ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Бригадный генерал. Плацдарм для одиночки
Вопросы – это ответы
Магнетические тексты. Как убеждать, «соблазнять» словом и зарабатывать на этом деньги
Магия психотерапии
Ведунья против князя
Зов из могилы
Аутсорсинг в стратегии современного бизнеса. Лучшие практики успешной работы с поставщиками услуг
Юрген Клопп. Биография величайшего тренера
Князь Вольдемар Старинов. Книга вторая. Чужая война

Я сидела там, и позволила Алексу читать дальше о том, как моя мама видела, что ее отец приводил других женщин в спальню наверху, а моя бабушка не обращала на это внимание. Она слышала все, что происходило в их комнате, когда пыталась заснуть. Всю ночь ее отец стонал, занимаясь любовью с другой женщиной. Насколько отвратительно это должно было быть для нее. Это напомнило мне о том, как бессчетное количество раз моя мама приводила кого-то с вечеринки или из бара. Они занимались сексом всю ночь в маленьком трейлере, который мы делили с ней. Стены были такими тонкими, что я слышала все. Я помню, как пыталась закрыть голову подушкой, хотя это нисколько не помогало. Если ей это было настолько неприятно, зачем она заставляла меня пройти через это? Думаю, в какой-то степени это был круг жизни. Круг, который я должна разорвать.

Вечернее небо темнело, предвещая шторм. И хотя ветер усиливался, мы продолжали рыться в тетрадях. В сундуке мы нашли фотографии, снятые на Полароид. Используя отражение в зеркале, Дейдра сделала снимок со слезами на глазах. Мое сердце сжималось, глядя на это. Большинство других фотографий были сделаны на вечеринках в пляжном доме, наполненном выпивающими улыбающимися парами. Мои бабушка и дедушка не были одной из этих пар. Я не нашла ни одной фотографии, на которой они были бы вместе.

Мы пошли спать около полуночи. Я плохо спала, просыпалась с мыслями о том, что я прочитала. Я хотела поговорить с Бьюлой и прояснить все, что мне было непонятно. Но как мне начать разговор? Какими станут наши отношения после того, как я расскажу ей обо всем?

Когда только начало рассветать, я на цыпочках спустилась вниз. Порывшись среди дневников, надеясь найти что-то еще более ценное, я увидела школьное кольцо. Оно было слишком велико для девочки. Под вареными джинсами лежала стопка кассет. Оказалось, что мама была королевой школы, и корона, которая была на ней в тот вечер, лежала на дне коробки, она была поцарапана, и на ней не хватало нескольких камней. Было чудесно обнаружить, что моя мама была кем-то большим, чем законченная наркоманка, которая продавала свое тело за наркотики. Она была молодой, чистой и невинной, пока ей не исполнилось шестнадцать. Мое сердце болело за нее. Я возненавидела дедушку за то, что он сделал с ней. Я всегда идеализировала его как человека, каким он, как мне казалось, был. Моя бабушка не должна была допустить того, чтобы подчиняться ему.

Все утро, пока Алекс спал, я пыталась понять смысл всего этого безумия, но записи прекратились, когда мама сбежала. В ночь, когда она убежала ради лучшей жизни, она сделала последнюю запись. Она накопила денег, спланировала путешествие по миру с друзьями, которых встретила на вечеринке. Они планировали объехать на фургоне страну, курить травку и уйти из жизни. Она писала, что «наконец-то оставила эту гребаную жизнь. Больше никакого дерьма, родителей, школы. С меня хватит. Я никогда не вернусь». Пока Алекс не проснулся, я перечитала все еще раз, стараясь ничего не пропустить.

В тот же день, перед тем, как мы отправились домой, Алекс затащил сундук на чердак и поставил его на то же место, где я его нашла. Мы долго все упаковывали. Я сложила в чемодан так много тетрадей и фотографий, сколько смогла. Теперь у меня была часть мамы, которую я могла увидеть и потрогать, когда буду возвращаться в пляжный дом. Ее вещи всегда будут здесь ждать меня, когда мне захочется почувствовать связь с ней.

Нам не хотелось возвращаться в то безумие, что мы оставили, и мы не знали, что ждет нас, когда мы приедем домой. Часть меня хотела, чтобы мы остались здесь навсегда. Мне повезло, что у нас есть такой красивый, тихий дом, в котором мы можем спрятаться, когда жизнь выйдет из-под контроля.

Стоило нам оказаться дома, как Алекс тут же попал в самую гущу предвыборной кампании Эмерсона на пост губернатора. У него были не очень хорошие рейтинги, и Алекс решил помочь всем, чем сможет. У него оставались считанные дни до выступления на Национальном демократическом конгрессе, к которому он готовился год. Я поцеловала его на прощание и сказала, что мы увидимся через две недели в Атланте.

Пресса отвлеклась на другую историю и к огромному облегчению перестала преследовать нас со Стеллой. Дневники моей матери фактически стерли Стеллу из памяти, но оставшиеся несколько репортеров, слоняющихся у подъездной дороги, громко напомнили о ней снова.

Я воспользовалась возможностью позвонить моему отцу в Сан-Диего, когда Алекс уехал. Я не разговаривала с ним с того происшествия со Стеллой. Мой отец был женат на чудесной женщине, и у меня были две сводные сестры и сводный брат с рыжими волосами. Когда отец появился в моей жизни, это изменило мой взгляд на многие вещи. Мои отношения с ним были глубокими и простыми. Казалось, что мы были друзьями, которые давно потеряли друг друга, и нашлись спустя много лет. Звук его голоса всегда действовал успокаивающе на меня. Мой отец был также шокирован, как и я. За одну ночь мы проговорили несколько часов, я читала ему дневники от корки до корки. Но он ни о чем не знал.

- Прюденс, мне так жаль. Я клянусь, что Дейдра ничего не говорила об этом. Я не знал ее настолько хорошо. Мы встретились, когда она путешествовала, и мы оба были под кайфом. Все, что я помню, это то, что она рассказывала, как сильно ненавидит родителей. Черт, я тоже ненавидел родителей в то время. Мы оба тогда запутались.

В отличие от моей матери, мой отец смог побороть зависимость. Сейчас он был корпоративным юристом и жил счастливой жизнью.

- Ты знаешь, тебе нужно поговорить об этом с Бьюлой.

- Я знаю. Алекс сказал мне то же самое.

Для меня все еще было странным, что мой папа и Алекс были почти одного возраста. Я решила не думать об этом.

- Только постарайся понять ее точку зрения. В любом случае Бьюла не станет лгать тебе.

- Я знаю. Я хочу, чтобы она мне все рассказала.

- Возможно, ей будет трудно это сделать из-за того, что это причинило ей много боли.

Он был прав.

Я позвонила бабушке и сказала, что нам нужно поговорить. Мы встретились и провели вместе весь день и часть вечера, просматривая дневники и фотографии из прошлого моей матери.

- Почему ты это допустила, бабушка? Почему ты позволяла своему мужу спать с другими женщинами и сама в этом участвовала?

Она молчала, глядя во двор.

- Ты вышла замуж за сенатора, Прюденс. Подумай, как много женщин предлагают ему себя за день. Ты возможно даже не знаешь об этом. Придет день, когда ты больше не сможешь удовлетворять его. Я люблю тебя больше, чем кого-либо, и мне больно это говорить, но это так. Сенатор - это власть, а женщины любят властных мужчин. Прибавь власть к приятной внешности Алекса и ты получишь настоящую беду. Теперь, когда он рассматривает возможность баллотироваться на пост президента, все может стать еще хуже. Будет отлично, если все обернется по-другому и тебе не придется делить его с кем-то, чтобы удержать.

- О чем ты говоришь? Я не допущу такого. Это ведь унижало тебя как женщину, бабушка.

Бабушка вывела меня из себя, и мой нрав взял верх надо мной.

- Запомни мои слова, милая. Если он станет президентом, он будет самым могущественным человеком в мире. Он захочет использовать эту силу, чтобы делать то, что сделал бы любой мужчина на его месте. Он будет как рок-звезда. Когда твой дедушка стал не таким востребованным и уже не выглядел так хорошо, как раньше, женщины все равно бросались на него. У меня было два выхода. Или принять это, или позволить ему уйти. Мне нравилось быть женой сенатора, поэтому я осталась и закрыла на все глаза.

- Как ты можешь говорить это мне? – мои глаза наполнились слезами. Вот что значить быть женой Алекса? Я знала, что женщины везде кружат вокруг него, даже если я стою рядом с ним. Я не идиотка.

- Я говорю как есть. Иногда быть замужем за влиятельным человеком означает позволить ему управлять и делать то, что он хочет. Мне это не нравилось. Мне не нравилась такая жизнь, но я соглашалась на это ради него. Я делала так, чтобы он был счастлив. Я была готова владеть им наполовину, если это означало, что я останусь его женой.

10
{"b":"586756","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Не шутите с боссом!
Возвращение
Пять травм, которые мешают быть самим собой
Москва 1979
42 истории для менеджера, или Сказки на ночь от Генри Минцберга
Язык жизни. Ненасильственное общение
10 аргументов удалить все свои аккаунты в социальных сетях
Континентальный сдвиг
Когда повезло, или Иномирянка замужем