ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

На следующий день после утреннего завтрака и дружеского напутствия от друзей в гордом одиночестве пошел в мастерскую. Было непривычно. В новенькой парадной шинели с блестящими от лучей зимнего солнышка пуговицами и щедро намазанных ваксой ботинках я чувствовал себя неловко. Ну как-то не мое.

Тем временем в мастерской погрузка и крепление груза были почти завершены. Наша колонна из трех легковых и одного грузового паровика с прицепом уже стояла под парами. Рядом с машинами стояло несколько неизвестных мне лиц в штатском; приодевшиеся как на праздник, важный господин Арбузов в котелке, новеньком пальто и неизменной трубкой в зубах, Геннадий с мастером Андреичем и несколько человек из числа заводских водителей, по совместительству в мастерской и дороге выполнявших роль слесарей-мотористов и грузчиков.

-Он едет с нами, господин офицер – когда штатский кивнул в мою сторону головой, подтвердил наш директор. Поздоровавшись, Геннадий Николаевич, от греха подальше, пустил Сергея в салон заводского паромобиля. Последний перед выездом контроль креплений и наша колонна, дав на прощанье предупредительный сигнальный гудок, заодно окатив шипящим паром сторожа, слишком близко стоявшего к воротам, выехала со двора.

Пару часов трясемся по укатанной щебеночной дороге. Зеваю. Скукота. Смотреть не на что. Один голый лес и подсохшая после схода снега, теперь уже пыльная щебеночная дорога с полосатыми столбами по краям. Наш водитель обзывает ее большаком. Как по мне, привыкшему к гладкому асфальту автострад, это на дорогу никак не тянет. Если это у них тракт, то понимаю, почему тут дирижаблей столько. Скорость колонны маленькая, по ощущениям, не больше тридцати-сорока километров в час. Быстрей наши водители не гнали, боялись, что прицеп отцепится или груз оторвется. Да и дорога не позволяла сделать это из-за ям и выбоин. Да и в колонне главный тот, кто медленнее всех едет. А учитывая перевозимый груз, тише едешь – спокойней будет. Навстречу в основном попадались конные экипажи, изредка разбавленные одиночными паровиками. Еще пару раз на маршруте попадались знакомые зеленые вагоны – междугородние омнибусы “Новый Петерсборг Роуд Омнибас”. Небоскребы новой столицы были все ближе и ближе. Наконец, колонна добралась до окраинных улиц столицы, где на перекрестке свернула на боковую дорогу, ведущую к зимней императорской резиденции.

Стою на стоянке позади резиденции. Один. Пригревает мартовское солнышко. Везде чистенько. Снег только недавно сошел, обнажив голую землю. Прошлогодняя павшая листва была давно убрана, давая место новым росткам. Повсюду позеленевшие бронзовые статуи. Много статуй. Античные герои, военачальники и благородные животные. Львы, лошади, собаки. Красиво тут. Скоростные пароциклы охраны имперской резиденции, сопроводившие нас до места стоянки, исчезли с наших глаз также внезапно, как и появились. Охрана в штатском на легковых паромобилях, сопровождавшая нас от самого Старого Петерсборга, осталась ждать на въезде в зимнюю резиденцию Великого князя. Прикатив на место, разгуливать по территории не стали, сразу принявшись выгружать привезенный с собою груз. После снятия креплений мужчины быстро и аккуратно спустили с прицепа подарочный паровик “Александра” на выложенную в интересный дизайн восьмигранной плиткой дорогу, для чего нам так удачно пригодились взятые с собой лаги.

- Ослони лаги на борта! Давай тяни-тяни помалу! Держим! Ноги-руки береги! Ноги!

Взглянув и просканировав каким-то перстнем выгруженный подарок, подошедший офицер охраны потребовал в целях обеспечения безопасности присутствующих на стоянке отогнать весь наш наличный транспорт на дальнюю стоянку. Кроме самого подарка, разумеется. И после завершения чего, что-то сделал на стоянке, после чего весь наш стоящий транспорт вдруг накрылся полупрозрачным золотистым куполом, что лично у меня вызвало отпад челюсти. А офицер, как ни в чем не бывало, повел всех присутствующих за собой. Для проверки документов и прочих, по его мнению, необходимых действий. Как по мне-излишне. Хотя кто их знает, недавно вон меня ж вообще за бомбиста принимали. А учитывая их внешнеполитическую обстановку, вот и бдят. Господин Арбузов, наш директор, не остался в долгу и потребовал поставить охрану привезенному паровику. Офицер скептически взглянул на него и разрешил оставить одного. Меня. Предварительно забрав мой ученический билет. Ну и наказав никуда дальше охраняемой машины не лезть. И к стоянке не лезть под страхом смерти.

-Полезешь, убьет! А то, молодым страсть интересно, знаю я вас!

Стою. Делать было нечего. Греюсь на солнышке. Прошло десять минут. Тишина. Птички поют. Пятнадцать и тридцать минут – тоже самое. Хожу, нарезаю круги вокруг новенького паромобиля, наслаждаясь при этом результатом причастности своих рук и рук всех рабочих нашей мастерской. Подергал зеркала, нежно погладил пальцами рук свеженькое лаковое покрытие кузова, поправил неровно стоявшую, отливающую свежеполированной бронзой, фигурку летящей леди с раскрытыми в стороны крыльями. С нашего роллс-ройса идейку сюда притаранил. Как вспомню, литейщик от эскиза по первости вопил, бо де сложно. И сделал же! Чего спорил? Залез зачем-то в багажное отделение. М-мм, какой запах выделанной кожи! Впрочем, багажник оказался пустой. И чего я ждал? Новье ж.

Рядом, едва слышно пыхтя, на площадку с крестом в центре садился маленький, аккуратно сделанный, дирижабль, похожий на почтовый. Курьерский, наверное. Эх, прокатиться бы! От нечего делать стукнул ногой по покрышке подарка, проверяя таким образом давление в колесе. Потом открыл капот. Наклонился. Посмотрел и потрогал паровой котел, подергал трубки. Лепота. И тут запах. М-м-м! Новая вещь. Хочется сесть за руль. Но нельзя...не мое. От созерцания отвлек звонкий голос:

- Ах! Какая рыжая крошка!

Я резко вскочил и обернулся. Голос оказался красивой девушкой в летных очках, шлемофоне и черной кожаной летной куртке с петлицами, кажется прапорщика имперского воздушного флота.

Атласный белый платочек вокруг шеи добавлял ее лицу шарма и нежного очарования. Тонкие кожаные брюки без складок плотно облегали фигуру девушки, позволяя взглянуть на не менее аппетитные округлости. Что было весьма странно, учитывая те видимые мной фасоны женской одежды, носимые на улицах Старого- и Нового-Петерсборга. Куртку, отлично подогнанную по фигуре девушки, дополнял новенький ремень с золотой имперской пряжкой. За курткой на ремешках висел небольшой ранец. Парашют, наверное. Общую картину образа девушки дополняли два уже знакомых мне парострела Кудинова, вложенных в изящные кобуры по бокам.

Не давая мне сказать мне ни слова, девушка затараторила, проявляя к машине недюжинный интерес:

- Ах! Спорю на десять целковых, этот паромобиль явно работы Панара-Левассора! Или нет...они же на больших. Изотта?! Не-е... Нобли?! Не может быть! Ну где-то тут должна же быть чертова эмблема!

Придирчиво осмотрев со всех сторон паровик, девушка увидела богиню с крыльями. Я молчу, осматривая явно прибывшую только что на дирижабле девушку. Лет восемнадцать-двадцать я бы ей дал.

-Странно! А это у нас кто-ж? Навроде все известны!

Ничуть не стесняясь, девушка с головой залезла под капот.

-Посмотрим. Ага. Тут у нас радиатор, котел, маховичок... А-аа...Переделка двигателя Редда-Стирлинга... Пфу-у – девушка разочарованно произнесла, небрежно опустив крышку капота: -Омнибусный двигатель...маленький. Арбузовские мастерские. Но они же только неповоротливые омнибусы...И скорость тут поди, верно, такая...омнибусная?! И навряд ли можно уехать далече.

Тут я стерпеть больше не мог и с жаром встал на защиту нашего паромобиля:

-Сударыня, вы ошибаетесь! Наш заводской механик клятвенно уверял, что эта крошка весьма резвая и хорошо управляется. Она выдаст в разгоне 100 верст в час. А эти плавные кузовные обводы должны добавить мобилю еще. Что же до расстояния, то, теоретически, при полной заправке пятидесяти литров воды в котел, полном прогреве и максимальной скорости можно покрыть до двухсот пятидесяти километров пути. Мобиль этот почти что гоночный.

23
{"b":"586963","o":1}