянув на них, Кров

развернулся и покинул храм, затем собрал верных ему воинов и вместе с

ними и их семьями покинул Рас-Кайлал. Оставшиеся краантль назвали их

магонами — «проклявшими».

С тех пор никто ни разу не видел ни Крова, ни последовавших за ним

краантль. Лишь изредка доходили слухи о том, что путешественники

встречали на своем пути странных эльфов, похожих на краантль, и что на

их флагах вместо золотого орла было изображено затмение — черный круг

с белой короной, опоясывающей его. Но то были лишь слухи, приносимые

ветром странствий — сами жители города никогда больше не видели

никого из тех, кто покинул Рас-Кайлал в тот злосчастный день.

Но недолго они скорбели по этой утрате, ибо истинный жрец солнца

остался с ними. С каждым днем росли силы Лайлокира, но, увы, не мудро

распорядился он ими. Очень скоро власть ослепила его, и возомнил он, что

нет никого из существ как видимых, так и невидимых, как небесных, так и

земных, а также тех, что живут в водах, в тени и в воздухе, с кем он не

смог бы совладать. И ослепление его было настолько сильно, что бросил

он вызов самому богу солнца, всесильному Краану. Придя в храм Солнца,

как некогда его брат, он сказал перед золотой статуей: «Я больше не

служу тебе, ибо не нуждаюсь более в твоей помощи! Я сам в силах

защитить свой народ и свой город».

Точно в ответ на дерзкие слова пламя костра взвилось, на мгновение

заполнив собой все пространство храма. В страхе отступил мятежный

эльф; когда же пламя утихло, он подошел к алтарю и открыл ларец, чтобы

вынуть из него корону и увенчать себя. Но корона исчезла… Сколько ни

пытался Кров и другие жрецы найти ее или хотя бы понять, куда она

делась, им не удалось вернуть ее. Смута и печаль охватили солнечных

эльфов — сила, что пребывала с ними тысячелетиями, покинула город. С

тревогой смотрели дети солнца в будущее, и, как оказалось, опасения их

были не напрасны…

Много лет прошло с тех пор. Жизнь в городе Солнца продолжалась, но не

было уже в ней былой беспечности — горести и беды преследовали его

одна за другой! На поля зачастил недород, засуха и морозы стали

привычными гостями. К несчастью, неурожай стал не единственной бедой

краантль: одна за другой на неприступный, неуязвимый до сих пор город

обрушивались орды врагов — он словно притягивал их! Сыновья солнца

стойко обороняли свой дом, но бедам, казалось, не было конца, и за одним

поборотым несчастьем следовали три других, еще более тягостных.

В конце концов, всем стало ясно: забрав корону, солнечный бог проклял

некогда любимый город, а вместе с ним и весь населяющий его народ — за

безрассудную гордыню, ослепившую его лучших сыновей, за жажду власти

и силы, ожесточившую гордые сердца. И единственное, что могло спасти

город от неминуемой гибели — это венец Кайлала, но как его вернуть,

никто не знал. Не раз и не два старшие жрецы солнца ломали светлые

головы, думая, как вернуть утраченную реликвию, ибо верили — вернись

19
{"b":"582995","o":1}