ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости
Бояться, но делать
Страсти на чужой свадьбе
Северная Академия
Убийства в кукольном домике
Дети мои
Будь моим тираном
Фокусница
Не надо думать, надо кушать!

— Ну-ка убери руку, мразь! — истерично выкрикнул Игорь и, не отдавая себе отчёта, поднял ногу и надавил голой ступнёй тому на промежность.

Стопу тут же обдало горячим и густым, а Сашка задрожал, жмурясь. Игорь в ужасе отдёрнул ногу – с неё стекали белёсые струйки. Он попятился назад, но тут же поскользнулся и неуклюже шлепнулся на пол голым задом, схватившись за дверную ручку ванной.

Этот, тяжело дыша, встал на карачки и подполз к Игорю, глядя на него побитым щенком.

— Брат…

Сашка то пытался взять его за руку, то хватал за щиколотку, то гладил по острой коленке. Игорь извивался и дёргался на мокром полу, словно немощный инвалид, орал что-то матерное, кричал, чтобы тот к нему не приближался. Сашка смиренно получал удары и пинки, продолжая тянуть к нему руки.

— Брат…

Игорь резко затих, перестав отбиваться. Внезапно навалились апатия и отупение – нервная система перегружалась. Его взгляд впился в брата.

— Ты же урод. Ты понимаешь это?

Саша таки ухватил его за ладонь и виновато глядел в неё, перебирая холодные пальцы. Прямые светлые волосы, выстриженные каким-то пижонским каре, закрывали часть утонченно-смазливого лица. Он облизывал свои яркие губы, пялясь на ладонь, словно гадалка.

- Посмотри на меня, извращенец, - повысил голос Игорь.

Сашка неуверенно поднял глаза и привычным движением заправил волосы за ухо. Несмотря на полную дезориентацию в мыслях, в душе Игоря разгоралось мстительное удовлетворение. Этот опозоренный, разоблачённый братец-извращуга начинал нравиться ему куда больше того поверхностного, недалёкого гуляки, которым Игорь всю жизнь его считал.

— И как давно ты мастурбируешь на меня? — спросил он, упиваясь униженным выражением на таком родственном и раздражающе близком лице.

Тот притянул руку Игоря к губам и выстонал:

— Г-Го-оша… Не гони меня…

Игорь не вырвал руку, продолжая сверлить Сашку взглядом. Ему уже стало холодно сидеть голышом на мокром полу, но потерянный вид братца того стоил.

— Отвечай, — рявкнул он.

Саша, упоённо целовавший каждый палец на его руке, вздрогнул от его окрика и опять залепетал:

— Я в-всё, ч-что хочешь, всё, что х-хочешь…

Наконец, выдернув руку из захвата, Игорь начал подниматься с пола. Сашка тут же подскочил, поддерживая его под руки. Игорь снял с крючка на двери большое полотенце и, зябко ёжась, завернулся в него поплотнее. Конечно, он не мог сейчас логически осознать, что приключилось с Сашкой, почему тот стал таким. Да и куда ему – он не психиатр. Он мог только принять это, как данность: его брат – больной извращенец и по хер знает какой причине он зациклен на нём, на Игоре.

— Ты кончил, потому что я на тебя смотрел, да? — словно учёный у подопытной мыши, спросил он у Саши, пока тот пытался вытереть его, водя руками по полотенцу. — Или потому, что я наступил тебе на яйца?

Саша был весь сосредоточен на теле Игоря, трогая его, сжимая кожу под полотенцем. Сейчас добиваться ответов от этого безумца было бесполезно — какие ядовитые туманы Лощины клубились в его мозгу, кто знал. Игорь вдруг ясно осознал, что это тот самый козырь, которого он ждал всю игру. Ему больше не надо надрываться, доказывая родителям, кто из них заслуживает любви и уважения, а кто — только презрения.

— Хочешь меня трогать, мелкий гадёныш? — мягко, почти ласково спросил он.

Сашка закивал, облизываясь. Его синие глаза возбуждённо заблестели, зрачок расширился.

— Сделай для меня кое-что, и подумаем, как тебе помочь, — проговорил Игорь, дурея от своей беспринципности, приспуская полотенце с одного плеча.

Братец что-то замычал, закивал, завороженно потянулся губами к влажному плечу.

— Куда? — одернул его Игорь, снова пугаясь.

Саша замер, глядя куда-то мимо, а он уже придумал, какого плана «услугу» хочет получить.

— Раз ты у нас любишь, когда на тебя смотрят…

***

Социальные сети — идеальные соучастники преступления. Капнув яда в этот бульон, ты за минуты травишь тысячи людей. Фотография Саши стала хитом месяца. Родителей оповестили добрые люди спустя несколько дней после публикации. Мать, зажав рот рукой, не мигая смотрела на экран, с которого ей улыбался размалёванный полуголый Саша в красном ажурном поясе с подвязками и чулках в сеточку. Его стоящий член явственно выпирал из-под шёлковых красных трусиков, а в руке красовался здоровый чёрный фаллоимитатор. Пальцы другой руки были сложены галочкой «мир», и внизу шла резюмирующая надпись: «Ебацца, а не драцца!». Мать пила сердечное, отец молча курил прямо на кухне. В доме атмосфера была, будто кто-то тяжко болел.

Мать приходила к Игорю вечером и, обняв его, долго сидела, ничего не говоря. Ему было больно за неё, он понимал, что все её сослуживцы уже лицезрели крамольное фото в аккаунтах своих отпрысков. Отца было не так жалко, он всегда закрывал глаза на Сашкины странности, по понятной причине хваля его даже за тройки. Брат сидел у себя, даже поесть не выходил. Мать заносила ему еду в комнату и тут же выскакивала как из лепрозория. На второй неделе напряжения Игорь наконец-то услышал то, чего так ждал:

— На тебя одна надежда, сынок, - выдохнула мать, погладив его по голове за ужином на кухне.

Игорь закрыл глаза и прислушался к себе. Но вместо ожидаемой радости он почувствовал раздражение. На мать. Для того, чтобы она наконец включила мозги, надо было довести до такого? А раньше она не видела очевидного? Глупая курица! Если бы не её равнодушие и близорукость, этого всего могло бы и не произойти. Ему бы не пришлось глядеть на полуголого Сашу сквозь объектив, заставляя принимать развратные позы. Не пришлось бы потом крутиться по ночам, вспоминая, как брат покорно делал всё, что велели, не переставая ему улыбаться. Всё из-за неё. Глупая, глупая самка!..

Неделю в квартире все ходили будто после похорон. Но потихоньку родители будто смирились, договорились с собой и между собой о чём-то. Жизнь снова поворачивала в наезженную колею.

В тот вечер Игорь вышел из ванной, не сразу заметив сидящего на полу брата. Сашка, привалившись к стене спиной, сидел, согнув ноги в коленях.

— Ты доволен, брат? — спросил он тихо, почти шёпотом, и Игорь замер на месте. — Мой хрупкий, мой жестокий брат… Т-ты м-мной д-доволен?

В его голосе не было обвинения. Он словно уточнял у капризного клиента, всё ли его устраивает на этот раз. Игорь испуганно глянул на комнату родителей. Дверь была плотно закрыта, за рифленым стеклом мигал голубой свет и тихо бурчал телевизор. У него заколотилось сердце, ведь родители могли выйти в коридор в любой момент. В два шага он был у своей двери, но его крепко схватили за щиколотку. Брат стоял перед Игорем на коленях, сжимая ладонь на его ноге.

— Я хочу свою награду, — чуть громче, чем следовало, заявил он.

Игорь боялся выдернуть ногу, боялся, что Сашка повысит голос, начнёт кричать об их договоре. Он машинально протянул руку и погладил брата по светлым волосам.

— Н-награди м-меня, брат, - продолжал тот, будто они в квартире одни.

Он склонил лицо к щиколотке Игоря и быстро провёл влажным языком по костяшке. Игорь словно очнулся и зашептал:

— Потом, Сашка, потом. Нас увидят! Потом…

— К-когда? — спокойно уточнил тот, разгибаясь. — Я п-приду с-сегодня ночью.

Когда он начал заикаться?.. Игорь кивнул и выдернул ногу из захвата, а Сашка сел на пол и смотрел, как тот скрывается за своей дверью, плотно закрывая её за собой.

— Идиот, — шипел Игорь сам себе, прижавшись спиной к двери.

Он стоял в темноте, не решаясь включить свет, будто прячась. Осознание последствий накрыло резко, в одну секунду. Что он наделал? Теперь этот ебанутый будет крутить им как захочет! Это же яснее ясного: с террористами и душевнобольными договориться нельзя, а в случае с братом тот был и тем, и другим.

Игорь поплёлся к кровати на ватных ногах. Врезавшись в стул в темноте, раздражённо стянул с себя халат и залез под одеяло. Ярость на мать снова начала поднимать голову. Сука! Из-за неё он попал в эту ситуацию. Безвыходную, омерзительную ситуацию. Хотя… Если подумать, чем ему так уж угрожает Саша? Разоблачением? А кто ему поверит? Игорь лёг на спину и уставился в потолок. Конечно, приятного будет мало, да и врать Игорь не мастак, но если дело дойдёт до этого — будет врать как миленький. Отрицать, возмущаться, клясться — всё, что понадобится. Ещё не хватало из-за этих идиотов под монастырь себя подвести.

3
{"b":"586692","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Крылатые качели
Жестокие святые
Кости: скрытая жизнь. Все о строительном материале нашего скелета, который расскажет, кто мы и как живем
Убийства в кукольном домике
Отрок. Ближний круг: Ближний круг. Стезя и место. Богам – божье, людям – людское
Медицина здоровья против медицины болезней: другой путь
Новые медиа. Социальная теория и методология исследований
Спартанец. Племя равных
Пираты Кошачьего моря. Поймать легенду