ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— А что означает, — спросил он, — ковчег «Б»?

— Вот это, — ответил капитан и радостно побрызгал вокруг себя водой из утенка.

— Да, — сказал Форд, — но…

— Видите ли, произошло вот что, — сказал капитан, — наша планета была, так сказать, обречена.

— Обречена?

— О да. Поэтому решили — давайте посадим все население в какие-нибудь гигантские космические корабли и полетим заселять другую планету.

Поведав это, он уселся поудобнее и удовлетворенно хмыкнул.

— Вы имеете в виду, не столь обреченную? — попытался подтолкнуть его к продолжению Артур.

— Что вы сказали, милейший?

— Вы хотели высадиться на менее обреченной планете?

— Высадиться, да. Поэтому решили построить три корабля, понимаете, три космических ковчега, и… я вас не утомил?

— Нет, нет, — поспешил уверить его Форд, — это просто захватывающе.

— Вы знаете, это так приятно, — с признательностью ответил ему капитан, — поговорить для разнообразия с кем-то еще.

Глаза Номера Два снова лихорадочно метнулись по мостику и вернулись к зеркалу, как пара мух, которых на секунду согнали с излюбленного куска тухлого мяса.

— Вся беда с такими долгими полетами, — продолжал капитан, — в том, что в конце концов начинаешь постоянно разговаривать сам с собой, а это ужасно скучно, потому что в половине случаев заранее известно, что ты скажешь.

— Только в половине случаев? — удивился Артур.

Капитан задумался на секунду.

— Да, я бы сказал, в половине. А кстати, где мыло?

Он пошарил рукой в воде и нашел его.

— Ну, так дальше, — продолжил он рассказ. — Замысел был такой: в первый корабль, ковчег «А», сядут все видные руководители, ученые, великие художники, ну, понимаете, все выдающиеся личности. В третий, или ковчег «В», посадят всех, кто работает — делает или производит что-то конкретное. Ну, и ковчег «Б» — это мы, все остальные, так скажем, среднее звено.

Капитан радостно улыбнулся.

— И нас отправили первыми, — закончил он и замурлыкал себе под нос песенку для ванны.

Эта песенка для ванны, которую сочинил для него один из самых известных и плодотворных композиторов музыки для рекламы (который в данный момент спал в трюме номер тридцать шесть примерно в девятистах ярдах от них) заполнила паузу, которая в противном случае стала бы неловким молчанием. Форд и Артур переминались с ноги на ногу и старательно избегали смотреть друг другу в глаза.

— Скажите, — спросил Артур через секунду, — а что именно было не так с вашей планетой?

— О, я же говорю, она была обречена, — ответил капитан. — Очевидно, она должна была столкнуться с солнцем или чем-то еще. Или, может быть, на нее должна была упасть луна. Что-то в этом роде. В общем, нечто ужасное.

— А я думал, — сказал вдруг первый помощник, — что планету собирался захватить гигантский рой пчел-пираний длиной в двенадцать футов каждая. Разве нет?

Номер Два обернулся, его глаза горели тем неистовым холодным огнем, который достигается только продолжительными тренировками.

— А мне говорили совсем другое! — прошипел он. — Мой командир сказал мне, что над планетой нависла неотвратимая опасность быть пожранной гигантским звездным козлом-мутантом!

— Ах, неужели… — сказал Форд Префект.

— Да! Чудовищное создание из преисподней с острыми зубами длиной в десять тысяч миль, от дыхания которого вскипают океаны. Его когти с корнем выдирают из земли континенты, тысяча его глаз горят как солнце, челюсти распахнуты на миллион миль, вы такого чудовища никогда, никогда… вообще…

— И они позаботились о том, чтобы отправить первыми именно вас? — уточнил Артур.

— О да, — ответил капитан, — они сказали, и, я думаю, это резонно, что для морального состояния очень важно быть уверенными, что на новой планете у вас будет хорошая стрижка и чистый телефон.

— Ну конечно, — согласился Форд, — я понимаю, насколько это важно. А другие корабли… э-э… последовали за вами, не так ли?

Капитан ответил не сразу. Он поерзал в ванне и посмотрел назад, поверх огромного корпуса корабля, в сторону ярко сверкающего центра галактики. Прищурившись, он вгляделся в непостижимо бесконечную даль.

— М-да. Забавно, что вы об этом спросили, — сказал он и слегка нахмурился, глядя на Форда Префекта. — Как ни странно, с тех пор как мы взлетели пять лет назад, мы не слышали от них ни единого сигнала… Но они должны быть где-то позади нас.

И он опять вгляделся в бесконечность.

Форд вгляделся вместе с ним и задумчиво нахмурился.

— Если, конечно, — сказал он негромко, — их не съел козел…

— Ну да… — сказал капитан, в голосе которого послышалось некоторое колебание, — козел…

Он пробежал глазами по сплошному ряду приборов и компьютеров, опоясывающих мостик корабля. Они лишь невинно мигали. Он посмотрел на звезды, но ни одна из них не сказала ему ни слова. Он бросил взгляд на своего первого и второго помощников, но их и самих, казалось, вдруг одолели раздумья. Он обратил взгляд на Форда Префекта — тот поднял брови.

— Знаете, это странно, — произнес, наконец, капитан, — но теперь, когда я рассказал об этом кому-то… Послушайте, Номер Два, вас ничего не удивляет во всей этой истории?

— Э-э-э-э… — ответил Номер Два.

— Ну что ж, — сказал Форд, — я вижу, что вам нужно о многом поговорить, поэтому спасибо за угощение, и если бы вы смогли высадить нас на ближайшей удобной планете…

— Ах, понимаете, с этим не все просто, — сказал капитан, — так как эта штука… ну, наша траектория, была запрограммирована еще до нашего отлета с Голгафринча. Возможно, они это сделали потому, что я не особо силен в цифрах…

— Вы хотите сказать, что мы застряли на этом корабле? — воскликнул Форд, внезапно выходя из терпения от всего этого фарса. — Когда вы должны долететь до планеты, которую собираетесь колонизировать?

— О, по-моему, мы уже почти долетели, — сказал капитан, — с минуты на минуту. Действительно, мне уже пора вылезать из ванны. Даже не знаю, стоит ли прекращать, когда только-только вошел во вкус?

— То есть, мы, в самом деле, вот-вот приземлимся?

— Ну, не то чтобы собственно приземлимся в полном смысле этого слова, э-э… нет…

— Да что вы такое несете? — прикрикнул Форд.

— Ну, — сказал капитан, осторожно пробираясь сквозь слова, — мне, кажется, насколько я помню, нас запрограммировали упасть на эту планету.

— Упасть? — воскликнули Форд и Артур.

— М-м, да, — подтвердил капитан. — Да, по-моему, это часть плана. Этому была одна очень хорошая причина, правда, я ее сейчас никак не припомню. Что-то вроде… э-э…

Форд взорвался.

— Вы куча бестолковых придурков! — закричал он.

— Да-да, именно, — просиял капитан, — это и была причина.

Глава 25

Вот что говорит «Путеводитель по Галактике для автостопщиков» о планете Голгафринч:

Это планета с древней и таинственной историей, богатая легендами, красная, а местами зеленая от крови тех, кто в далекие времена пытался завоевать ее. Это планета сухих бесплодных ландшафтов, сладковатого знойного воздуха, пьянящего ароматами душистых источников, которые тонкими струйками бегут по ее горячим пыльным скалам и питают живущие под ними темные затхлые лишайники. Это планета воспаленных умов и дурманных грёз, особенно свойственных тем, кто отведал лишайников, а также спокойных и легких мыслей у тех, кто смог отказаться от лишайников и найти дерево, под которым можно сесть. Это планета стали, крови и отваги, планета крепких телом и духом. Такова ее история.

Во всей этой древней и таинственной истории самыми таинственными фигурами были, без сомнения, фигуры Великих Окружающих Поэтов Ариума. Эти окружающие поэты жили на дальних горных перевалах, где они сидели в засадах в ожидании небольших групп неосторожных путешественников, окружали их и забрасывали камнями.

И когда путешественники начинали кричать и вопрошать, чего они не идут и не пишут свои стихи вместо того, чтобы донимать людей швырянием в них камней, поэты вдруг останавливались и разражались каким-нибудь из семисот девяноста четырех великих Вассилианских песенных циклов. Все это были песни необычайной красоты и еще более необычайной продолжительности, написанные точно по одной и той же схеме.

В первой части каждой песни рассказывалось, как однажды из города Вассилиана вышли пятеро ученых принцев с четырьмя лошадьми. Принцы, которые, разумеется, храбры, благородны и мудры, много путешествуют по дальним странам, сражаются с великанами-людоедами, исповедуют экзотические философские учения, пьют чай с таинственными божествами, спасают прекрасных чудовищ от хищных принцесс, а в конце объявляют, что они достигли просветления и посему их странствия завершены.

Во второй, гораздо более длинной части каждой песни рассказывалось, как они спорили о том, кому из них идти домой пешком.

Это далекое прошлое планеты. Но, тем не менее, не кто иной, как потомок одного из тех эксцентричных поэтов придумал фальшивые истории о надвигающейся гибели, которые позволили народу Голгафринча избавиться сразу от всей бесполезной третьей части населения планеты. Оставшиеся две трети спокойно остались дома и жили полной, обеспеченной и счастливой жизнью до тех пор, пока не были все внезапно уничтожены вирусным заболеванием, подхваченным от грязного телефона.

29
{"b":"583089","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Медицина здоровья против медицины болезней: другой путь
Веста
Женщина, которая умеет хранить тайны
Злобный босс, пиджак и Танечка
Дар смерти (начало)
Меч Предназначения
Пироговедение. Рецепты праздничной выпечки
Статус: бывшая
Девушка в лабиринте