ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Указные» (подорожные, проезжие) грамоты Посольский приказ выдавал от имени главы государства послу или приставу, провожавшему посла. Они носили распорядительный характер для местных воевод и давали послу право на обеспечение в пути продовольствием и средствами передвижения на территории России. Формуляр подорожных грамот содержал информацию о маршрутах, количественном составе посольств и необходимом транспорте: «И ты б, нас для, нашему диаку Ивану Харламову дал по своей земле пристава, а велел бы еси его проводити до Рыги, чтобы ему ити по твоей земле безстрашно, да и корм бы еси ему велели давати и на корабль бы еси его велел посадите в Риге; а то бы еси учинил нас для, тем бы еси нам послужил» (Пруссия, 1518 г.).[133]

Проезжие грамоты составлялись с целью способствовать развитию рыночных отношений. Например, в грамоте (1600) о беспошлинной торговле представителю английской компании Дж. Мерику: «и как он Иван (Джон. – HP.), и его люди в которой наш город приедет, и вы б его и его людей с товары, по сей нашей проезжей грамоте, по всем нашим городам пропущали без задержанья, а пошлин наших проезжих с нево, Ивана, и с его товаров, и с людей, что с ним будет, в тех наших во всех городах, по нашей царской жалованной грамоте, не имели».[134]

Во второй половине XVI в. Посольский приказ довольно часто выдавал жалованные грамоты. Как правило, они содержали перечень торговых привилегий купечеству: «...пожаловали, поволили есмя им ходите в наши отчины со всякими товары и торговати на всякой товар повольною торговлею, а в Казань им и в Астрахань торговати ходите только с нашего царского величества повеленья» (Англия, 1584 г.).[135] В отдельных случаях грамоты свидетельствовали о пожаловании кого-либо званием, владением или военной защитой, «да английские же земли всех купцов и гостей пожаловали есмя Юшковским двором на Москве, у Максима святого» (1584).[136]

Во время подготовки посольства к отправлению и по мере его продвижения к месту назначения Посольский приказ осуществлял служебную переписку с различными административными учреждениями и должностными лицами посредством так называемых «памятей», содержавших различные распоряжения.

В конце XV – начале XVI вв. «памяти» послам исполняли функции наказов, тех или иных поручений за рубежом: «А се такова память дана Чюре и Махметю: Князь велики велел тебе говорити: попал в руки наш человек твоему человеку... и ты бы их, тех наших людей, доискался, да к нам отпустил» (1507); «Память Алексею... Да как будет быти Олексею у князя у Исаика, ино Олексею от великого князя поклонитися князю Исайку и его княгине, да и подати им поминка... Да и после того Алексею молвити от великого князя...» (1475).[137]

Уже в конце XV в. Посольский приказ вносил в «памяти» первые гипотетические вопросы и предполагаемые ответы иностранных правителей русским послам. Это были по существу инструкции Посольского приказа: «А учнет царь говорити о том... И послу говорити так... и вспросит царь о... И послу говорити так: ...» (1482); «А взмолвит царь так:... И говорити так:...» (1487); «А будет послу весть про то... И говорити, чтобы...» (1494); «А случится послу самому быть в Орде и ему молвити...» (1493).[138]

Среди многочисленных поручений, которые согласно «памяти» предписывались послу, в начале XVI в. появился обязательный наказ собирать информацию о взаимоотношениях между правителями государств. Встречаются в «памятях» и необычные просьбы, например узнать о распространении эпидемии: «Память Ивану Мамонову. Пытати ему в Вязьме князя Бориса: в Вязьму кто не приезживал ли болен из Смоленска тою болестью, что болячки мечются, а словет францозскаа, будто в вине ее привезли» (1499).[139]

Все поручения и документация посольства были строго секретны, о чем послу сообщалось в «памяти» на случай непредвиденных обстоятельств: «Нечто по грехом, прииеможет, да будет добре болен и не почает себе, что ему живу не быти... А которые с ним списки грамотные и памяти и иные списки изтеряти» (1515).[140]

Со второй половины XVI в. содержание «памятей» стало более подробным и их называли «наказными» (1570–1577).[141] Во время встречи иностранных дипломатов русские приставы по дороге к Москве переписывались с Посольским приказом. В этих случаях «памяти» часто содержали сведения по посольскому церемониалу.

В ответ на «памяти» в Посольский приказ поступали так называемые «отписки» от местных воевод и дипломатов с изложением выполнения тех или иных поручений. В конце XV – начале XVI в. отписки стали своеобразным отчетным документом дипломатов. Со второй половины XVI в. эту функцию исполняли «статейные списки», а «отписки» были сводками краткой, оперативной информации.

Посольский приказ готовил и более общие документы, которыми должны были руководствоваться дипломаты во время посольской миссии, – «наказы» (инструкции). В них подробно перечислялись цели и задачи посольства: возложенные на посла поручения, его обязанности и нормы поведения в чужой стране, излагались речи и ответы на возможные вопросы иностранцев. Кроме того, в наказы входили предписания о сборе сведений о положении дел в государствах, куда направлялись послы, а также в других странах.

При подготовке наказов использовался архив Посольского приказа. Для успешного выполнения посольской миссии необходимо было учесть предыдущие дипломатические поездки в данную страну. Думный посольский дьяк просматривал и правил черновики наказов. Наказы – важнейшая составная часть документации почти всех посольств.

Главнейшие вопросы, которых в Москве опасались и на которые Посольский приказ заранее готовил ответы, касались границ с Польским королевством и Великим княжеством Литовским; военной помощи России со стороны Крымского ханства; взаимоотношений с Казанью, Астраханью и Османской империей.

Для посольств, возглавляемых князьями и боярами, в течение более 50 лет использовалась следующая формулировка: «Да пытати... как ныне король (магистр, султан, хан и т.п. – H.P.): 1) с крымским, и..; 2) с цесарем, и...; 3) с польским, и; 4) с турским, и; 5) с волошским, и; 6) с угорским, и; 7) с немцы ливонскими, и; 8) с шведским, и; 9) с прусским, и; 10) с Фердинантом чешским королем».

Посольский приказ интересовала внутриполитическая ситуация в Польше, в Литве и отношения между Польским королевством и Великим княжеством Литовским. Эти вопросы появились в 50-х гг.: «...как король теперь живет со своими лордами, перестал ли он с ними бороться»; «если еще воюет, то послы должны узнать, из-за чего, какие лорды с ним воюют; а в Великом герцогстве Литовском какие лорды с ним не согласны; если таковые есть, кто они, и что они говорят промеж собой о короле» (1550).

В отношениях между Польшей и Литвой для Посольского приказа важно было выяснить: собираются ли поляки поддерживать литовцев против России, «как с королем лятские люди, смолвилися ли они с литовскими людьми заодин стояти» (1563); «заодин ли им королевы земли оберегати, или литовским людям оберегати литовские стороны и польским людям оберегати польские стороны» (1567). Требовалась также информация о соотношении сил между двумя частями Ягелонского королевства; «И примирились ли литовцы с поляками; и если так, то на каких условиях» (1565); «которая Рада посильнее, польская ли или литовская, и кто ныне ближных при короле радных панов» (1567).[142]

Из европейских государств в сфере интересов Посольского приказа постоянно находились Крым, Валахия, Турция и их взаимоотношения. В 1567 г. возник вопрос о зависимости Крыма от Турции: «Да и калге крымскому с крымскими людьми велел салтан к себе же идти». Но чаще всего встречается стереотипная формула «как крымской с королем (польским. – H.P.)», затем следуют вопросы об обмене послами между этими двумя странами.[143]

вернуться

133

РИО. Т. 53. С. 71.

вернуться

134

РИО. Т. 38. C. 301.

вернуться

135

Там же. С. 141-144.

вернуться

136

Там же. С. 144.

вернуться

137

Посольская книга по связям России с Ногайской ордой 1489–1508 гг. М., 1984. С. 63-64; РИО. Т. 41. С. 12 -13.

вернуться

138

РИО. Т. 41. С. 33, 65-67, 205, 206.

вернуться

139

РИО. Т. 35. С. 276.

вернуться

140

РИО. Т. 95. С. 124.

вернуться

141

РИО. Т. 129. С. 204, 207, 345.

вернуться

142

РИО. Т. 71. С. 190, 323, 465.

вернуться

143

Там же. С. 465-466; Т. 59. С. 227 и след.

15
{"b":"586920","o":1}