ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Легко, - фыркнула соседка. - Я сейчас эту связку сфотографирую на свой мобильник, тогда и на суде узнаю.

- Только в руки её не берите, - предостерёг Пётр. - Надо, чтобы на отмычках только его отпечатки были, - он кивнул головой в сторону прижавшегося к стене Андрея.

- Ой, и правда, - отдёрнула протянутую руку Анна Николаевна. - Как это я сама не сообразила? Детективы же и смотрю и читаю. Ну что, я звоню в милицию?

При этих словах Андрей внезапно метнулся к лестнице, но попытка бегства не удалась. Пётр легко захватил руку парня и завёл её за спину. Андрей даже не пытался больше вырваться, чувствуя, что ещё немного, и рука будет сломана.

Пётр покачал головой:

- Не рыпайся, парень, раз уж попался, отвечать придётся. Анна Николаевна, вызовите милицию, а потом позовите Олю, она у соседнего дома в скверике меня ждёт. И отмычки не трогайте, пусть лежат, как он их бросил.

Анна Николаевна сбегала за Олей. Увидев её, Андрей попытался выпросить её заступничество. Он видел, пока следил за этой парой, как бережно и внимательно относится Пётр к его бывшей квартирной хозяйке.

- Тётя Оля, - заныл он. - Скажите ему, чтобы отпустил меня. Я больше так не буду.

- Что тут случилось? - испуганно спросила Оля.

- Пойман при попытке взлома квартиры, - деловито ответил Пётр. - Позвонили в милицию, пришлют наряд, оформим протокол, будут судить.

- За что? - взвыл Андрей. - Я же ничего не сделал. Тётя Оля, пожалейте нас, Олеське скоро рожать, как она без меня.

Ой, и правда, Петя, - растерялась Оля. - Может, его можно отпустить? Он же пообещал, что больше не будет.

- Ещё чего, отпустить, - возмутилась тётя Нюра. - Добрая ты слишком, Оля. А только эта твоя доброта сейчас ему только вред принесёт. Нельзя отпускать его безнаказанно. И потом, я уже сообщила в милицию. Посадить его не посадят, учитывая, что жена должна родить, а вот срок условно могут назначить. И ему это только на пользу пойдёт. Забыла, как он над Женькой твоим издевался, грозил снова его в штрафбат отправить? А ведь Женька-то твой в штрафбат безвинно попал, не то, что этот грабитель. Нет, Оля, отпускать его нельзя, и прощать ему тоже нельзя.

Милиционеры приехали быстро. Выслушали объяснения Петра, высказывания соседки, надели Андрею наручники и повели к машине, стоящей у подъезда. А следственная бригада осталась работать в доме. Петр и Анна Николаевна дали письменные показания, Пётр скинул свою видеозапись на компьютер в комнате Женьки, с компьютера следователь перенёс эту запись себе.

Вечером, когда Пётр пошёл провожать Ольгу домой (он теперь работал, как воспитатель, в первую смену, а Юрий Михайлович - во вторую), он спросил почти сразу, как только они вышли на улицу:

- Женя действительно был в штрафбате? За что?

Оля рассказала ему всю Женькину историю. Пётр немного помолчал, потом предложил:

- Оленька, у меня есть друг, Ермолаев Игнат Матвеевич. Мы с ним вместе служили. А когда вышли в отставку, он открыл адвокатскую контору, которая специализируется вот на таких случаях, когда людей безвинно осуждают. Он, хотя и работает недавно, но ещё ни одного дела не проиграл. Можно, я попрошу его помочь Жене, снять судимость. Зачем ему такое пятно в жизни?

- Ой, я не знаю, - растерянно сказала Оля. - Это надо Женю спросить, как он решит.

- Но ты возражать не будешь? - осторожно спросил Пётр.

- Я не буду, - заверила его Ольга. - Я только хочу, чтобы Женечке лучше было.

*

Ольге Евгеньевне очень нравилась работа в детском доме. Женька был рад, что мама получила эту работу. Во-первых, работала она теперь только в будни, в выходные была дома (у прежнего хозяина работала каждый день без выходных и отпуска).

Но в конце апреля он пришёл на работу хмурый. Отмалчивался часа два, наконец, Миша не выдержал:

- Слушай, чего ты всем настроение портишь? Если что случилось, лучше расскажи, может быть, помощь требуется, так поможем.

- У мамы ухажёр появился, - нехотя ответил Женька. - Я ему прямо сказал, чтобы он её в покое оставил. А тот заявил, что это она будет сама решать.

- Слушай, Женька, а сколько твоей маме лет? - спросил Раймонд.

- В этом году 38 исполнится. А что? - с недоумением спросил Женька.

- Да она у тебя совсем ещё молодая! - воскликнул Сергей. - Что же ты её личной жизни-то хочешь лишить. Нельзя быть таким эгоистом.

- Да не эгоист я, - неуверенно сказал Женька, - только зачем ей ещё кто-то, нам ведь и вдвоём хорошо.

- Хорошо тебе, - вздохнул Слава, - но это пока у тебя жена не появилась. А заведёшь свою семью, мама-то отойдёт на второй план. А такой молодой женщине не только дружбы с сыном хочется, но и любви, и личной жизни. Так что если человек хороший за ней ухаживает, ты только радоваться за неё должен. Другое дело, если хмырь какой. Так ты только скажи, мы ему сразу отворот дадим.

После разговора с ребятами Женька пришёл домой довольно рано - позвонил Катюшке, что сегодня не сможет с ней побыть. Катюшка было фыркнула, но он объяснил, что у него важный разговор с мамой, тогда она сменила гнев на милость и согласилась встретиться завтра.

Оля была уже дома. Как всегда, Пётр проводил её до квартиры, вошёл первым, проверил квартиру, потом подождал, пока она запрёт дверь, и ушёл, попрощавшись до следующего утра. Кстати говоря, в первые дни Олиной новой жизни защита Петра ей действительно потребовалась. Бывший хозяин, Аполлон Сакелиди, узнав о её выздоровлении, потребовал, чтобы она вернулась на работу. Когда она отказалась, объяснив, что теперь работает в другом месте, он несколько раз присылал своих подручных, которые поджидали Ольгу утром у подъезда. Каким-то звериным чутьём эти подручные понимали, что связываться с Петром им не стоит, но упорно сопровождали Петра с Ольгой до самого детского дома. Петру это быстро надоело. На третий день, проводив Ольгу до двери бухгалтерии, он отправился к самому Аполлону. Неизвестно, о чём они говорили, но он оставил Ольгу в покое.

Ранний приход сына удивил и встревожил Олю.

- Ты что, поссорился с Катей? - спросила она с беспокойством.

- Нет, мамуля, не волнуйся, - успокоил её Женька. - Я ей сказал, что хочу поговорить с тобой по важному вопросу. Она поняла, сказала, что не сердится.

- И по какому такому важному вопросу ты со мной говорить хочешь? - с любопытством спросила мать, накрывая на стол.

Женька вымыл руки, сел к столу, щедро положил сметаны в тарелку с борщом и даже замычал от предвкушения:

- Ой, мамуля, какой у тебя борщ всегда вкусный получается, никто с тобой не сравнится. Да ты садись, посиди со мной.

Мать послушно присела у стола. Женька смотрел на неё во все глаза - мама выглядела так молодо, она просто вся светилась.

- Мама, ты счастлива? - вырвалось у него.

- Сейчас да, - просто ответила мать. - Я так радуюсь, как у нас жизнь налаживается. У тебя ведь тоже всё хорошо, сынок?

- Думаю, да, - подтвердил Женька. - А спросить у тебя я вот что хотел. Ты никогда не рассказывала мне об отце. Расскажи сейчас, а, - попросил он. - Как вы познакомились, как жили. Ты его любила? - нерешительно спросил он, увидев, как помрачнело лицо матери.

- Хорошо, расскажу, - решившись, сказала Ольга. - Когда я окончила школу, мне ещё не исполнилось 17-ти, как ты догадываешься. (День рождения Ольги был в августе). Меня выпустили из детдома, дали направление на работу на хлебозавод. На заводе не было общежития, а по закону мне полагалось жильё от государства. Мне дали ордер в эту квартиру. Твой отец жил в твоей теперешней комнате, а мне дали маленькую, где я сейчас сплю. Через месяц твой отец пришёл домой ночью, чем-то взбудораженный, и пришёл ко мне в комнату, сломал засов. Вот так ты у меня и появился. Через два месяца мы зарегистрировались, а потом он уехал. Приезжал он к нам очень редко, но ты сам знаешь, что он нам всё-таки помогал, так что зла я на него не держу. Ты ведь помнишь, когда он был здесь в последний раз? Тебе было уже пять лет, и ты звал его "дядя", не успел привыкнуть. Он приехал ненадолго, чтобы помочь приватизировать нашу квартиру на меня и на тебя. Ты что, мальчик? - испугалась Оля.

99
{"b":"586761","o":1}