ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ага, из Парижа, – улыбнулась Катя. – Правда, мне недолго осталось там работать – еду по контракту в Нью-Йорк. А ты-то чего из Москвы сбежала?

– Я не сбежала. Это часть моего плана. Да что ты в дверях-то стоишь? Проходи на кухню. Мамы еще нет, успеем все обсудить.

Квартира была просторной и светлой. Она ничем не напоминала тот барак, в котором выросла Катя. Кухня щеголяла новенькими фотообоями, изображавшими неведомые тропические острова. На потолке – хрустальная люстра, в серванте – сервиз «Мадонна», словом, все точно так, как и должно быть у приличных людей.

– Эх, Катька, через несколько лет будем сидеть с тобой не в Магадане на кухне, а на Мальдивах под пальмами. Ты – топ-модель, я – жена миллиардера. Будем пить коктейли через трубочку и смотреть на океан, – Лиза сверкала удивительными глазами, смеялась и разливала чай по перламутровым чашкам.

– Я так далеко не загадываю, – хмыкнула Катюша. – Мне бы маму с сестрами отсюда забрать. Ты же знаешь, у нее со здоровьем не очень.

– Это да. И что, когда планируешь?

– Вот приеду в Нью-Йорк, осмотрюсь, сниму подходящую квартиру и займусь этим вопросом.

– Ох, непросто это будет, – вздохнула подруга.

– Да я понимаю. Но ведь у них вся надежда только на меня. Ты знаешь, какими глазами они смотрят?

– Понимаю, Катюха. Только тебе бы сначала самой как следует на ноги встать, а уж потом ярмо на шею вешать.

– Ну… вот нет у моей мамы этого времени. Потом поздно может быть. Придется как-то выкручиваться.

– Может, тебе замуж удачно выйти?

– Ага. Мама моя трижды выходила. Это только если официальных супругов считать. Помнишь Сулеймана, который за нами с ножом гонялся? А как Виктора прямо из душа милиция забрала? Весь подъезд сбежался, до сих пор вспоминают. И главное, каждый раз – надежды, слезы… И что в итоге? Нет уж. Я постараюсь сама пробиться, а вот потом, может быть…

Катя покрутила изящной ручкой, давая понять, что замужество не только в данный момент не актуально, но и в принципе под большим вопросом.

– А я вот наоборот, хочу начать с замужества, – призналась Лиза. – Ты пирог будешь? Вишневый!

– Да мне ж нельзя.

– Ну, мне-то, вообще-то, тоже. А мы чуть-чуть!

– Тогда один кусок на двоих!

Они дружили с первого класса, правда, это вышло не сразу. В детстве Катя была не просто скромной, а болезненно-застенчивой. Ей столько раз приходилось прятаться от маминых ухажеров, притворяться тихой и незаметной, чтобы не вызвать гнев очередного озверевшего алкоголика, что она привыкла молчать и сторониться людей. Живая, избалованная Лизочка была полной противоположностью. И надо ж было учительнице посадить их вместе!

– У тебя стерка есть? – спросила Лиза на первом же уроке.

Катя молчала.

– Ты меня слышишь?! Стерка у тебя есть, спрашиваю?!

Соседка по парте продолжала сидеть с отрешенным видом.

– Ты глухая?! – вышла из себя Лиза. Эта белобрысая тихоня начинала ее раздражать. – Стерка есть?!

Катя молча покачала головой.

На следующий день история повторилась. Катя Снегирева оказалась невероятной тихоней – она все время молчала, говорила лишь иногда, да и то, отвечая на вопросы учителя. На переменах оставалась сидеть за партой, вместо того чтобы носиться по коридору с другими детьми.

Лиза злилась все больше и больше. Она не собиралась терпеть того, что эта зазнайка ее игнорирует.

– Ты разговаривать вообще умеешь?! – предприняла она очередную попытку. – Ты знаешь, что нужно отвечать, когда тебя спрашивают?!

Катя невозмутимо продолжала жевать яблоко. Лиза в сердцах схватила стопку учебников с парты и огрела зазнайку Снегиреву по голове.

На следующий день в школу явилась Любовь Сергеевна. Потрепанное пальто, старомодная прическа, какие-то красные стекляшки в ушах. Лиза поежилась. Одно дело Катька, и совсем другое – ее мамаша из трущоб.

– Лизонька, – вдруг сказала женщина ласково. – Не бей, пожалуйста, больше Катюшу по голове, ладно? У нее в детстве косоглазие было, могут начаться проблемы с глазками.

И все. Больше ничего не сказала. И учительнице жаловаться не стала.

Лиза ошарашенно кивнула и больше Катю действительно не трогала. А в третьей четверти даже врезала портфелем Ваське Симакину, который вздумал дергать ее соседку по парте за длинную косу.

И Катя понемногу привыкла к ней. К концу учебного года девочки, наконец, стали подругами. Причем всех остальных Катя по-прежнему сторонилась, мальчиков и вовсе стеснялась, а вот с Лизой могла болтать без умолку.

Они часто смеялись, вспоминая «романтическое» начало своих отношений. «Мало я тебя учебниками била!» – фыркала иногда Лиза. Они были будто с разных планет, но в детстве это не имеет большого значения. Лиза прятала Катю с сестрами у себя дома, когда начинал бушевать очередной отчим и Кристина Валерьевна ничего не имела против. Более того, в том, что касается ареста Виктора, не обошлось без участия зампрокурора. А Любовь Сергеевна, в свою очередь, всегда старалась вкусно накормить Лизу (Каменовская-старшая вечно пропадала на работе, и питались они в основном полуфабрикатами).

Лиза мечтала стать ветеринаром. Как-то раз зимой они с Катей нашли на чердаке Лизиного дома крошечных, слепых еще котят. Весь вечер кормили малышей молоком из пипетки и те ели, а значит, шанс на выживание был. Вот только где их держать? Кристина Валерьевна настрого запретила тащить их домой, а у Катиной мамы на кошек была страшная аллергия. На улице – тридцатиградусный мороз, это верная смерть. Да и на чердаке оставлять опасно – если уборщица баба Маша пронюхает, на мороз выставит, прямо с коробкой. Эта не пожалеет, баба суровая.

Выход неожиданно нашла Катя. В их дворе жил мальчик Миша, сын автомеханика. Вот он-то и убедил отца выделить каморку для котят. Евгений Петрович был добрым, хоть и пьющим. Он просто перенес все инструменты, освободив самую маленькую подсобку. Вот там юные ветеринары и устроили свой штаб. Котят они вырастили и всех до единого раздали в добрые руки. Но потом под машину попала молодая овчарка. Словом, подсобка в автомастерской надолго превратилась в живой уголок. Собак крупных пород, метисов, а иногда и вовсе беспородных удавалось устраивать на охрану объектов и на зоны, котят раздавали по знакомым. Про этот маленький приют быстро узнали в городе, люди умилялись и шли к ним за животными. Как-то раз приехал сам начальник колонии на служебной машине и забрал всех имевшихся на тот момент собак.

Мальчишек подруги никогда не делили. Катя их всех безоговорочно уступала подруге. В конце концов, рядом со Снегиревой остался один только Миша, который Лизе попросту был не нужен.

Катя всегда искренне считала, что Лиза потрясающая, и не уставала ей это повторять. Конечно, если она хочет олигарха – значит, она его достойна.

– Так что, есть там кто-то на примете в Москве?

– Ну, пока я только осмотрелась. И поняла, что к этой войне надо подготовиться более тщательно. Знаешь, что я придумала?

– Гм… На этом месте я, наверное, должна была сделать круглые глаза и упасть в обморок, но не стану. Да, Лиза, я знаю, что ты придумала.

– Про конкурс?!

Катя кивнула.

– В нашем городке не спрятаться, не скрыться… – скривилась Лиза. – Все разболтают, переврут, придумают то, чего никогда не было…

– Ну, в данном случае никто не сплетничал. Я узнала по долгу службы, можно так сказать.

– Это как?

– Ну, я тоже буду участвовать в этом конкурсе. Меня отправляет агентство.

Лиза замерла и несколько секунд не моргая смотрела на подругу своими прекрасными зелеными глазами.

– Но это же не честно, – в конце концов выдохнула она. – Мне же этот титул для дела нужен, а ты и так профессиональная модель. У тебя все хорошо. Зачем тебе нужен какой-то провинциальный конкурс?

– Анна попросила. Для поднятия престижа этого самого конкурса.

– Ага, прекрасно! То есть уже заранее известно, кто победит! Она ведь тебе обещала?! Да, обещала? Ну конечно, это ведь Егоровой и самой выгодно! Так я и знала! Ты не можешь так поступить! Ты слышишь меня, Катя?! Не можешь!

4
{"b":"586749","o":1}