ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Напряжение сходится
Линия мести
Королевство крестоносцев
Мой Охотник
Между панк-роком и смертью. Автобиография барабанщика легендарной группы BLINK-182
Играй в меня, или Порочная расплата
Отражение. Зеркало войны
Как создать онлайн-школу
Мой ребенок с удовольствием ходит в детский сад!
Содержание  
A
A

Автомобиль останавливается перед незамысловатым бунгало с красной крышей. Ной сидит снаружи и курит сигарету. К моему громадному облегчению, внешне он выглядит хорошо. Завидев машину, он отбрасывает сигарету и направляется к нам.

— Я пойду выпью пиво с парнями, вернусь через час, чтобы забрать ее, — говорит Джейк, закрывая дверцу.

— Спасибо, — отвечает Ной.

— Без проблем, — бросает Джек через плечо, его длинные, мускулистые ноги уже направляются в противоположную сторону.

Я остаюсь на месте, слегка опустив голову и глядя на Ноя. При свете дня я не с того не с сего начинаю стесняться. Слабое осеннее солнце выбирается из-за серых облаков и сверху ласкает нас своими лучами. Он подзывает меня пальцем.

Я делаю вид, что это не ко мне, поэтому осматриваюсь по сторонам, выгнув вопросительно бровь, перевожу на него взгляд, указывая себе на грудь.

Он улыбается в ответ.

Боже, как же сильно я его люблю. Я несусь к нему со всех ног, мое сердце настолько переполнено к нему любовью, что мне кажется, оно готово лопнуть от счастья. Он хватает меня за руку и поворачивает вокруг.

— Все хорошеешь с каждом разом, как я погляжу?

Я усмехаюсь, как полная идиотка, он сгребает меня в охапку и целует. Прямо посередине бетонной дорожки, ведущей к его бунгало. Поцелуй долгий, медленный, обжигающий, который длится и длится.

О, Ной, Ной, Ной.

Когда он поднимает голову, у меня щеки раскраснелись, а губы покалывает.

— Я люблю тебя, — шепчу я.

— Я готов испепелить все, чем владею, ради тебя.

— А я готова испепелить все, чем владею, за тебя, — говорю я.

Он прочерчивает дорожку большим пальцем по моей щеке.

— Я хочу просыпаться с таким поцелуем каждое утро, — отвечает он.

— Правда?

— Да, правда. Согласна на это?

Я киваю.

— Хорошо. Ловлю на слове.

— Скажи мне, — говорю я с кокетливой улыбкой. — Когда ты впервые понял, что любишь меня?

— Трудно сказать. Я хотел тебя уже так давно, что стерлись границы.

— Какой скучный ответ! — жалуюсь я. — Я не смогу рассказать его своим внукам. Придумать что-нибудь получше.

— Ладно. Я любил тебя еще до своего рождения, но вынужден был забыть, поскольку боль, что не смогу тобой обладать была слишком невыносимой, но я знал каждую минуту, что ты есть и ждешь меня. Много лет назад я увидел, как ты лежала у бассейна, и подумал, что ты та единственная, но не был уверен до конца. Ровно до того вечера, пока ты не появилась в розовом кардигане у меня на пороге кабине, тогда я понял, колдовство вернулось.

Я задыхаюсь.

— Это так прекрасно звучит.

— Мне столько нужно тебе рассказать и узнать от тебя, но я умираю от желания трахнуть, — стонет он.

— Почему ты думаешь, что я также не умираю от желания? — нахально заявляю я.

Он смеется в ответ и ведет меня в бунгало. Внутри все очень просто — дешевая мебель, две комнаты с выходом в коридор. Через открытые двери я вижу его спальню с разобранной постелью.

Я смотрю в глубину его глаз.

— Нам стоит быть очень осторожными. Я не хочу, чтобы тебе было больно.

— К черту осторожность. Это касается другого, но не нас с тобой. Ты, наконец, снимешь свое платье, иначе я сойду с ума?

С ухмылкой я расстегиваю платье, и оно падает на пол. Под ним на мне одет костюм медсестры и подвязки. Его глаза расширяются.

— Ну и ну, — присвистнув, тихо говорит он.

— Вы пялитесь на меня, мистер Абрамович?

— Я всегда пялюсь на тебя, красавица, — мурлычет он, и в глазах светится горячее желание и удовольствие.

Я взмахиваю ресницами.

— Тебе не кажется, что я выгляжу слишком вызывающе?

— Нет, — с трудом сглатывает он, — ни за что.

Я сексуально облизываю губы.

— Ты специально так говоришь?

Он отрицательно качает головой.

— Нет.

— Тогда вы слишком добры ко мне, мистер Абрамович.

— На самом деле, в данный момент, я не чувствую себя слишком уж добрым.

Я беру его за руку и веду в спальню. Я подхожу к кровати и начинаю взбивать его подушки, специально наклонившись, чтобы он смог увидеть, что на мне нет трусиков. Я как ни в чем не бывало разворачиваюсь к нему, он словно прибывает в ступоре.

— Идите сюда, ложитесь на кровать, мне необходимо померить вам температуру. Может вас немного лихорадит, — говорю я.

— Да, я согласен называть это лихорадкой.

— Быстро идите сюда. Скоро прибудет врач. Я не хочу лишиться своей лицензии за это... Вы же никому не расскажете, да?

— Однозначно.

— О, хорошо. Это очень важно для меня, мне необходимо свою репутацию медсестры сохранять в чистоте. Если же нет, то каждый Том, Дик и Гарри захотят сделать тоже самое… ну, вы понимаете, что я имею в виду.

— Не беспокойся. Я очень хорошо все понимаю, — говорит он.

Он подходит к кровати и ложится на нее.

Я сажусь на кровать и начинаю расстегивать его брюки.

— Мне казалось, что ты хотела измерить мне температуру, — говорит он с весельем в голосе.

Я сурово посматриваю на него.

— Через минутку. Я как раз собираюсь.

Его член твердый, как камень, и он прямо выпрыгивает из боксерок, как только я освобождаю его. Обхватив его пальцами, которые выглядят настолько женственно на его белой, напитанной кровью, огромной плоти, я хитро ему улыбаюсь.

— Боюсь, что он слишком горячий и жесткий.

— Я рад, что вы поняла это, медсестра Эванофф.

— Вы ведете себя слишком нахально, мистер Абрамович.

Он отрицательно качает головой.

Я дотрагиваюсь до его яиц.

— Слишком жесткие и побаливают, да?

— Точно, — соглашается он.

— Я так и думала.

Я наклоняюсь и оставляю нежный поцелуй на его эрекции. В ответ его член тут же дергается. Я беру его в рот и медленно скольжу губами вниз по гладкой, горячей коже, пока Ной не начинает стонать от удовольствия. Я с силой начинаю его сосать, погружая глубже в рот, потом отстраняюсь с причмокивающем звуком, поднимая голову.

— Мистер Абрамович, вы когда-нибудь делали это раньше с медсестрой? — спрашиваю я знойно с придыханием.

— Нет, — признается он.

— А хотели бы?

— Мммм... это не входило в мои приоритеты... до сегодняшнего дня.

Я одергиваю костюм медсестры, который задрался, собравшись вокруг талии. Потом раздвигаю ноги и смотрю на него, как он пялится на мою свежевыбритую киску, клитор, показывающийся из моих мокрых складок, словно прося, умоляя быть оттраханным. Опустившись на колени, я опускаюсь промежностей к его толстой эрекции.

— Неужели соединяясь вместе, твой член и моя киска, похожи на хот-дог, мистер Абрамович? — нахально интересуюсь я, опускаясь на него вверх и вниз.

— О, черт, — ругается он, пытаясь схватить меня за талию и глубоко посадить на свой член, но я шлепаю его по рукам.

— Терпение, мистер Абрамович. Нам следует быть осторожными.

Вскоре с хлюпающими звуками я скачу на нем, глядя на его лицо, могу точно сказать, что с каждым моим движением он теряет остатки своей толерантности. Я поднимаюсь дюйм за дюймом, насаживая себя на его член. Всего несколько дней без занятий секса с ним, заставили тосковать мое тело. Я чувствую, как он растягивает и полностью наполняет меня. Это настолько чертовски хорошее ощущение, я упираюсь на руки по обе стороны от него, запрокидываю назад голову и с силой двигаюсь, пытаясь вобрать его еще глубже, работаю в поте лица. Я ни на минуту не замедляюсь, пока меня не начинает бить крупная дрожь, от надвигающегося оргазма.

Я чувствую, что совсем уже близко, он удерживает меня внизу и притягивает к себе, начиная жестоко с силой двигать бедрами (скорее всего для его раны это плохо), очередной раз толкнувшись вверх, я чувствую его горячее семя, разливающееся глубоко внутри, когда он кончает. Кажется, как будто это вечность рывками плюется в меня.

С трудом переведя дыхание, я улыбаюсь ему.

— Чувствуете себя лучше, мистер Абрамович?

— Намного лучше, — бормочет он, притягивая меня поближе и целуя.

40
{"b":"586912","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Няня для олигарха
Жена поэта (сборник)
Моя прекрасная ошибка
Свадебный салон, или Потусторонним вход воспрещен
Хозяин Замка Бури
Тяжелый свет Куртейна. Желтый
Все формулы мира
Квази
Швейцарец. Лучший мир