ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Смотрите, — сказала Триллиан, — а вон и Марвин.

Они посмотрели туда, куда она указывала. В полумраке маячила небольшая металлическая фигура, вяло трущая тряпкой уголок огромного серебристого межпланетного крейсера.

От движущегося подиума отходили с небольшими интервалами широкие прозрачные трубы, спускающиеся к полу парковки. Зафод шагнул в одну из них и мягко съехал вниз. Все остальные последовали за ним. Вспоминая об этом позже, Артур Дент думал, что это было самым приятным из всех его путешествий в галактике.

— Марвин! — сказал Зафод, направляясь к роботу. — Мы страшно рады тебя видеть.

Марвин обернулся. Его лицо, насколько только неподвижное металлическое лицо может что-то выражать, выражало укор.

— Неправда, — сказал он, — меня никто никогда не рад видеть.

— Ну и ладно, — сказал Зафод и, отвернувшись, пошел рассматривать корабли. Форд пошел вслед за ним.

Триллиан и Артур подошли к Марвину.

— Нет, мы, правда, рады, — сказала Триллиан, потрепав его по плечу и вызвав у него неприязненную усмешку, — ты ведь ждал нас здесь все это время.

— Пятьсот семьдесят шесть миллиардов три тысячи пятьсот семьдесят девять лет, — сказал Марвин. — Я считал.

— Ну вот, мы и пришли, — сказала Триллиан, чувствуя (и вполне справедливо, по мнению Марвина), что звучит это глуповато.

— Самыми плохими были первые десять миллионов лет, — сказал Марвин. — И вторые тоже. Третьи десять миллионов — вообще дрянь. А после этого мне стало уж совсем тоскливо.

Он замолк, и молчал, пока они не почувствовали, что им пора что-нибудь сказать, а затем заговорил снова:

— Больше всего удручают люди, с которыми приходиться разговаривать на этой работе, — сказал он и снова замолчал.

Триллиан прочистила горло.

— Это…

— Самая интересная беседа у меня состоялась сорок миллионов лет назад, — продолжил робот неожиданно.

И снова пауза.

— Бо…

— Я тогда пообщался с кофейным автоматом.

— Но это…

— Ведь ты же не хочешь со мной разговаривать, правда? — уныло произнес Марвин.

Триллиан стала разговаривать с Артуром.

Форд приглядел несколько кораблей, вид которых ему очень понравился.

— Зафод, — позвал он, — посмотри-ка на эти тачки.

Зафод посмотрел, и ему они тоже понравились.

Корабль, на который они смотрели, был небольшим, но очень эксклюзивным, явно игрушкой богатого юнца. Собственно, смотреть было особенно не на что. Больше всего он напоминал узкий бумажный самолетик двадцати футов в длину, сделанный из тонкой, но прочной металлической фольги. В задней его части располагалась небольшая горизонтальная двухместная кабина. У него был маленький симпатичный двигатель, который едва ли позволил бы ему развить приличную скорость. Что у него в самом деле было хорошего, так это радиатор.

Этот радиатор весил два миллиарда тонн и помещался внутри черной дыры, вмонтированной в электромагнитное поле в центре корабля. Этот радиатор позволял кораблю приближаться на несколько миль к желтому солнцу, захватывать солнечные вспышки с его поверхности и ездить на них.

Езда на солнечных вспышках — одно из наиболее экзотических и веселых развлечений из всех существующих, и отважиться на них (а также позволить их себе) могут лишь самые экстравагантные личности Галактики. Еще они ошеломляюще опасны: те, кто не погибает во время катания, неизменно умирают от сексуального истощения на бомондных вечеринках в клубе «Дедал».

Форд и Зафод посмотрели на корабль и пошли дальше.

— А вон смотри, какая крошка, — сказал Форд. — Вон то оранжевое звездное багги с черными солнечными отражателями.

Это звездное багги тоже было небольшим кораблем. В принципе, его неправильно было даже называть звездным: уж чего-чего, а межзвездных перелетов оно потянуть не могло. В действительности это был спортивный межпланетник, которому оказали незаслуженную честь. Однако с неплохими очертаниями. Они не остановились возле него.

Следующий корабль был большим, около тридцати ярдов в длину: космический лимузин, сделанный на заказ с единственным намерением — чтобы тех, кто его увидит, стошнило от зависти. А его раскраска и примочки явно говорили: я не только так богат, что могу позволить себе этот корабль, я так богат, что могу не воспринимать его всерьез. Это было на удивление отвратительно.

— Нет, ты посмотри, — сказал Зафод, — многоузловой кварк-привод, персплексовые подножки. Не иначе как Лазлар Лирикон на заказ делал.

Он внимательно исследовал каждый дюйм корабля.

— Да, — подытожил он, — вот, смотри, инфрарозовая ящерица на нейтринном обтекателе, логотип Лазлара. У этого кадра просто никакого стыда нет.

— Как-то недалеко от туманности Акселя я шел на полной скорости, — сказал Форд, — а какой-то жлоб на вот такой же тачке обошел меня почти на холостых оборотах. Просто невероятно.

Зафод понимающе присвистнул.

— А через десять секунд, — продолжил Форд, — он врезался прямо в третью луну Беты Джаглана.

— Что, правда?

— Но корабль, конечно, замечательный. Выглядит, как рыба, двигается, как рыба, а рулит, как корова.

Форд огляделся.

— Эй, смотри сюда, — позвал он, — с этой стороны огромное граффити. Взрывающееся солнце, эмблема «Зоны разрушений». Наверно, корабль Черного. Везучий черт. Это из той песни, помнишь, в конце которой каскадерский корабль врезается в солнце. Эффектное шоу. Вот только большой расход каскадерских кораблей.

Но внимание Зафода было уже не здесь. Его внимание было приковано к кораблю, стоявшему рядом с лимузином Черного Дезиато. Челюсть его отпала.

— Это… — сказал он, — это реально вредно для глаз…

Форд посмотрел в ту сторону и тоже застыл в изумлении.

Это был корабль простых классических форм, похожий на приплюснутого лосося, двадцати ярдов в длину, очень гладкий и обтекаемый. Замечательным в нем было только одно.

— Какой он… черный! — сказал Форд Префект. — С трудом даже угадываешь его контуры… Кажется, что свет просто проваливается в него!

Зафод не сказал ничего. Он влюбился.

Чернота корабля была настолько абсолютной, что было почти невозможно сказать, насколько близко вы к нему находитесь.

— Взгляд просто соскальзывает с него… — сказал Форд изумленно. Момент был эмоциональный. Он прикусил губу.

Зафод приблизился к кораблю медленно, как человек, которым овладело желание — желание овладеть. Он протянул руку, чтобы прикоснуться к кораблю — рука замерла в воздухе. Он снова протянул руку — она снова замерла.

— Иди сюда, потрогай его поверхность, — сказал он почти шепотом.

Форд протянул руку, рука остановилась.

— Нет… никак… — сказал он.

— Ты видишь? — сказал Зафод. — Полное отсутствие трения. Как же он должен лететь!

Он повернулся к Форду с серьезным видом. Во всяком случае, одной головой — вторая по-прежнему благоговейно взирала на корабль.

— И что же ты думаешь об этом, Форд? — спросил он.

— То есть… э-э… — Форд быстро оглянулся вокруг. — Ты хочешь сказать, что надо его угнать? Думаешь, нам стоит это делать?

— Думаю, нет.

— И я думаю, нет.

— Но угоним, ведь так?

— А что нам остается?

Они по-прежнему не могли отвести глаз, пока Зафод с усилием не взял себя в руки.

— Надо бы рулить поскорее, — сказал он. — А то через минуту-другую Вселенная накроется, и все эти Капитаны Африки поползут сюда искать свои кораблики.

— Зафод, — сказал Форд.

— Да?

— Как мы это сделаем?

— Запросто, — сказал Зафод и обернулся. — Марвин! — позвал он.

Медленно, с трудом переставляя ноги, с бесчисленными поскрипываниями и полязгиваниями, которые он умело симулировал, Марвин повернулся на его оклик.

— Давай-ка сюда, — сказал Зафод. — Тут для тебя работенка.

Марвин подтащился к ним.

— Мне она не доставит удовольствия, — сказал он.

— Доставит-доставит, — радостно уверил его Зафод. — Перед тобой открывается новая жизнь.

— Еще одна? О, нет! — простонал Марвин.

21
{"b":"583089","o":1}