ЛитМир - Электронная Библиотека

Так началась «охота» на Сатоши, которая продолжается по сей день. Участники чата принялись обсуждать известные сведения о Сатоши и их значимость. Кто-то отметил, что Сатоши иногда использовал британские варианты написания слов и некоторые специфические словечки вроде «bloody». Кроме того, в первый блок блокчейна, созданный на компьютере Сатоши, был записан фрагмент из британской газеты.

Пользователь из Японии пояснил, что Сатоши – популярное японское имя, но усомнился в том, что Сатоши японец, потому что он никогда не использовал японские слова и всегда писал сначала свое имя, а потом фамилию, что в Японии не принято. Далее предположения посыпались как из рога изобилия.

«Возможно, он не хотел, чтобы мы подумали, что он японец».

«Гипотеза о псевдониме мне нравится больше всего. Гораздо круче оставаться в секрете, чем использовать обычное скучное имя».

«Ого, какая великолепная история! Странно, что ею еще не заинтересовались журналисты».

Марти никогда не задавал Сатоши никаких личных вопросов, но предполагал, что Сатоши Накамото – псевдоним, а не настоящее имя. Благодаря доступу к веб-сайтам Биткойна Марти видел, что Сатоши подключается к сайтам через сеть Tor, которая скрывала его географическое расположение и IP-адрес.

Что касается Гэвина, то он задавал Сатоши кое-какие личные вопросы в первом письме, но Сатоши их просто проигнорировал, а Гэвин не настаивал.

Один регулярный посетитель форума задал Сатоши важный вопрос: «Предположим, тьфу-тьфу, что вы больше не сможете программировать или станете недоступны по какой-либо причине. Предусмотрели ли вы процедуру, благодаря которой проект выживет даже в ваше отсутствие?»

Сатоши не ответил на этот вопрос, но другие пользователи отметили, что его участие для дальнейшего развития проекта не требуется, потому что исходный код Биткойна открыт и доступен всем пользователям. «Пока исходный код остается открытым, все в порядке, – написал один разработчик. – Если возникнет какая-то насущная потребность, сообщество само сможет обо всем позаботиться. Верьте в сообщество:)».

Во многих отношениях Сатоши был таким же бессильным или же могущественным, как и любой другой участник проекта. Все монеты были зарегистрированы в общем блокчейне, но использовать их можно было только при наличии закрытого ключа, соответствующего тому или иному адресу. Сатоши мог бы попытаться изменить ПО, чтобы наделить себя дополнительными полномочиями, но, если бы сообщество не приняло изменения, у него ничего бы не вышло.

И все же Гэвин, который теперь стал главным действующим лицом в сообществе, знал, что платоновский идеал ПО с открытым исходным кодом не так прост. Хотя предлагать изменения протокола мог кто угодно, он и Сатоши оставались двумя людьми, которые могли вносить изменения, и это наделяло их большей властью в сравнении с другими участниками. Более того: хотя Сатоши написал все ПО с расчетом на то, чтобы не надо было никому доверять, пользователям Биткойна все же была необходима уверенность в том, что система работает так, как предполагалось. «Недоверие – крупнейшее препятствие на пути Биткойна к успеху, – написал Гэвин на форуме. – Не думаю, что мы как-то можем быстро убедить многих людей в том, что Биткойн надежен. На формирование доверия к самой технологии требуется время».

Однако тогда основной причиной недоверия к Биткойну было вовсе не отсутствие информации о Сатоши – скорее, наоборот, анонимность Сатоши внушала доверие к системе. Анонимность предполагала, что создатель Биткойна не стремится к славе или успеху, а исчезновение Сатоши позволило каждому проецировать на Биткойн свои взгляды.

По иронии судьбы те самые факторы, которые обеспечили рост Биткойна, вскоре станут причинами серьезных проблем. Сеть расширялась, и среди ее новых пользователей попадались люди, которые поставят под угрозу само существование Биткойна.

Глава 6

Цифровое золото: невероятная история Биткойна - i_001.png

Сентябрь 2010 года

Ноутбук Sony Vaio – центр управления Mt. Gox, главной биржи в мире Биткойна на сентябрь 2010 года – стоял на квадратном деревянном столе под крышей из сухих пальмовых листьев.

В паре шагов от него блестел под тропическим солнцем бассейн. Основатель Mt. Gox Джед Маккалеб перебрался в Носару, курортный городок на побережье Коста-Рики, через пару месяцев после создания биржи. Он и Ми Сун с двумя маленьким детьми не захотели провести еще одну зиму в холодном Нью-Йорке, в своем стоящем на отшибе доме. В Носаре они сняли дом рядом с пляжем, где у Джеда появилась возможность отточить свои навыки серфингиста, неподалеку от Монтессори-школы для детей. К тому же на заднем дворе была беседка, где он мог спокойно работать.

Однако стремительно растущий бизнес плохо увязывался с планом «спокойно перезимовать в тропиках». Спустя всего 10 дней после переезда объем торгов составил тысячу биткойнов в сутки, а еще через десять дней возрос до 10 тысяч биткойнов в сутки, а это означало, что в тот день более тысячи долларов поменяли своих владельцев. Джеду причиталось полпроцента от каждой стороны с каждой сделки – неплохое вознаграждение за не слишком утомительную работу. Однако некоторые транзакции, как входящие, так и исходящие, в особенности через PayPal, приносили только головную боль. Джеду не раз приходилось сталкиваться с проблемой, привычной для любого бизнеса, принимающего к оплате кредитные карты или PayPal-переводы: все традиционные платежные сервисы позволяют клиентам оспорить совершенные платежи и затем отозвать уже проведенные транзакции в ущерб коммерсантам, таким как Джед.

В этом заключался один из основных аргументов шифропанков в пользу создания цифровых денег – в пику той неимоверной власти, которой наделяла кредитные компании всего мира возможность проводить возвратные платежи.

Биткойн сам по себе не предоставлял возможности обращать транзакции, поэтому, если Джед продавал биткойны с оплатой через PayPal, он вполне мог потерять свой PayPal-перевод и в итоге остаться и без долларов, и без биткойнов. После месяца работы Джед осознал, что беззащитен перед этой системой. «Все возвраты идут из моего кармана, это – полный отстой. Пожалуйста, пожалуйста, не делайте так больше!», – попросил он на форуме. Но после этого поста ситуация не улучшилась, а ухудшилась. Джед старался разрешать спорные моменты до эскалации конфликтов, даже если это означало потерю денег, чтобы PayPal не прикрыл его аккаунт, лишив возможности получать деньги клиентов. Тем не менее в одно прекрасное утро он открыл свой лэптоп и обнаружил, что именно это и произошло. Тем временем пользователи, чьи средства остались замороженными на счету PayPal, принадлежавшем Джеду, начали жаловаться, что не могут вывести свои деньги. «Я занимаюсь этим в свободное время и работаю за „спасибо“, так что поумерьте пыл», – вспылил Джед в ответ на критику.

Джед явно на такое не рассчитывал, когда затевал Mt. Gox. Он не предполагал, что этот проект станет его основной работой, требующей полной занятости. Джед намеревался уделить часть свободного времени решению интересной задачи, но вместо этого проект Mt. Gox превращался в череду нескончаемых стрессов и проблем. Как большинству людей, ищущих дерзновенные решения для глобальных задач, Джеду быстро надоедали мелкие детали на пути к большим переменам – детали, которые впоследствии еще напомнят о себе.

В поисках человека, который мог бы избавить его от обременительной работы над Mt. Gox, Джед начал переписываться в Интернете с пользователем под ником «MagicalTux», за которым, как вскоре станет известно Джеду, скрывался Марк Карпелес. Марк почти всегда был онлайн, поскольку Всемирная паутина была единственным местом в мире, где он чувствовал себя комфортно. Упитанный 24-летний Марк вырос во Франции. Его поочередно воспитывали то мать, то бабушка, которые плохо ладили друг с другом и постоянно переводили его из одной школы в другую.

15
{"b":"586693","o":1}