ЛитМир - Электронная Библиотека

А. М. Кузнецова

Типология палатального ряда в русских говорах

Расширение арсенала современных методов фонетического исследования, в том числе использование результатов инструментального анализа, увеличивает возможности получения точных типологических данных, необходимых для оптимальной характеристики не только фонетического строя, но и фонологических систем современных русских говоров.

В русских диалектах обнаружена обширная группа согласных особого артикуляционного образования — палатальные среднеязычные, которые отличаются от соответствующих палатализованных согласных русского литературного языка[1].

С помощью методов палатографии и рентгенографии в говорах зафиксировано несколько типов палатальных среднеязычных среди согласных различного способа образования (взрывные, щелевые, аффрикаты, сонорные), соотносимых с известными типами среднеязычных, распространенных в ряде языков.

Наличие палатальных согласных образований (звукотипов) значительно увеличивает возможности фонетической реализации согласных фонем, а также создает дополнительные предпосылки для усложнения и специфического развития фонологических противопоставлений в общей системе диалектного консонантизма.

Палатальные среднеязычные (в группе взрывных, щелевых и аффрикат) представлены в русских говорах тремя разновидностями: 1) краепалатальные, 2) переднепалатальные, 3) заднепалатальные[2].

Краепалатальные среднеязычные (в условной транскрипции [тˮтʼ], [дˮдʼ], [сˮсʼ], [зˮзʼ], [цˮцʼ] [ӡˮӡʼ]) приближаются к промежуточным образованиям, т. е. среднеязычно-переднеязычным согласным, в акустическом отношении несколько сходным с соответствующими палатализованными. Краепалатальные щелевые и аффрикаты известны многим белорусским говорам[3].

Переднепалатальные среднеязычные ([тˮ], [дˮ], [сˮ], [зˮ], [цˮ] и т. п.) отличаются наивысшей степенью мягкости (собственно палатальностью, которая для среднеязычных является основной, а не дополнительной артикуляцией). Известным примером переднепалатальных среднеязычных согласных являются польские [сˮ], [зˮ], [цˮ], [ӡˮ].

Заднепалатальные среднеязычные, артикулируемые в районе образования [ј] (на границе образования заднеязычных), характеризуются особой физиологической напряженностью. Заднепалатальные взрывные [т̧], [д̧] функционируют в венгерском языке.

Довольно своеобразна история фиксации и лингвистической оценки палатальных среднеязычных в русских говорах. В течение определенного времени явления диалектной фонетики фиксировались исследователями методом слухового наблюдения. В этом случае оценка новых речевых фактов, с которыми впервые сталкивается наблюдатель, нередко сопровождается соотнесением элементов их акустического и лингвистического восприятия (перцепции) с элементами наиболее привычной фонологической системы, в первую очередь, русского нормализованного языка.

Так, краепалатальные и переднепалатальные взрывные, как правило, не поддаются точной регистрации в условиях обычного слухового наблюдения носителями русского языка (обычно они фиксируются как соответствующие палатализованные [тʼ], [дʼ] без фрикации, которым близки перцептивно). Практически не отмечены эти согласные и в материалах Атласа русских народных говоров. Иную картину представляют заднепалатальные среднеязычные взрывные, которые перцептивно создают как бы промежуточную категорию между двумя тембрами (классами) язычных согласных: [тʼ], [кʼ], с одной стороны, [дʼ] и [гʼ], с другой стороны. Обозначением типа [тʼкʼ] и [дʼгʼ] нередко пользовались собиратели материалов для Атласа русских народных говоров (ср. тʼкʼетрадʼи, тʼкʼижало и т. п.). Нередко в указанном случае исследователи пишут о «переходе мягкого тʼ в кʼ»[4] (ср. написания типа кихо = тихо, кит = тит, пойгёмте = пойдёмте).

Заднепалатальные среднеязычные, наряду с переднепалатальными и краепалатальными взрывными, функционируют и в тех русских говорах, в которых по традиции отмечается так называемый «переход кʼ, гʼ в тʼ дʼ» в словоформах типа «рути—ноди». Исследователи, фиксируя данное явление как «переходное смягчение» задненёбных, ставили вопрос и о степени качественного соответствия «новых» тʼ дʼ на месте кʼ гʼ обычным палатализованным тʼ дʼ. Н. Н. Дурново писал о том, что «иногда вместо кʼи, кʼе слышится переходный звук кʼтʼи, кʼтʼе»[5].

С. С. Высотский, отметивший в говоре д. Леки (1945 г.) отсутствие передвижения согласных кʼгʼ «в зону краепалатальных согласных»[6], с помощью рентгенографического метода подтвердил наличие среднеязычных палатальных [тˮ], [дˮ] на месте этимологических кʼгʼ (в определенных позициях) в некоторых среднерусских говорах[7].

Учитывая вышесказанное, трудно согласиться с определением М. В. Федоровой, предложившей классифицировать взрывные согласные рассматриваемого образования как «полумягкие»[8].

При фиксации среднеязычных щелевых [сˮ], [зˮ] исследователи нередко обращали внимание на присутствие у этих согласных своеобразного «шипящего» призвука. Уже первые записи русскими диалектологами рассматриваемых щелевых связаны с восприятием этих согласных как «шепелявых», или «шепелеватых». Этот термин получил в дальнейшем широкое распространение в отечественной диалектологической литературе и по традиции употребляется вплоть до настоящего времени. Однако нередко исследователи вкладывают в это понятие различное содержание. Так, известна точка зрения, в соответствии с которой некоторые исследователи диалектной фонетики в понятии «шепелявости» согласных объединяют два внешне тождественных, но, по сути, типологически различных явления: 1) случаи употребления «шепелявых» мягких [сʼ], [зʼ] и 2) употребление согласных образований, промежуточных между [с] и [ш], [з] и [ж]: звукотипы [сш], [зж] апикально-какуминальной разновидности переднеязычного уклада[9]. Б. А. Ларин пользуется единым знаком транскрипции для обозначения мягких и твердых «шепелявых» щелевых (примеры в его записи: козˮа, сˮлузˮбу, лисˮица, взˮял и др.)[10].

По отношению к среднеязычным палатальным щелевым [сˮ], [зˮ] употребление термина «шепелявые» не является вполне точным. Как отметил В. Н. Чекман, исследовавший краепалатальные щелевые в белорусском языке, в этом случае «понятие «шепелявый» … не может претендовать на статус термина»[11], особенно если учесть, что тембральным признаком собственно «шепелявости» характеризуется лишь одна из трех разновидностей среднеязычных щелевых: переднепалатальные [сˮ], [зˮ] польского типа. Следует заметить, что в соответствии с польской лингвистической традицией палатальные среднеязычные [сˮ], [зˮ] не классифицируются как «шепелявые» согласные.

В строгом смысле термин «шепелявый» является логопедическим термином. Шепелявость (разновидность сигматизма, т. е. нарушения произношения свистящих и шипящих звуков) относится в логопедии к разряду дефектов или расстройств речи. Использование этого термина в лингвистической практике может невольно навести на мысль о речевых нарушениях лица, чья речь подвергается наблюдению. Примеры использования термина «шепелявость» в его прямом (логопедическом) значении встречаются в лингвистической литературе. Но не следует исключать возможности существования в системе языка или говора фонетических явлений, внешне напоминающих известные факты косноязычия. Трудно согласиться с авторами раздела «Фонетика» Грамматики русского языка 1952 г., отметившими, что в русском литературном языке «мягкие сꚝ и зꚝ в индивидуальном произношении имеют довольно четко выраженный характер шепелявости» и «этот оттенок шепелявости как при твердых, так и при мягких с и з, может быть больше выраженным и относится к индивидуальным оттенкам произношения»[12]. По-видимому, авторам не были известны факты диалектной фонетики, связанные с употреблением среднеязычных (по литературе, «шепелявых») [сˮ], [зˮ], а также переднеязычных [сш], [зж], которые в качестве элементов «диалектного субстрата» нередко удерживаются в речи жителей городов.

вернуться

1

В русской диалектологии еще не преодолена традиция неправомерного использования термина «палатальный» в значении «палатализованный» (ср., в частности: «Русская диалектология». Под ред. Р. И. Аванесова и В. Г. Орловой. М., 1964, стр. 83, 85 и др.). О необходимости различать два вида «мягких» согласных: палатализованные (смягченные) и палатальные (собственно мягкие) неоднократно указывалось в литературе.

вернуться

2

Эта градация несколько уточняет классификацию палатальных согласных, предложенную нами ранее (А. М. Кузнецова. Некоторые вопросы фонетической характеристики явления твердости—мягкости согласных в русских говорах. «Экспериментально-фонетическое изучение русских говоров». М., 1969, стр. 62 и сл.).

вернуться

3

См.: В. М. Чэкман. Гісторыя проціпастаўленняў па цвёрдасці—мяккасці ў беларускай мове. Мінск, 1970.

вернуться

4

Д. К. Зеленин. Великорусские говоры с неорганическим и непереходным смягчением задненёбных согласных. СПб., 1913, стр. 149.

вернуться

5

Н. Н. Дурново. Описание говора деревни Парфёнок Рузского уезда Московской губернии. Варшава, 1903, стр. 91.

вернуться

6

С. С. Высотский. О говоре д. Лека. «Материалы и исследования по русской диалектологии», т. 2. М.—Л., 1949, стр. 42.

вернуться

7

См.: «Альбом рентгенограмм согласных русских говоров». Сост. С. С. Высотский (рукопись); хранится в лаборатории экспериментальной фонетики Ин-та русского языка АН СССР.

вернуться

8

М. В. Федорова. О русских полумягких т и д (некоторые предположения). «Труды Прибалтийской диалектологической конференции. 1968». Тарту, 1970, стр. 268—278.

вернуться

9

Ср.: Н. П. Гринкова. Очерки по русской диалектологии. IV. Говор тудовлян Ржевского уезда. «Изв. ОРЯС», 1926, т. XXXI, стр. 310; Ю. Ф. Денисенко. Шепелявые свистящие в Печорских говорах. «Севернорусские говоры», вып. I. Л., 1970, стр. 68, 72, 75.

вернуться

10

Б. А. Ларин. Парижский словарь московитов 1586 г. Рига, 1948, стр. 33, 37.

вернуться

11

В. М. Чэкман. Указ. соч., стр. 97.

вернуться

12

«Грамматика русского языка», т. I. М., Изд-во АН СССР, 1952, стр. 66.

1
{"b":"586765","o":1}