ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

По случаю снятия осады с города и прибытия союзников конунг Ролн объявил большой пир и всеобщее празднество в городе.

Большое приземистое здание, одиноко стоящее слева от дороги, с тремя трубами встретило вошедших гостей шумом огромного застолья. Несколько ступенек перед входной дверью вели в пиршественный зал. При входе, сразу охватывает тепло и запахи стряпни. Взгляду открылся - длинный зал, с тремя находящимися на каменных вымостках очагами, расположенных по оси здания. Параллельно линии очагов расположены столы, за которыми сидят на скамьях множество пирующих воинов. С прокопченных перекрытий крыши свисают медные светильники, в которых, чадя, горит масло. В открытых очагах горят костры, над которыми висят два котла и туша якха на вертеле. Воины пьют из рогов и чаш, ножами отхватывая огромные ломти мяса и прямо с них ели. Пирующие несвязно обсуждают друг перед другом свои богатства и подвиги, превознося своих ярлов и их удачу. За несколькими столами сидят женщины - валькирии. Несколько групп пирующих пели, отбивая такт по столам рукоятками ножей, чашами и рогами для питья. Слуги едва успевают подносить новые бурдюки с пивом и блюда со снедью. Между столами широкий проход оканчивался у ступеней, ведущих на площадку с сидящими за полукруглым столом вождями - ярлами и их женами. Возглавлял пир, сидящий на высоком двухместном деревянном сиденье, ограниченном деревянными столбами с резными изображениями богов, конунг Ролн.

Ролн предложил место мене и Агу рядом с ним на длинном сидении, а его дочь Тим стала прислуживать обоим, подав чашу с медовым напитком. Всадники и всадницы нашего отряда были рассажены среди ярлов за ближайшими столами, вождям и старейшинам, перешедшим на нашу сторону, также выделили места среди пирующих бондов. Тут и там пирующие обсуждают схватки совместно с ранее осаждавшими их бойцами. Столы ломились от обилия морепродуктов, ведь если русины в основном потребляли мясо якхов и коз, то ванийцы жили главным образом за счет моря. Море кормило и одевало приморских жителей, а панцири огромных морских крабов по крепости не уступали медным доспехам.

После нескольких тостов за победу и гостей, пришло время главного развлечения пира - схватки двух невиданных гладиаторов.

Героями поединка оказались двое огромных гигантских богомолов, эти особи явно крупнее и сильнее мелких их родичей, кочующих по бескрайним просторам степей. Оказывается это представители двух небольших роев богомолов, живущих не на бескрайних просторах степи, а в больших пещерах находящихся в трех дневных переходах южнее города Ава. Два роя богомолов постоянно враждуют между собой. Не гнушающиеся они нападениями и на людей племени Вани.

Существа стоящие на четырех лапах, выставили перед собой пары конечностей с явно видимыми сжатыми в кулак четырьмя пальцами, пятый палец представлял из себя подобную лезвию косы шпору, длиной около восьмидесяти сантиметров. Серый хитиновый корпус отражал блики светильников. Головы насекомых походили на обтекаемые закрытые шлемы мотоциклистов, двое радужных глаз переливались золотыми вкраплениями. Выступающие четверо жвал непрерывно открывались и закрывались открывая в глубине еще четыре сегмента мелких жвал. В открывающейся ротовой полости словно кипела и булькала слюна.

Огромная клетка была собрана посреди зала у подножья площадки на которой размещался стол конунга. Привели удерживаемых на пяти длинных палках гладиаторов - богомолов, и с двух сторон впустили в клетку. Как только насекомые увидели друг друга они стали энергично стучать жвалами, а изо рта обильно потекла слюна. По сигналу распорядителя пира слуги отпустили бойцов. Получившие свободу насекомые направили головы друг на друга, но двигаться не торопились, лишь обильное слюновыделение показало изменение настроения насекомых. Выставив впереди себя две похожих на косы шпоры насекомые замерли, внимательно рассматривая друг друга. Зрители сидящие за столами начали громко синхронно улюкать и выстукивать ножами по крышкам столов, постепенно наращивая темп, задаваемый барабанщиком выстукивающий какой-то ускоряющийся и усиливающийся ритм, на огромном барабане. В ритм барабанщика стали открываться и закрываться жвала насекомых, обильная слюна стала брызгать из пасти богомолов. Барабанщик достигнув максимального темпа вдруг, закончил отбивать такт, и ударил по медному гонгу. Громкий дребезжащий звук словно снял какой-то предохранитель с бойцов и они бросились друг на друга.

Четыре веера символичных мечей начали свой танец. Словно двое обоеруких мечников сошлись в поединке. Насекомые как мастера фехтовальщики, своими страшными шпорами, показали разные приемы и способы владения оружием и движения. Высотой примерно в полтора метра двое бойцов закрылись друг от друга двумя полуметровыми веерами движущихся и с громким треском сталкивающихся хитиновых мечей. Несколько минут танцующие друг напротив друга фехтовальщика пытались пробить защиту друг друга, но вот после очередного столкновения у одного из сражающихся от удара сломалась шпора, и сразу изменился ход поединка. Оставшаяся без защиты сторона насекомого, мгновенно пропустила новые рубящие удары. Несколько мгновений и противник отсек обе верхние конечности проигравшего. Теперь победитель мгновенно убрал страшные шпоры, а вполне развитые четырехпалые верхние конечности обхватили проигравшего. Побежденный ранее активно сражавшийся теперь замер в центре клетки и предоставил победителю вертеть собой как куклой. Победитель с громким хрустом прокусил жвалами грудь и начал пожирать еще живого проигравшего. Зрители ранее азартно наблюдавшие за схваткой теперь с вновь появившимся звериным аппетитом также продолжили пиршество, оживленно комментируя увиденную схватку. В зале продолжилось уже не одно а два пиршества - людей и пожирающего еще живого собрата богомола. Заснувших за столом, слуги тут же переносили на широкие лежанки у стен.

Утром в пиршественном зале бодрствовал, только сидящий в клетке богомол, продолжающий пожирать противника. Вскрытый как консервным ножом хитиновый корпус все еще стоял, в центре клетки, на четырех конечностях, только глаза головы стали матово белыми, утратив радужное золотистое свечение.

На третий день это празднование было прервано появлением страшного вестника. В пиршествующий зал вбежал усталый гонец с известием - с севера к городу Ава идет прорвавшаяся через северные укрепления многотысячная орда. Нагорье с северной части и город Кид захвачены, и теперь все племя Никонов идет на захват города Ава.

Теперь пиршество превратилось в военный совет. Город Ава с северной стороны не имел оборонительных стен. К северу от города на полях высаживали ячмень и овес. Атакующие и обороняющиеся должны были встретиться в открытом поле, где численный перевес создавал огромное преимущество воинам Никонов. Ориентировочно против полутора тысяч воинов Вани, восьмидесяти всадников Аг, трехсот бойцов фаланги и тридцати пяти тяжелых всадников - противостояло почти три тысячи воинов Никонов из них около тысячи всадников. Правда противник еще не встречался с организованным строем и был легковооруженным, однако численное превосходство позволяло противнику осуществить охват строя. Пока совещались, решили собирать к утру войска на северной окраине. Общее руководство объединенным войском взял на себя конунг Ролн. По плану было решено что в центре строя будет находиться фаланга, а ее фланги будут прикрывать два отряда почти по шесть сотен бондов. Триста всадников Вани и восемьдесят всадников Русь, под руководством Олька, должны выполнить фланговый удар по строю противника. Полторы сотни воинов Никонов, присягнувшие русинам, и тяжелые всадники должны были составить резерв фаланги.

Глава 10 Новые обстоятельства

Новые обстоятельства

Утро у северной окраины Ава началось с появления беженцев из города Кид, два десятка бондов и около трех сотен женщин и детей успели добраться до города. После трех дней непрерывного штурма, защитники города почти все погибли на стенах. Всего два десятка израненных воинов осталось из полутысячи оборонявшихся. К обеду последние беженцы вошли в город.

38
{"b":"583106","o":1}