ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Дотянуться до престола
Сын лекаря. Королевская кровь
Под итальянским солнцем
Троица. Будь больше самого себя
Тайная тропа
Как продавать дорого!
Зверинец. Суд над драконом
Королевы Иннис Лира
451 градус по Фаренгейту

Почти перерезать.

По пути остановиться, усилием воли – не тела – удержав нож у самой сонной артерии.

А когда рука побеждённого защитным жестом взметнётся, чтобы контратаковать, перехватить её, вывернуть и отобрать железку.

И затем, потеряв всякий интерес к действу, развернуться и уйти допивать «Черниговское».

Отшатнувшись от проходящего мимо Саши, Илья тогда подумал, мол, нужно быть гением, чтобы так управляться с ножом, но позже понял – дело в кое-чём другом.

Победитель, пересекаясь взглядом с Джеки, заметил его довольную усмешку, в ответ на которую с безразличием отвернулся.

Казалось – что может их объединять? Какое им вообще дело друг до друга – пусть они и шастают в одной компании? На тот момент ни Андрюха, ни Илья ещё не могли дать ответ, но позже, гораздо позже второй ответит на этот вопрос Мирославу: «Общие игрушки».

Компания разбрелась домой ближе к утру, когда все трижды решили и передумали идти в клуб на местную тусовку.

Илья удрал сразу же, но Сашу из головы выбросить не смог. А стоило ли выбрасывать? Тем более, нужно как-то отблагодарить старшеклассника за неоценимую помощь. Не зная, что делать, мальчишка тем не менее поймал своего благодетеля, когда тот, прогуливая седьмой урок, лениво развалился на покрытой снегом лужайке недалеко от школы.

Издалека он выглядел спящим, однако когда Илья подошёл ближе, тот приоткрыл один глаз.

Не зная, как начать разговор, но понимая, что начать его обязательно нужно, десятиклассник выдавил неуверенное:

- Э-э-э, привет.

- Угу, – короткий ответ.

- Сегодня прохладно, – сообразил Илья.

- Угу, – снова.

Учитывая неприятный холодный ветер и впечатляющий мороз, «соображение» о «прохладе» выглядело неуместно, а развалившийся в лёгкой кожаной куртке Саша, мягко говоря, не слишком гармонировал с пейзажем.

- Можно спросить, что ты делаешь? – Илья недоуменно поглядел на парнишку, сравнивая свою меховую куртку с его кожаной, свои зимние ботинки с его беговыми кроссовками, и проникся нелогичностью увиденного ещё больше.

Ветер тряханул ближайшие деревья – его порыв всполошил ветви и птиц, заставив посыпаться вниз пушистые снежные хлопья.

В эту ночь обещали сильный снегопад.

А Илье непроизвольно вспомнилась сказка о Снежной Королеве. Конечно, старшеклассники не должны читать сказки и совсем не обязаны их перечитывать, но… Саша в тот момент до дрожи в коленях напоминал Кая.

- Пытаюсь заболеть, – после длительного молчания ответил «Кай» и опять закрыл глаза.

Илья мог поспорить, мальчишка его даже не помнит. Его спросили – он ответил, теперь извольте отцепиться.

- А-а-а, – многозначительное междометие. За ним следующий вопрос: – А зачем?

Лишь бы не молчать.

- Завтра контрольная. По геометрии.

Саша удобнее разместил голову на сомкнутых в замке за головой руках.

- Ты не понимаешь геометрию? – вот он, шанс отплатить за помощь, и плевать, что «Кай» старше на год.

Репетитор Ильи запросто поможет понять и объяснить кому-то другому нужную тему.

- Понимаю, – не открывая глаз. – Мне лень. Скукотища и напряг. Не хочу.

Ответ немного выбивал из колеи.

- А… ладно…

Не зная, что делать, Илья сел рядом и десять минут спустя с удивлением понял: «Кай» действительно задремал.

На следующий день парнишка твёрдо решил преследовать Сашу до тех пор, пока не сможет ему отплатить. Чем-нибудь таким… Ну, полезным. Однако подобного случая никак не предоставлялось.

Несколько месяцев спустя – где-то к марту – некоторое преследование вошло у Ильи в привычку. Его замечали рядом с Сашей на переменах, на улице, в той самой неблагополучной компании, даже дома, болтающим с Сашиными домочадцами, поедающим знаменитый «тёть-Валин» борщ. Мать Саши не могла нарадоваться постоянному благополучному другу сына.

В то же время сам сын Илью в упор «не замечал». Без особой надобности он не обращал на мальца никакого внимания, не заговаривал первым, вообще не интересовался им как личностью, хотя и не прогонял, а другой раз одного его взгляда хватало, чтобы некие недовольные субъекты перестали прикапываться к мальчишке. Когда Джеки спросил: «Он тебе не мешает? Ходит хвостом каждый раз. А если мы пойдём сам знаешь, куда – он же за тобой потащится», у Ильи сердце встало в недобром предчувствии, однако «Кай» пожал плечами: «Мне всё равно. Его проблемы».

Так оно и происходило. На самом деле, Илья не понимал, зачем это делает: его никто не заставлял, не удерживал, но что-то… притягивало. Этот невероятный магнетизм или, возможно, нечто другое, название которому мальчишка дать не мог, не отпускало. К тому же, незаметно для себя Илья начал меняться – может, воодушевлённый примером, может, уязвлённый безразличием – стал жёстче, грубее, несколько раздражительнее и вместе с тем научился «стоять на своих двоих» в неустойчивом мире, напрочь состоявшим из пошлостей и лжецов.

Вмазать мог, крепко – запросто. Научился. Научился отвечать руганью на ругань, научился вести себя заносчиво, смотреть свысока, правильно выбирать друзей.

Он всего лишь вырос – выкинул детскую дурь из головы. Правда, вырос не таким, каким его хотели бы видеть отец с матерью.

И ещё… Он перестал «замечать» кого-то, кроме Саши. Отец постепенно сошёл с роли непрекословного авторитета, в доме часто слышались эхо и отзвуки ссоры: причитания матери, что приходит поздно, что не тем занимается, что забросил учёбу, что небось давно на наркотики подсел. Злые слова отца «…ты без нас никто… в кого удался… что из тебя получится… придурок придурком…» – разговоры родителей, их беспокойство, крушащиеся надежды: «Связался с дурной компанией… что делать… может, это пройдёт?..»

Удивительно: почти необидно. Илья всего лишь стал реже бывать дома.

Его жизнь будто две стороны одной монеты, будто выступление для одного зрителя, не желающего ни смотреть пьесу, ни заглядывать за кулисы.

А в марте неожиданно для всех снова пошёл снег.

За мартом апрель и май. Время летит неуловимо быстро – не остановить, не остановиться.

Последний звонок. Выпускной.

На выпускном «Кая» Илья сидел в первом ряду актового зала, а когда причастный народ уехал в кафе, со спокойным сердцем, немного сожалея, пошёл домой.

Июнь, июль, август – беременность какой-то девчонки. И что? Свадьба?..

Никто ушам своим не верил – Сашка собирается жениться? Бред. Да быть не может.

Но когда Илья спросил, тот закатил глаза к потолку:

- Да? Это странно?

Впрочем, Илья не верил до последнего, а после торжественного акта бракосочетания не воспринимал свадьбу всерьёз – тощая, бледная девчонка совершенно не могла претендовать на место в сердце «Кая».

Она не была ни храброй, ни решительной, ни Гердой. Да, она абсолютно точно не Герда и никогда ею не станет – не хватит самой обыкновенной человеческой страсти, львиной смелости. Очевидно: ребёнок появился после случайного траха на выпускном. Белоручка струсила делать аборт, а Саша выбрал легчайший вариант избегания проблем и головомоек. Скоро ему надоест, и девчонка сама попросит развод.

Сентябрь. Обычная непогода.

«Кай» сдал экзамены и отправился в универ. Вот это реально стало неожиданностью для всех: родителей Саши, его приятелей, одноклассников, учителей – всех, кроме самого Саши и почему-то «не-Герды». Тогда Илья, понимая, что светлой звезды, помогающей Александру, у него не имеется, снова налёг на учёбу, твёрдо пообещав поступить туда же. На любую специальность.

Его родители счастливо думали, что мальчик взялся за голову, но он хотел всего лишь по-прежнему следовать. Идти следом, как привык за всё это время.

Октябрь, ноябрь, декабрь, январь…

Снова ноябрь.

Такой же холодный, как и в прошлом году.

«- Поступил? – спрашивали те знакомые отца и матери, которые спросить не успели.

- Конечно, – с гордостью отвечали те. – На бюджет. Он же наш сын!»

Илья за некое хвастовство на них совершенно не злился – он радовался, что, поселившись в другом городе, сможет видеться с Сашей каждый день.

22
{"b":"586699","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
О чём молчат мужчины
Типы лидеров
Раненое сердце плейбоя
Жаркая зима для двоих
У Купидона картонные крылья
Элементарная социология. Введение в историю дисциплины
Пережить развод. Универсальные правила
Легенды крови и времени
Путь художника