ЛитМир - Электронная Библиотека

- Это ты Соне сказал?

- Я. Сонечка свой человек, не выдаст.

Елена сразу проснулась.

- Ты что, о нас ей сказал?

- Зачем? Ты заболела, а завтра тебе еще свекровь встречать. Пол института знают, кто тебе из-за границы звонил.

- Откуда?

- О-о-о! "Сарафанное радио" у нас работает исправно. Не переживай, никто специально о тебе не говорил, но "слухами земля полниться".

- А как же ты?

- А мне, кроме директора, никто не указ, а Петр знает, что я каждый год на девятое уезжаю домой.

Когда они подъехали к ее подъезду, Вильдам проводил ее до самой квартиры, еще раз наказал выспаться и напомнил о завтрашней поездке.

Едва добравшись до спальни, она рухнула на кровать, даже не раздевшись.

Ей показалось, что она только закрыла глаза, когда раздался телефонный звонок. С тяжелой головой она поднялась и, пошатываясь, подошла к телефону.

- Да.

- Аленушка, это я. Я страшно соскучился по тебе. Как ты там?

- Нормально, - еле проговорила Елена.

- Нормально? А я слышу, что не нормально. Что с тобой?

- Я просто уснула и еще не проснулась.

- Уснула? В такое время? Значит, точно не нормально.

- Андрюша, да все в порядке. А сколько сейчас?

- Семь вечера.

- Уже?

- Алена, - в голосе Андрея слышалась нешуточная тревога. - Что случилось? Сколько ты спишь?

- Андрюша, не тревожься. Просто ночью мне не спалось, и я на работе стала клевать носом, Соня меня с обеда отпустила. Вот и все.

- Кто же тебе ночью спать не давал? - уже с подозрением спросил Андрей.

- Ты.

- Я?!

- Да. Я скучала, думала о тебе, немножко поплакала...

- Милая моя Аленушка, ну почему? Почему ты плакала? Но, честно говоря, я тоже плохо спал, на душе было тревожно и тоскливо, - уже с нежностью проговорил Андрей. - Я сегодня приду.

- В самоволку?

- Я найду возможность придти с разрешением, не переживай. И жди меня.

- Хорошо, только официально. Я жду тебя. Я очень тебя люблю!

- Я люблю тебя еще сильнее! Все. Скоро буду.

Но он пришел только после одиннадцати. Елена поняла, что без разрешения, но не стала ему ничего говорить.

Она отдавалась ему с отчаянной яростью и страстью, будто не видела его, по крайней мере, год, или им предстояла долгая разлука, чем ни мало удивила Андрея: он ее такой еще не видел. Она сама его раздела, повалила навзничь на кровать и села на него сверху. Что она с ним вытворяла! Сначала он пытался перехватить инициативу в свои руки, но она не позволила.

- Сегодня командую я, - сказала она, глядя на него сверху. - Ты возражаешь?

- Нет.

И он подчинился, отдаваясь чувствам, которые она своими ласками поднимала в нем.

А она никак не могла успокоиться. Уже не раз они "улетали" в совместном оргазме, но она, немного передохнув, все снова и снова набрасывалась на него, как голодная львица на свою жертву. Она хотела в сексе разрядить то внутреннее напряжение, которое росло в ней в последние дни. Андрей уже почувствовал неладное.

Во время очередного отдыха, когда она, вся мокрая, лежала на спине и дышала так, словно пробежала марафонскую дистанцию, он взял ее на руки и отнес в ванную, положил в ванну и пустил теплую воду. Теплая вода и нежные руки Андрея, гладившие ее лицо, волосы, руки, сделали больше, чем полночи секса: остатки напряжения ушли в воду, растворились в ней, а на смену пришло сладкое утомление и спокойствие. Все это время, что она провела в ванне, Андрей сидел рядом, нежно гладил ее и шептал в самое ухо ласковые успокаивающие слова. Когда она совсем успокоилась, он решил поговорить с ней.

- Аленушка, милая моя, я же вижу, чувствую, что с тобой что-то случилось. Скажи мне что, поделись со мной, не держи в себе.

- Просто я очень устала. Не от работы, нет. Как тебе объяснить, Андрей. За последние полгода в моей жизни случилось много событий. Но событий таких, которые не точку ставят на чем-то, а, наоборот, предполагают какое-то дальнейшее действие. Чтоб тебе было понятно, я объясню на примере. Я решила сменить место учебы. Физически нет ничего трудного, но психически: это ожидание решения, оформление документов, предстоящий экзамен и опять ожидание результата, - все это нервы. Дальше. За это время у меня расширился круг общения, а общение - это не просто отдых, это работа ума, сердца, большое терпение и такт, не со всеми мне так легко, как с тобой или Татьяной. А это опять нервное напряжение. Не хочу лукавить и что-либо скрывать от тебя, но порой и с тобой мне приходится нервничать, когда ты необоснованно меня ревнуешь, - она с укоризной на него посмотрела. Андрей хотел что-то сказать, но она зажала ему рот. - Дай, я договорю. Я стараюсь быть сильной, у меня не слабый характер, но все это накопившееся напряжение, постоянное контролирование себя, сделало свое дело: я дошла до предела. Оказывается, я не настолько сильна, как хотелось бы, как кажусь. Другие в такие моменты напиваются, но мне это претит. Потому и была вчерашняя бессонная ночь со слезами, но она не принесла мне облегчения, а вот сегодня, я, кажется, сняла свой стресс. Я знаю, ты убежал в самоволку, - он опять хотел что-то сказать, но она не дала, - но я не ругаю тебя. Я очень тебе благодарна, что ты пришел именно сегодня, иначе, я не знаю, во что бы вылилась вся эта черная масса, которая во мне накопилась, - и она благодарно посмотрела на Андрея.

В его глазах она увидела столько любви, столько нежности, что готова была снова расплакаться от мысли, что могла ему изменить, что в какой-то момент даже готова была оставить его. Нет, она справиться с собой, и, если Вильдам сдержит слово, не докучать ей своей любовью, она снова будет относиться к нему, как к хорошему, пусть даже самому лучшему, другу, а всю свою любовь отдаст Андрею.

- Бедная моя девочка! Прости меня! Обещал тебя беречь и не уберег.

Андрей помог ей подняться, вытер полотенцем и отнес на руках в постель, укрыл одеялом.

- Я исправлюсь, прости меня. А сейчас спи, - он уже собрался уходить, но остановился.

- Да, совсем забыл. Мама не звонила?

- Звонила. Она прилетает завтра, нет, уже сегодня, в Ташкент в шесть вечера.

- Ты поедешь? - он постарался, чтоб голос был мягкий, без тени подозрительности.

- Да. Я обещала. И мне хочется поехать, - она просительно на него посмотрела.

- Ну, конечно, Аленушка. Поезжай, отдохни, развейся. А когда вы назад?

- Не знаю. Наверно, десятого.

- А я десятого уезжаю. Смогу позвонить тебе лишь одиннадцатого вечером.

- Я буду ждать твоего звонка, и буду ждать тебя. Не переживай за меня. Сегодня мне стало намного легче, как будто свалился тяжелый груз с плеч, и я набралась свежих новых сил. Спасибо тебе.

- Это тебе спасибо. Ты сегодня была просто великолепна, сказочно великолепна! Я тебя такою не знал.

- О-о, ты еще многого во мне не знаешь... - сонно улыбаясь и уже закрыв глаза, тихо проговорила Елена, ее одолевал сон.

Но Андрей услышал.

"Не перестаю ей удивляться. Откуда она все это знает и умеет? Если бы не был уверен, что я у нее первый, подумал бы, что у нее очень богатый опыт в любви. Она сегодня вела себя так, как какая-нибудь профессионалка. Но до чего здорово!" - думал он, возвращаясь в училище.

Утром она чуть не проспала, забыла завести будильник. Спала она крепко без сновидений, потому ей показалось, что очень мало. Проснулась резко, как от толчка, открыла глаза и взглянула на часы.

- О, боже! Десять минут восьмого!

Не смотря на бурную ночь, она чувствовала себя бодро и быстренько умылась, наскоро перекусила, привела себя в порядок, собралась. В дорогу она надела брюки, а с собой взяла свое синее платье. До зеленого бархата руки так и не дошли, и, вообще, за все это время она не сшила себе ни одной вещи, все некогда.

"Вильдам обещал, что больше на дом чертежей мне давать не будут. Вот и хорошо. Надо заняться своим гардеробом: наступило лето, потом будет свадьба и отпуск. Андрей хочет, чтоб мы поехали в Ленинград, Надежда предлагает путевки за границу, а я бы хотела к теплому Черному морю. Время еще есть - решим".

43
{"b":"586885","o":1}