ЛитМир - Электронная Библиотека

— Не хочешь, оставайся, — сказал Оська, — но темницу надо разломать! Иначе Мурена и ее помощники всех вас переглотают. Без темницы она должна будет сама трудиться, значит, уплывать в море. Надо обязательно сломать.

— Еще как надо! — согласилась Изабелита. — Но вам это не под силу.

— А еще надо проучить Мурену, — добавил Османик, — отбить охоту нас, Великих Осьминогов, уничтожать!

— Не под силу, — кивнул головой Оська, не обращая внимания на разглагольствование Османика, дергая толстую решетку.

— Я придумал. Давайте попросим моего папу. Он сильный, он все может, ведь он — король. Не случайно же его называют Османом Великим?! Он после моего дедушки среди важных осьминогов самый большой в осьминожьем королевстве.

— Большой, толстый, — проворчал Оська. — Сидит целый день на троне и ест.

— К Лангусту пошли! — заспешила Изабелита. —

— У него антенны. В вашем королевстве есть способ передавать звуки, разговоры на расстояние?

— Не знаем, — ответили осьминожки, — наверно, есть. Осьминожье королевство — древнее государство.

— Идея! — закричал Оська и помчался, весело раскидывая немного подросшие щупальца. — К Лангусту!

Лангуст, как будто и не было суток в его жизни, сидел в каюте на том же самом месте, все так же уставившись глазами-рожками в темный угол, шевеля пятью парами ног и длинными усами-антеннами. Рыбы-собаки не было. На ее месте у порога, словно черная чурбашка или обуглившаяся головешка, лежала похожая на огромную гусеницу с острыми выростами на теле Голотурия, или Трепанг, по имени Трепа. При виде гостей гусеница недовольно зашевелилась.

— Милый Лангустон, — обратилась к нему Изабелита, — не поможете ли вы установить связь с осьминожьим королевством? Это нужно моим друзьям Османику и Осе.

От неожиданности Лангуст запрыгал на месте:

— Я рад видеть вас всех в здравии. Я тут такое, такое слышал! — ноги у Лангуста нервно задергались. — Установить связь с осьминожьим королевством? Но с ними разорваны дипломатические отношения! Осьминожьего дипломата Мурена давно разорвала, то есть... уничтожила. И наши дипломаты вернулись, я слышал... Я не прочь, — продолжал Лангуст, — но что скажет Величественная Мурена? Она же снимет меня с должности главного антенщика! А то и хуже!

— Ты боишься? — спросила Изабелита.

— Лангусты ничего не боятся! Но кому хочется иметь неприятности?

— Жаль, — неожиданно вздохнула глубоко все время молчавшая черная гусеница. — Я не хотела тебе говорить, Ланик. Ты такой нервный, впечатлительный.

— Теперь скажу. Не ищи свою любимицу. Твою собаку Мурена вчера разорвала в клочья.

— Мою дорогую Айрум? Трепа, этого не может быть! Она же обещала. Бедная моя Айрум, золотая моя собачка! — От негодования и горя Лангуст стал надуваться, отчего увеличился вдвое.

— Она и тебя съест, если подвернешься, — недовольно продолжала Трепа.

— Что нужно передать? — наконец вымолвил печальный Лангуст.

— Призвать на помощь папу, — сказал Османик. — Мой папа все сможет.

— И всего-то?

— А разве это мало? — удивился Оська.

Лангуст пошевелил усами, еще раз ногами и стал усиленно водить длинными антеннами, выставленными из окна каюты наружу.

— В море шторм, — сказал Лангуст, — придется подождать. Морская вода в страшном движении. Похоже, что там все девять баллов!

— Мурена сюда плывет! — выкрикнула Трепа. Трепа уже сидела на корме судна.

— Уходите! Немедленно! — заволновался Лангуст, отчего пять пар его ног нервно задергались. — Проклятая жизнь, каждый день нервные стрессы, — верещал Лангуст, убирая усы-антенны.

Но Мурена почему-то передумала. Она круто развернулась и, принюхиваясь, пошла кругами над палубой затонувшего судна.

Осьминожки, прикрыв собой Изабелиту, прижались к стене. Откуда-то сверху спустилась черепаха.

— Величественная Мурена, — молвила черепаха. — Ваше приказание выполнено. Осьминожки так высохли, что и следа не осталось. Сбылась вековая клятва цариц Мурен. Вы уничтожили последнего наследника Османа Великого,

— Да? — удивилась Мурена. Она была сыта, поэтому разговаривала спокойно. — Этот мешок с кисельными отростками — наследник?

— Это был наследник Османдр Первый, сын Османа Великого. Он просто еще не вырос.

— А где Осман Великий? Умер?

— Он стар. Одна змеехвостка, наушница, говорила, что видела короля в здравии, но дряхлого-дряхлого. А мне кажется, король просто полный. Она мне и тайну принесла... — голос черепахи был еле слышен.

— А ты говоришь, сбылась вековая мечта? — перебила черепаху Мурена, начиная свирепеть.

— Я знаю тайну осьминожьего рода! — пугаясь, зашептала громче черепаха. — Вы можете прославиться, Величественная Мурена! Извести, изничтожить весь народ осьминожьего королевства.

— Говори! — защелкала зубами Мурена.

— Самым уязвимым местом осьминогов является...

— На, получай! — Оська выскочил из укрытия. — Это за наследника, хорошего товарища. Это — за меня, осьминожку-туни! — Оська выстреливал в Мурену залпами осьминожьих чернил. — А это, — Оська выпустил весь остаток чернил, — за весь род осьминогов, чтобы неповадно было нас уничтожать!

Мурена замерла, потом стала крутиться, пытаясь смыть липкие фиолетовые чернила, но этой ей плохо удавалось.

Черепаха в панике, работая лапами-ластами, поплыла в противоположную сторону от замка злой Мурены.

На палубе судна вокруг царицы прыгали осьминожки.

— Мурена, Мурена! Грязное полено! Черные клыки! Глазки-пузырьки! — дразнился Османик.

Оська, выделывая невероятные фигуры, кричал.

— Мура, Мура, Мура, дура! Мура — щучья фигура! Осьминожек не хватай! А чернила поглотай!

— Дразниться нехорошо, некрасиво! — остановила их Изабелита.

— Нехорошо? Некрасиво? — возмутился Оська. — А высушивать живьем красиво, хорошо?

Но, однако, дразниться осьминожки перестали и поплыли к тюрьме, чтобы в ней на время спрятаться и подумать, что делать дальше. Мурена должна вот-вот прийти в себя. И шутка эта могла плохо кончиться.

Из-за решетки осьминожки видели, как Морской Дьявол Манта, явившись за очередной партией жертв, был страшно удивлен, не обнаружив в темнице ни одной порядочной рыбины. Маленькая Изабелита была не в счет. Боясь гнева Мурены, Морской Дьявол решил бежать. Он знал, пусть он и крупнее Мурены, свирепая и кровожадная царица со своими придворными кошками-акулами ни перед чем не остановится.

— А быть съеденным, — решил Дьявол, — не велика честь!

И махнув плавниками-крыльями, Морской Дьявол Манта, как огромная морская птица, торопливо уплывал прочь от рыбьей тюрьмы, прочь из царства жестокой Мурены.

Наконец, придя в себя после необычной покраски, отмывшись, изрядно проголодавшаяся Мурена рявкнула:

— Эй, костяное чучело! Дьявол Двурогий! Долго я буду ждать? — Но никто не отозвался и не появился.

— Оглохли! — рычала Мурена. — Уши водой залило? — в ответ полное безмолвие моря. — Куда Дьявол подевался? Верно, новую партию рыб гонит?

В великом гневе Мурена метнулась к большому аквариуму, откуда исходил запах свежей рыбы. Но кроме двух ненавистных осьминожек да рыбки, оставленной на вырастание, Мурена никого не обнаружила. Из-за решетки ей, самой Величественной и Жестокой, перед которой трепетало все живое, осьминожки, эти ничтожества, показывали кукиш.

Такого Мурена стерпеть не могла. Она бросилась на решетку, грызла железные прутья, ломала острые зубы.

Вот перекушен один прут, вот другой. Еще минута, и она ворвется в клетку, чтобы уничтожить этих смелых малышей ненавистного осьминожьего государства. Но тут Мурена увидела три торпеды. Торпеды неслись прямо на нее. Злая царица, не знавшая страха, задрожала. Ее черная спина покрылась мурашками. Поджав хвост, как только могла, Мурена отпрянула в сторону и бросилась удирать, забыв обо всем.

Пара огромных глаз припала к фиолетовым кораллам и слилась с ними. Метнулось огромное щупальце и заплясало по металлической дряхлой обшивке судна. Вот оно обхватило киль корабля.

7
{"b":"586820","o":1}