ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Алиса в Стране чудес
Осколки детских травм. Почему мы болеем и как это остановить
Вознесение
Как жить в мире перемен. Три совета Будды для современной жизни
Далекие миры. Император по случаю. Книга пятая. Часть вторая
Начни жить иначе
Отражение. Зеркало войны
Исцеляйся сам. Что делать, когда все болит и ничего не помогает
Воля народа

– А если он ещё раз?

– Даже виноватого второй раз не вешают, – хмыкнул Саша.

Джеки мрачно скрипнул зубами:

– Ну да, его поджигают.

Саша глянул на него иронически, на что Джеки поднялся и широкими шагами с раздражением вышел. Илья остался и, без раздумий стянув стары, уселся на кровать. Где-то откопал ручку, потянулся за лежащим на подушке кроссвордом с пляшущими человечками. Спросил:

– Тебя скоро выпишут?

– Завтра сам уйду.

На этом разговор закончился.

Илья остался в палате до вечера, пока его не выгнали медсестры на пару с появившимися вместе с тормозком Сашкиными родителями.

А следующим утром возмущенные работники больницы не обнаружили травмированного на месте. До сих пор остававшийся в прострации безнадёга в ответ на все вопросы пробормотал, что пациент уполз через окно – и это на третьем этаже.

Ещё через пару дней одна сердобольная тетёнька чуть не упала в обморок, услышав жалобную мяукающую просьбу о помощи из дыры каменного уличного женского туалета.

Беднягу вытаскивала служба спасения. Он был избит, в синяках, порезах, а на руке приводила всех в ужас на живую сделанная чем-то острым надпись: «Я больше так не буду». Говорить, кто причина всех его несчастий, парнишка напрочь отказался, несмотря на все увещевания милиционеров и родителей.

В общем, «взрослые» ещё долго не могли прийти в себя после подобной жестокости.

А Илья задумчиво разглядывал хлещущих пиво парней и пытался догадаться, кто участвовал в том побоище – Джеки или он же, только вместе с Сашей.

Саша на взгляд Ильи повернулся, но, не уловив в нём вопроса, уткнулся в телефон. Кажется, он запускал ту самую игрушку.

End the flashback.

– Не парься из-за этого так, – говорю Джеки, когда мы уже выходим из машины. – Я ж понимаю, что, сдохнув, ты подведёшь под монастырь слишком многих, да и гипсом много не подерёшься.

Фыркает, видимо представляя, как будет смотреться. Дергает, словно на прочность пробует повязку, прижимающую его правую руку к груди, и достаёт из кармана ножик-бабочку. Тот с несколькими щелчками в его руке на лету раскрывается и складывается обратно.

«Спортивка» закрывает за Джеки дверцу и выдвигается первым к похожему на склад зданию. Внутри темно и холодно, но мы здесь не единственные гости. Ещё… примерно человек семь-восемь глядят волчьими глазами.

Кто-то включает свет.

Мельком оглядываю присутствующих. Видок практически у всех, мягко говоря, не слишком честный.

Стараюсь сосредоточиться на предстоящей свалке и выкинуть из головы мысли, достающие меня с самого утра, мол, не слишком ли я трус?

Нет уж, оставлю это на потом.

Рука на автомате лезет в карман, достать на этот раз мой, изрядно постаревший нож.

*

Не скажу, что начало выдалось особенно оригинальным. В «темном переулке» собрались две кучки индивидуалистов, щерящихся друг на друга, но никак не решающихся напасть первыми– будто две армейки кавалеристов на пустом невспаханном поле. Рядом о чём-то разговаривали двое: Джеки и тип заправляющий второй шайкой.

Отчасти это всё напомнило мне малобюджетный мафиозный боевик, отчасти я понимал, что это – реальность.

Тогда Джеки по-акульи усмехнулся, издевательски прищурил глазищи и негромко сказал что-то, от чего тип пошел красными пятнами и, с размахом открыв складной ножик, попытался его воткнуть прямо в акулий глаз.

Джеки рассмеялся, легко уклонившись, и по-змеиному скрылся за спинами своих людоедов.

Так что едва Джеки оказывается близ меня, хватаю его за локоть и, пряча за своей спиной, утаскиваю в сторону – немного, так, чтобы казалось, будто мы ещё в центре заварухи.

Глядя на всё, в который раз убеждаюсь что в реальных побоищах – пусть и на два десятка придурков, спасают всего два фактора: удача и холодная голова.

Джеки, на секунду прислонившись к моему плечу, трясётся от смеха. Я бы, может, спросил его о причине, но сейчас это чревато.

Оскорбившийся тип, отбиваясь от людоедов, как от надоевших родственников, подбирается к нам, в тыл. Его бы на раз прихлопнули, если бы не его товарищи из группы поддержки.

Не выпускаю его из виду, наверно поэтому в последнюю секунду замечаю выглядывающего из окна соседнего здания «снайпера». Он бросает быстрый взгляд на меня, затем на Джеки и, как в замедленной съёмке, поднимает ствол.

Выругавшись, толкаю Джеки на асфальт – подальше от «линии огня» и тут же чувствую что-то горячее, больное – сначала в руке, потом, после второго выстрела, – где-то в ноге… не могу понять где.

Грохот третьего, будто во сне.

Кажется, пару секунд нахожусь в глухом обмороке.

От боли меня подкашивает, и прежде чем окончательно грохнуться на колени, чертыхаюсь. Делаю усилие, чтобы заставить себя обернуться – Джеки всё-таки досталось.

А потом кто-то, надрывая глотку, орёт: «Менты!»

И за считанные секунды, прерывая все конфликты, толпа редеет.

Твою мать.

Всё происходит слишком быстро. Не успеваю.

Из горла невольно вырывается смешок – а не для того ли было задумало это всё – эта стрелка?

Джеки… втянул меня в непонятно что.

– Джеки, – окликаю его.

Не знаю, что там с его раной – на боку по ткани расплывается пятно.

– Да? – откликается, не спуская глаз с окна.

«Снайпер», кажись, хочет сделать ещё выстрел, но его окликает кто-то невидимый, и фигура скрывается внутри.

– Пора валить, – боль усиливается с каждой секундой.

– Да.

Прижимая целой рукой рану, поднимается, пытается поднять меня.

От боли цежу сквозь зубы:

– Ну и где твои… людоеды?

Как в ответ, к нам подбегают двое, один из которых – спортивка. Дело идёт на лад, но, когда мы заворачиваем за угол гаража, кто-то сзади разбивает что-то о мою голову.

Реальность милосердно испаряется.

*

Открывая глаза, первым делом нахожу взглядом Джеки:

– И как прикажешь это понимать?

Моя неповреждённая рука накрепко привязана к какой-то трубе. Тело ноет, хотя раны перемотаны бинтами, а голова всё ещё в мутном полудурмане.

Невесело гляжу на Джеки – ему тоже досталось: правый бок даже через бинты кровит, рука тоже привязана, ноги – связаны между собой.

– Поиграли в лихие девяностые, – фыркаю, из оставшихся сил пытаясь иронизировать.

Болезненно морщится, молчит. У меня же, наоборот, несмотря на дискомфорт, возникает злорадная охота поболтать:

– А убийца – садовник?

Сначала снова морщится – но уже от досады:

– Нет, тот, что подхватил тебя. Садовника, если не ошибаюсь, послали за выкупом.

– Понятно, тогда, если не хочешь разыграть беспомощную барышню, нужно что-то делать.

– Что? – глазеет с укором. – Я избит и связан, ты вообще, как сито. Еле выпросил перевязку.

– О, так ты знаешь, где мы?

– Примерно. Но снаружи охрана, а у них не одни ножики.

Не могу не усмехнуться:

– Надо же, прямо экшн.

Отвлекаясь от Джеки, оглядываюсь: помещение похоже на типичный затхлый склад с тусклой колыхающейся лампочкой. Везде ящики, коробки, трубы, снова ящики. И мы.

Сцепляю зубы – боль мешает думать.

– У тебя одна сквозная, а одна так и осталась, – будто замечая, обрывает ход мыслей Джеки.

– Где?

– В ноге.

Джеки не улыбается – привычно, а устало глядит прямо в глаза. Кажется, это всё его задрало, да и дело принимает серьёзный оборот.

– Тебя перемудрили, – констатирую. – Не расскажешь?

Отворачивается. Но он пришнурован недалеко от меня, слева, поэтому всё равно вижу часть его лица. На нём – подумать только – сожаление.

Наконец, снова зыркает на меня:

– Приманкой был ты. Мы с тем типом, ну, ты видел, нехреново погрызлись, вроде он положил глаз на кусок моей территории, а я хуй положил на все его сглазы. И тут я такой заявляю, вроде ухожу на срок от дел и собираюсь передать всё одному доверенному. И сверху почти согласны. Сказал тока своим, знал же – кто-то из них – крысёныш. Тот гондон ещё раньше стрелку забил, а тогда так и вообще пожарку забил – неизвестно, как с тобой, спиногрызом, дела делать и всё такое – уж лучше старого сразу грохнуть. Ну и получилось, что кто-то из верхов его молча подстраховал. А я ж никуда не собираюсь, а тебя никто в городе не знает… Кто ж думал, что ты меня прикроешь, когда у них планы…

45
{"b":"586699","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Хиты эпохи Сёва
Герой империи. Битва за время
Тексты, которым верят. Коротко, понятно, позитивно
Погадай на жениха, ведьма!
Стратегия голубого океана. Как найти или создать рынок, свободный от других игроков (расширенное издание)
Завет Локи
Николь. Душа для Демона
Тарелка молодости. Есть, жить, любить и оставаться молодыми
Приключения Робина Гуда