ЛитМир - Электронная Библиотека

И сдержи ответ.

2007

***

В город под названием Джальджулия

Я приехал. Было много дел.

Вспомнилось у Пушкина: "Брожу ли я...".

Не бродил. Иначе б не успел.

Всё, что надо, было согласовано.

Каждый постарался, объяснил

Профессионально, обоснованно.

Но устал. Едва хватило сил.

По шоссе, как зеркало подсвеченном

Отблесками солнечных огней,

Возвращался в пробках перед вечером.

Заходил один из долгих дней.

2017

***

Пита, фалафель, хумус и тхина,

Столик времён Мандата*).

Куртку снимаю, кладу за спину.

Ем. По карману трата.

Нравится этот, ставший привычным,

Вкус незнакомый с детства.

Так хорошо в уголке затишном

Собственным миром греться.

На перекрёстке веков и улиц

Слушать курлы наречий.

Всё понимать. И, слегка волнуясь,

Думать о новой встрече.

2016

*) Мандат - Британский мандат в Палестине (1920-1948)

***

Белая дымка тумана

Прячет верхушки дерев.

День начинается рано,

Ночь проводить не успев.

Первые проблески света,

Словно нечаянный взор,

Будят ущелья планеты

Под ожерелием гор.

Но перемены мгновенны.

Автору скучно. И вот

Переиначена сцена -

Грозен и чужд небосвод.

Смыты вчерашние тропы.

Ветер и мечет, и рвёт,

Дальний потомок потопа

К речке чужой пристаёт.

Сносит устои. И с ними -

Благословенный покой...

Прошлое неустранимо

Даже в стремнине такой.

1969-2011

***

Речушка горная стремится

Упасть, разбиться с высоты.

Как будто, гордая, боится

Закрепостить свои черты.

Но, выбегая на равнину,

Она становится другой.

Спокойной, тихой, благочинной -

Обыкновенною рекой.

Она течёт неторопливо,

Лишь вспоминая иногда,

Какой была нетерпеливой

В свои недавние года.

1979

***

Шли, веселились и пели,

Обозревали красу.

Засветло и не успели,

Заночевали в лесу.

Словно в ином мирозданьи.

Холодно. Темень окрест.

Чьё-то сопенье, блужданье.

Шорох, шуршание, треск.

- Что это? Кто-нибудь знает?

Старшему под пятьдесят.

Буркнул, уже засыпая:

-- Листья сухие хрустят.

Вместо подушки газета.

Сердце всё в пятках. Точь-в-точь.

Длилась, как вечность аскета,

Эта бессонная ночь.

Страха набрался немало.

Помнится мне и теперь,

Что-то скрипело, стонало.

Листья. А может быть, зверь.

2011

***

За что мне такая награда -

Костёр и палатка в лесу?

Спасибо, ребята, не надо,

Я службу другую несу.

Без этой охрипшей гитары,

Под крышей, в тепле, за столом

С домашним уютом на пару

Сижу, размышляя о том,

Что счастья закон непреложен,

Он прост - это поиск себя,

Который, я знаю, возможен

И из дому не выходя.

Но те, кто считают иначе

И мокнут сейчас под дождём,

Ведь счастливы тоже. И значит,

Друг друга мы точно поймём.

2017

***

А в Талалаевку я так и не попал.

Но не сужу себя излишне строго.

Я вспоминать о ней не уставал,

Да, видно, так уж выпала дорога.

Взахлёб о ней рассказывал сосед -

Там телефон и низкие наценки.

В огромном мире затерялся след

Гостиницы далёкого райцентра.

2010

***

Два Арарата, как два брата.

Печальны оба. День за днём

С утра до самого заката

Они стоят у входа в дом.

Печально мне. Седые братья,

Седые оба без вины,

Стоят и слушают проклятья

Чужой, жестокой стороны.

И Араратская долина,

Как вся Армения, как мать,

Что родила их и растила,

Не может двух сынов обнять.

1973

Максиму Лаврентьеву

***

Мы выезжали из Эчмиадзина.

Была жара. Летела пыль в глаза.

Как загнанные лошади, машины

Нас заставляли жать на тормоза.

Дорога шла в столицу. У Звартноца

Вода вскипела. Выйдя из машин,

Как будто к долгожданному колодцу,

Спустились по тропинкам в магазин.

Лаваш с водой прохладной, охлаждённой,

Был дар небес - и грешным, и святым.

Как группа лиц, судьбой перемещённых,

Мы были рады радостям простым.

Товары из запасов ширпотреба

Не отпускали. Удлиняя день,

Всё новых благ пытались ждать от неба.

И лишь одно нам нужно было - тень.

Но кратер непогасшего вулкана

Был мир вокруг. Там пролегал наш путь.

Нам предстояло поздно или рано

5
{"b":"586802","o":1}