ЛитМир - Электронная Библиотека

Контроль над центральной частью Средиземного моря перешел от англичан к Оси. Это было ясно показано через неделю, когда итальянцы смогли провести в Африку большой конной под прикрытием линкоров и крейсеров. Все попытки самолетов с Мальты и из Египта ничего не дали. Эти провалившиеся атаки показывают британскую авиацию в крайне невыгодном свете.

Вражеский конвой состоял из 6 транспортов с обычным эскортом из линкоров и крейсеров. Его обнаружил ночью 21 февраля оснащенный радаром «Веллингтон». С Мальты вылетела группа торпедоносцев «Альбакор», однако они не нашли противника. Самолеты были отозваны обратно, когда выяснилось, что они прилетели в точку, находящуюся в 100 милях от указанной «Веллингтоном». На следующий день 201-я группа провела серию атак, использовав свои «Крепости», «Бофорты» и «Бленхеймы». Из 25 самолетов лишь одна «Крепость» случайно заметила противника, но и ее атака была неудачной. Остальные самолеты повернули назад из-за различных поломок и неисправностей. Аналогичный конфуз приключился и следующей ночью. На Мальте после дневного налета уцелел лишь 1 «Веллингтон». Он должен был навести на конвой бомбардировщики «Веллингтон» 205-й группы, однако был вынужден вернуться на базу из-за неисправности в моторе. Из всех бомбардировщиков лишь 1 нашел противника и отбомбился по нему. Безрезультатно.

Все это можно считать несчастливым совпадением обстоятельств. Однако на Мальте условия обслуживания и ремонта самолетов вследствие постоянных бомбардировок были настолько плохи, что содержать их в нормальном состоянии было просто невозможно. Хотя техники выбивались из сил, чтобы помочь самолету подняться в воздух, им не хватало самого необходимого оборудования и запасных частей. Слишком часто во время очередною налета только что отремонтированный самолет получал новые повреждения. И все-таки они не отчаивались. По способность мальтийской авиации наносить удары противнику почти пропала. Неудачи самолетов с материка объяснить труднее. Совершенно ясно было одно — необходимы экипажи, специально подготовленные для действий над морем. Летчики, находящиеся на Мальте, занимались в основном атаками вражеских кораблей, им тоже требовалась такая подготовка. Они были морскими летчиками, даже если носили форму Королевских ВВС. До тех пор, пока у Мальты оставались хоть какие-то силы, они добивались серьезных успехов, и моряки Оси их боялись по-настоящему. Но II авиакорпус разгромил мальтийские аэродромы и временно вывел их из боя.

Британская авиация в этот период не могла ни защитить свои конвои, ни остановить вражеские. Поэтому не следует удивляться тому, что адмирал Каннингхэм усомнился в возможности снабжать Мальту. «Кажется бесполезным пытаться провести конвой, пока не будет восстановлено положение в воздухе над Мальтой и не улучшится общая военная обстановка в Киренаике», — писал он. Ответ Лондона был весьма категоричным: «Мальта имеет такое значение как промежуточный пункт на воздушных трасах и как преграда на вражеских коммуникациях, что будут оправданы любые шаги с целью удержать ее… Никакой риск для кораблей не должен вас останавливать».

Была предпринята запоздалая попытка перебросить на Мальту новые истребители, ведь после гибели «Арк Ройяла» в ноябре прошлого года таких операций не проводилось. Министерство авиации наконец соизволило выделить «Спитфайры», так как «Харрикейны» давно уступали Me-109. 7 марта Соединение Н, которым теперь командовал адмирал Сифрет, вышло из Гибралтара. В него входили старые авианосцы «Аргус» и «Игл». Когда эскадра находилась южнее Мальорки, с «Игла» взлетели 15 «Спитфайров», которые благополучно прибыли на остров. Эта была норная подобная операция. 21 и 29 марта были доставлены еще 16 «Спитфайров».

Поэтому Каннингхэм подготовил к выходу еще один конвой. В него входил, разумеется, «Бреконшир», а также 3 быстроходных транспорта — «Клан Кэмпбелл», «Пампас» и норвежское судно «Талабот». 20 марта они вышли в сопровождении того же «Карлайла» и 7 эсминцев. 15-я эскадра крейсеров адмирала Вайэна и 4 эсминца прикрывали конвой. Адмирал поднял флаг на «Клеопатре», так как 11 марта «Найад» был торпедирован подводной лодкой недалеко от Александрии. Чтобы отвлечь внимание германской и итальянской авиации, части 8-й армии совершили несколько диверсий. Были проведены рейды во вражеский тыл. Самолеты 201-й группы провели несколько налетов на аэродромы противника. Эти действия, несомненно, помогли отвлечь вражескую авиацию от конвоя, и первые 2 дня похода были относительно спокойными.

Но враг, разумеется, не мог не заметить конвой. Итальянские подводные лодки и транспортные самолеты Ju-52, летающие между Грецией и Киренаикой, сообщили о нем. В Таранто адмирал Иакино приготовил к выходу в море свой прекрасный флагман «Литторио», тяжелые крейсера «Гориция» и «Тренто», легкий крейсер «Банде Нере» и 4 эсминца.

Утром 22 марта к Вайэну присоединились вышедшие с Мальты «Пенелопа» и 4 эсминца. Соединение Вайэна прошло «Бомбовой аллеей» между Критом и Киренаикой, не подвергнувшись ни одной воздушной атаке. Но вчера над кораблями крутились британские истребители. Сегодня им приходилось полагаться только на свои зенитки. Как и предполагало британское командование, вскоре после полуночи итальянская эскадра была замечена подводной лодкой Р-36, которая сообщила о контакте. Вайэн высчитал, что встреча с противником произойдет во второй половине дня. Он решил постараться задержать противника до наступления темноты демонстративными атаками и использовать дымовые завесы. Из опыта предыдущих столкновений было известно, что итальянцы опасаются входить в дымзавесы.

Тем временем итальянские самолеты Sm-79 сбросили несколько торпед. Жаркий огонь британских эсминцев помешал им подлететь близко к транспортам, которые легко уклонились от торпед, сброшенных издалека. Но в 13.30 один из вражеских самолетов выпустил сигнальную ракету, и Вайэн понял, что начинается главное испытание. В 14.27 командир «Юриалеса» капитан 1 ранга Буш передал, что видит на северо-востоке 4 вражеских корабля. Вайэн сразу начал выполнять намеченный ранее план. Конвой и его эскорт отвернули на юго-запад, а крейсера и эсминцы «Вайэна» прошли между ним и противником, ставя дымовую завесу. Ему помогал сильный юго-восточный ветер.

Итальянские крейсера — англичане сначала приняли их за линкоры — открыли огонь по кораблям Вайэна, но вскоре отвернули на северо-запад. В этот момент Вайэн тоже повернул, чтобы сблизиться с конвоем, так как в небе над ним появились многочисленные черные клубки разрывов. Корабли эскорта отбивали сильнейшую атаку бомбардировщиков Ju-88. Вайэн радировал Каннингхэму, что отогнал противника. Он немного поспешил. В действительности итальянские крейсера отошли навстречу «Литторио» по приказу своего адмирала. В 14.40 англичане увидели на северо-западе всю итальянскую эскадру.

Снова Вайэн пошел в отчаянную атаку. Только на сей раз 133-мм орудиям его крейсеров и 120-мм орудиям эсминцев противостояли 381-мм, 203-мм и 152-мм орудия противника. Однако имелось несколько факторов, которые помогли англичанам. Юго-восточный ветер постепенно превратился в шторм, который гнал крупную волну. Итальянцы не имели радара и были вынуждены полагаться только на оптические дальномеры, которые в таких условиях были не слишком эффективны из-за многочисленных брызг. Дым из труб британских крейсеров образовал густую завесу между эскадрами противников. Обе стороны лишь изредка видели цели, так как британские крейсера и эсминцы ненадолго выскакивали из дыма, имитируя торпедные атаки. Тем не менее, крейсер «Клеопатра» получил попадание в мостик 152-мм снарядом, а «Юриалес» был засыпан осколками разорвавшегося у борта 381-мм снаряда.

Иакино очень хотел добраться до конвоя, но совсем не собирался проходить сквозь дымзавесу. Он должен был обойти ее либо с подветренной стороны, продолжая двигаться на юго-запад, либо с наветренной, для чего следовало повернуть на юго-восток и идти против ветра и волны. Сильная волна, которая снизила бы скорость его кораблей, вынудила Иакино отказаться от второго варианта. Ход боя показал, что это была ошибка. Дым, который ветер нес на северо-запад, протянулся такой длинной полосой, что итальянцы смогли повернуть на юг к конвою только около 18.00, когда уже начало смеркаться. Поэтому перед итальянцами во весь рост встала неприятная перспектива ночного боя, к которому они были совершенно не готовы.

31
{"b":"586964","o":1}