ЛитМир - Электронная Библиотека

Фактически на этом основной разговор и закончился. Дальше уже пошел практически обмен последними новостями и слухами о политике Рейнсвальда, Гильдии и окружающих их территорий. Особенно ничего не изменилось, но, как и всегда, все вращалось вокруг власти и денежных средств. О том, что готовилось на родине Эдварда и что могло случиться после смерти нынешнего короля, вольным торговцам было известно лишь в общих чертах, хотя, казалось бы, постоянно представительство Гильдии в столице никуда не делось. Ситуация, что может привести к полноценной гражданской войне, стоит лишь хотя бы одной из сторон весов покачнуться в ту или другую сторону, не могла не навредить торговле, а сам Рейнсвальд играл далеко не последнюю роль в уже сложившихся экономических связях сектора. Кроме того, происходящее на нем могло отразиться и на всем состоянии миров Цитадели, а это бы сказалось уже не только на секторе, но и в соседних секторах.

Вольные торговцы, к слову, тоже рассказали немало интересного, связанного с происходящим в других частях Известного Пространства. Особенно сильно политикой, к тому же не связанной с его баронатом и Рейнсвальдом, Эдвард никогда не увлекался, углубляясь в нее ровно настолько, насколько было необходимо, но полученные новости его немало удивили и даже расстроили. В Известном Пространстве полыхали войны, могущественная Империя Дарриаев все же нарушила подписанный договор о вечном мире с Союзом Вольных Миров и повела полномасштабное наступление на их территории, где боевые действия раскинулись на необозримом пространстве в несколько десятков парсеков, втягивая в себя мелкие государства, анклавы и вольные колонии. Империя давно пережила пик своей эпохи, но мучительно отказываясь от этого, развертывая все новые и новые войны в бесплодных попытках вернуть быстро исчезающее могущество. Вполне может оказаться и так, что эта война станет для нее последней, и, не выдержав такого напряжения сил и ресурсов, империя просто развалиться на части, утянув с собой и Союз, который никогда не отличался надежностью внутренних связей, чем-то напоминая Цитадель, объединяясь только перед лицом внешней опасности, и то каждый из членов старался минимизировать собственный риски и подставить под удар сначала своих союзников.

Миры Цитадели обычно поддерживали Империю, имея с ней тесные экономические связи, но вот уже последние три столетия связи слабели, становясь меньше и не столь надежными, торговля затихала, а долги перед банками Цитадели у Империи только росли, пусть и отдавать их было нечем. Если война снова затянется, то давление на миры Цитадели со стороны Империи усилится, что может привести к окончательному обрыву всех связей. А это значит, что десятки сухогрузов, ежедневно отбывающих в сторону Империи с грузами промышленных товаров, останутся в портах, тысячи людей окажутся без работы, и экономический кризис и так уже давно преследующий многие из миров, полноценно вступит в свои права. Эдвард буквально ощущал, слушая эти новости, как цивилизация прогибается под собственным весом. Слишком громоздкая и тяжелая, чтобы быстро и уверенно реагировать на все происходящее в ее территориях. Нельзя не спорить, что постоянные войны, разгорающиеся то здесь, то там, всегда играли двоякую роль, с одной стороны, опустошая порой целые анклавы и острова, разрушая устоявшиеся торговые связи и нарушая привычную маршруты, но с другой, во многом постоянные военные заказы поддерживали производство, требуя все новые и новые корабли, танки и вооружение. С этой стороны постоянные войны напоминали вечно работающее горнило, в котором исчезали миллионы тонн грузов, и которому их требовалось все больше и больше.

- О чем задумались, барон? - к Эдварду подошел Стетфорд, сейчас и, как уже стало обычным, одетый в вычищенный и выглаженный камзол с цветами неизвестного ему феода.

- О, нет, просто размышляю, - отдернулся от пространственных раздумий Эдвард и внимательно посмотрел на Стетфорда, зачем-то подошедшего к нему. Сразу представив его остальным гостям, сидевший за столом, поинтересовался, - Друг мой, вы пришли за чем-то конкретно или просто поздороваться?

- К сожалению, у меня вполне конкретная необходимость увидеть именно вас и именно сейчас, - ничуть не смутившись, сказал Стетфорд и еще раз поклонился вольным торговцам: - Если вы не возражаете, то не могли бы уделить мне несколько минут для разговора без посторонних ушей? Прошу прощения за такую скрытность, но у меня очень личное дело, и не хочу, чтобы кто-то еще об этом узнал.

Стетфорд пояснил свое поведение, вежливо улыбнувшись, но вольные торговцы согласно закивали головами, вполне понимая, что действительно есть много различных проблем, каким не всегда стоит делиться с посторонними. Барон вышел всесте с ним в коридор и только там, оглядевшись и убедившись, что никого рядом нет, и никто не сможет подслушать их разговор, пират облегченно вздохнул.

- Что-то важное? - спросил Эдвард, еще не совсем понимая, к чему Стетфорд устроил подобное представление, грубо нарушив принятый этикет, по правилам которого так бесцеремонно оставлять гостей без всякой явственной на то причины не позволялось. Пусть здесь и колония, где нравы гораздо проще, но барон все еще хотел, чтобы его продолжали считать тристанским дворянином.

- Господин, вы ведь знаете, что вместе с Севередом на Рейнсвальд отправляется Ярвик? - прямо спросил Стетфорд таким тоном, словно должно прозвучать как настоящее открытие, - Он будет в составе экипажа фрегата, готовящегося к вылету...

- Да, я лично его туда назначил, - не совсем понимая, что из этого разговора должно выйти, кивнул Эдвард, - Вас это каким-то образом задевает? Просто в настоящий момент вы нужны мне гораздо больше здесь, а он принесет больше пользы, находясь там.

- Барон, я считаю, что обязан вам рассказать об этом, - замялся Стетфорд, став больше похожим на маленького мальчика, в первый раз приглашавшего девушку на танец, - я, конечно, понимаю, что мои слова можно понять двояко, но, тем не менее, тоже без внимания их оставлять нельзя...

- Друг мой, - твердо сказал Эдвард, - Говорите конкретнее, у меня нет ни малейшего желания выслушивать ваши сомнения по поводу того, понимаете ли вообще, о чем говорите, либо же вас просто прорвало и замолчать вы уже не в состоянии, - Он еще раз вздохнул. - Что вы хотите сказать?

- Ярвик не вернется, - сказал Стетфорд, - Он сам мне предложил отправиться вместе с ним и искренне рад, что вы назначали его в этот полет. Сказал, что уровень этой колонии для него слишком мал, а на Рейнсвальде возможностей гораздо больше. Барон, это может звучать как простая попытка очернить его в ваших глазах... И я не привык разговаривать о подобных вещах, но у меня есть сомнения, что от Ярвика, кроме предательства, ничего ожидать не стоит.

- Вот от кого именно, но вот от вас такого я не ожидал услышать! - усмехнулся Эдвард, жестом предложив своему собеседнику пройтись по коридору, поскольку стоять на одном месте ему уже надоело, - Я думал, что вы с ним, по меньшей мере, друзья, и на подобное заявление вашей чести не хватит. Этому человеку не доверяю с самого начала, он вообще не тот тип людей, к каким вообще можно испытывать подобные чувства. Странно только, что вы еще раньше этого не поняли. И отправил его на Рейнсвальд лишь с тем расчетом, что там, освободившись от моего непосредственного контроля, он покажется свое истинное лицо. - Заметив, как изумился Стетфорд, Эдвард даже позволил себе усмехнуться: - Неужели вы думали, будто я не предвидел подобного развития событий? Однако, к моему удивлению, сегодня я еще обнаружил, что недооценивал одного верного человека, находящегося рядом со мной. - С этими словами он остановился и посмотрел на Стетфорда: - Вы сегодня подтвердили ту клятву верности, что давали мне, и мне нужно лишь просить у вас прощения, что прежде сомневался в вас, друг мой.

      - Барон, это я у вас должен просить прощения, - Стетфорд, обрадованный такой неожиданной похвалой, вытянулся по стойке смирно. - Вы дали мне второй шанс начать новую жизнь, и у меня не было даже и малейшей мысли как-либо подвести вас.

68
{"b":"586626","o":1}