ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ура! — закричал Женька. — Качать Клубчиху Булавочкину!

— Тихо, тихо, — остановила их Лазка-Семизубка. — Не размотайте клубка!

— Ну, я пошел, — заявил крот, собираясь ввинтиться в землю.

— А с нами не хочешь? — спросил Женька.

— Хочу. Но у вас теперь есть лодка. И я вам теперь не нужен.

— Нет, нужен! — Задира Первый ухватился за широкую кривую лапу. — Мне с тобой, кротик, интересно. Ты хороший друг. Поедем?

— И мы тебя любим, — мягко вымолвила Лазка-Семизубка.

— Вот как славненько! — засмеялся крот, перевернулся через голову, весело хрюкнув носом, похожим на крошечное свиное рыльце. Все живо уселись в перламутровую лодку, а крот в привязанную — фарфоровую.

— Тише едешь — дальше будешь! — выкрикнул Женька. — Если друг тебя поймет, лодка дальше поплывет!

— Поплывет! — подхватил Задира Первый.

— Поплывет! — подхватили все остальные: и крот

— Коловорот, и Лазка-Семизубка, и Клубчиха Спицына, теперь — Булавочкина.

Если друг тебя поймет, не стоим на месте,

Лодка дальше поплывет, лодка дальше поплывет,

Если все мы вместе!

Дружбой честной мы горды, делу нашему верны!

Потому что это

От несчастья нас спасет и, конечно, приведет

В царство Солнца, Света!

Речка сестрица-Водяница — Мутная, а затем — Светлая, подхватила песенку и понесла друзей в сторону третьего царства, куда путь лежал через провинцию царя Алюма Силициума.

Глава VI. СТЕКЛЯННОЕ КНЯЖЕСТВО АЛЮМА СИЛИЦИУМА

Задира Первый сидел на носу лодки, высоко держа в правой руке булавочку. В полумраке булавочка горела подобно крошечной свечке: не ярко, без искр. Чем дальше плыла лодка, тем делалось все интереснее. На стенах подземного, хотя и корявого, тоннеля холодным свечением мерцали камни. Они на мгновение вспыхивали, будто звезды, и гасли.

Неожиданно лодку качнуло и стало заносить в сторону. В лодке появилась вода.

— Тише едешь — дальше будешь! — выкрикивал Женька, по лодку продолжало нести в сторону.

— Раковины разваливаются! — закричал Задира и первым выпрыгнул на узкую кромку суши под нависшим пластом серой глины. За ним последовали остальные.

Жуков стоял по пояс в воде, подтягивал фарфоровую лодочку с кротом, который, не догадываясь о случившемся, сидел сложа на животе лапы. Ему никогда в жизни не приходилось быть без дела, тем более кататься на лодке. Последнее занятие ему очень понравилось. Он мечтал о том времени, когда вернется домой и в долгие зимние вечера будет рассказывать кротятам о своих необыкновенных приключениях.

— Вот не везет! — громко молвила Лазка-Семизубка.

— У булавочки нет той силы, как у спицы! — вздохнула Клубчиха. — Теперь вся надежда на Коловорота.

— Что? — не понял крот, услышав свое имя. — Я задумался, извините.

— Приехали! Вылезай, кротик Коловоротик, — хмыкнул Задира Первый.

— Уже? — удивился крот, оставляя лодку. — Неужто так близко? Тсс, здесь кто-то есть чужой.

Огромная креветка выскочила из воды и прыгнула в фарфоровую лодку. От такого резкого обращения она раскололась и пошла ко дну. Креветка исчезла в глубине речки Водяницы.

— Вот и все. «За территорию царства Теней готовую продукцию не вывозить». И не вывезли! — горько пошутил Задира Первый. — А какая была фарфоринка? Какая работа? И откуда взялась эта прыгающая штука? Ты, Спицына, помолчи. Наводи экономию на нить. Жень, не знаешь?

— Это — креветка. Креветки водятся в подземных реках. Здесь и рыбы безглазые должны быть, — ответил Жуков. — Я как раз об этом читал в книжке по спелеологии, пещероведению то есть.

— Она что, тоже безглазая, слепая? — изумился Задира Первый, просушивая свою прическу. — И чего в лодку сунулась? Спросить бы. Да тю-тю! Нет.

— Ей глаза, как и мне, ни к чему! — хихикнул крот. Коловорот был еще в том же блаженном состоянии. — Вот вы таращитесь, таращитесь, а что видите?

— Я, кажется, вижу проход в скале, — вымолвила Лазка-Семизубка. — Не будь я скалолазка, если там не ступени!

Ступени оказались очень крутыми и вели в подземный тоннель. Дорога то резко брала вверх, то шла под уклон, маня боковыми коридорами. Но стоило только свернуть с центрального тоннеля, как кончик светящейся булавочки бледнел.

— Наша булавочка вроде компаса! — удивился Женька. — Задира, дай подержать!

— Нет уж! — вежливо, но твердо отказал Задира Первый. — Я главный ее носитель.

Крот Коловорот, шагая по тоннелю, то и дело останавливался, нюхал воздух, слушал. Иногда он отковыривал кусочек от стены, мял в лапе. Вот он опять прислушался, а Лазка-Семизубка отчего-то вдруг заволновалась.

— Плохи наши дела, — наконец пробубнил крот. — Что-то должно случиться в земле.

— Я тоже чувствую, хотя не знаю, как это объяснить, — прошептала Лазка. — Все во мне дрожит и трепещет. И мне так хочется бежать вон туда! — и она лапкой показала совсем в другую сторону, чем они шагали.

— И меня тянет туда! — удивился крот, касаясь Лазкиной лапки. — Бежим в ту сторону!

— Вот еще, время зря тратить, — заворчал Задира Первый, шагая туда, куда махнула лапкой Лазка-Семизубка.

Не успели путники отойти и несколько шагов от того места, где происходил разговор, как земля под ногами заколыхалась. Послышался далекий гул. Со стен посыпались сначала маленькие, потом крупные камни. Раздался треск, словно где-то лопались тысячи пластов.

Пробираясь по тоннелю, тут и там забитому камнями и песком, Задира Первый не переставая ворчал:

— Скоро ли будет Светлое царство?

— Стены посветлели, стало больше песка крупного и прозрачного, почти бесцветного.

— Это кварц, — сказала Клубчиха Знаниядающая. — Владения Алюма Силициума, его главная провинция.

Многочисленные коридоры и коридорчики тянулись в сторону большой пещеры. Неожиданно проход оборвался возле спокойного озера, освещенного лампочками в виде крупных разноцветных кристаллов.

— Стеклянное княжество! — сказала Клубчиха Знаниядающая. — Вон и сам Алюм Силициум.

В глубине пещеры, что примыкала к озеру, было просторно. Прозрачные столбы горного хрусталя узкими ребристыми колоннами тянулись вверх, обрываясь резкими гранями. Удивительные наплывы на стенах и потолке переливались и играли всеми цветами радуги. Тонкие пластины оконного стекла были прислонены к стенам. Царь стоял у раскаленного докрасна куба, в котором плескалось жидкое горячее стекло.

— Хрустальный! Как есть хрустальный, царь-то! — всплеснула лапками Лазка-Семизубка, едва не уронив клубочек с необыкновенными нитями.

— Смотрите, — молвила Клубчиха.

Огромная огненная капля висела на трубке, в которую дул светлейший. Еще мгновение и капля превратилась в продолговатый сосуд. Сосуд был сначала красноватым, потом стал бледнеть — остывать.

Дзинь! — зазвенело пронзительно и тонко. Разбитое оконное стекло посыпалось под ноги Задире Первому. Царь оглянулся.

— Извините, прошу прощения, — сказал Задира, -— мы тут вот пришли... Вы работаете... Я не хотел его бить.

— Конечно, — ответил Алюм, — нарочно никто не бьет.

— А что вы дальше будете делать с этой штукой? — кивнул Задира на сосуд.

— Гранить.

— Что? — не понял Задира Первый. — Хранить?

— Сначала гранить, — продолжал царь, — потом хранить, а там уж как получится. — Алюм Силициум подошел к станочку с острыми колесиками. Жжиг! — пробежало колесико резво по стеклу, жжиг, жжиг! Не успели друзья и рта закрыть, как перед ними, сверкая и переливаясь искрами, стояла хрустальная ваза.

— А у нас есть рецепт приготовления хрусталя! — похвастался Задира Первый. — Каолина подарила.

— Вы знакомы с моей сестрой? — оживился царь. — Значит, вы и мои гости. А раз гости, я обязан вас научить варить стекло. И пока не научитесь, не отпущу. Назовите вещество, без которого не сваришь стекла?

22
{"b":"586824","o":1}