ЛитМир - Электронная Библиотека

После того, как было сожжено множество грузовиков, самой большой головной болью Роммеля стали бензовозы. Оказалась нарушенной не только система заправки танков, но и поток топлива через Средиземное море оказался гораздо слабее, чем ему требовалось. Он писал:

«К утру 1 сентября я был вынужден отказаться от любой попытки дать генеральное сражение в ближайшее время. Следовало избегать любых крупных передвижений моторизованных частей. Самое большое, что мы могли себе позволить — мелкие тактические атаки с ограниченными целями. В рамках такого решения 1 сентября Африканский Корпус атаковал силами одной 15-й танковой дивизии. Уничтожив несколько британских тяжелых танков, главные силы дивизии сумели выйти в район южнее высоты 132 (вершина хребта Алам-эль-Хайфа), где у них почти кончилось топливо. Поэтому они были вынуждены прекратить даже это тактическое наступление».

Еще больше усугубляли трудности Танковой Армии постоянные атаки множества британских самолетов, которые длились круглые сутки. Немцы понесли тяжелые потери, вся пустыня была усеяна горящими машинами.

Колесо судьбы описало полный круг. Минули те дни, когда британские армия и флот страдали от атак ужасных пикировщиков Ju-87. Роммель был вынужден записать: «Ни капли обещанного топлива не поступило в Африку. Этим вечером у Танковой Армии осталось бензина всего на 1 заправку, даже при строжайшей экономии. Можно лишь надеяться, что перевозки вскоре возобновятся».

На следующий день Роммель признал провал наступления, скомандовав частичный отход на запад от британских минных полей. Попытка англичан заминировать проходы в минных полях позади германских войск стоила им больших потерь. Битва у Алам-эль-Хайфы завершилась.

Даже если учесть склонность разбитого генерала жаловаться на всякие обстоятельства, мешавшие ему, следует прямо сказать, что главной причиной поражения Роммеля стали удары британских авиации и флота по коммуникациям врага через Средиземное море и вдоль побережья к линии фронта. Потери Оси в людях и технике оказались меньше, чем у англичан, если не считать самолетов. Однако теперь англичане могли не опасаться нового наступления на хорошо подготовленные позиции. Бомбардировками из строя было выведено совсем немного германских танков, несмотря на то, что впервые были использованы «Харрикейны IID», предназначенные именно для охоты за танками. Но с другой стороны, были сожжены сотни грузовиков, многие из которых везли драгоценный бензин. Войска Роммеля были прикованы к месту круглосуточными атаками КВВС на местности, где отсутствовали любые укрытия. Кроме того, танковые дивизии израсходовали последние запасы топлива.

Роммель был потрясен и ошарашен неожиданно проявившимся господством Королевских ВВС над полем боя в Северной Африке. Он сам с трудом спасся во время воздушной атаки. Однако он все-таки сделал упор на разгром своих транспортных колонн.

«Тот, кто господствует в воздухе, получает возможность наносить вражеским колоннам со снабжением такие потери, что вскоре противник будет ощущать серьезную нехватку. Гарантированная доставка припасов исключительно важна. Без нее армия становится неподвижной и неспособной сражаться».

Там, где коммуникации частично проходят по морю, разумеется, такое же значение имеет господство на море, вне зависимости от того, как оно реализовано: кораблями, самолетами или подводными лодками.

Когда Роммель понял, что в Африку поступает такое количество топлива, которого не хватит даже для тактического наступления, это вынудило его отойти. На такое решение повлияло известие, что 2 сентября торпедоносцы «Бофорт» потопили танкер «Пиччи Фассио» и повредили «Абруцци». По заявлению генерала Вестфаля, именно обещание прибытия этих судов заставило Роммеля против собственного желания начать наступление. 4 сентября совместной атакой самолетов и подводных лодок были потоплены еще 2 судна — «Бьянчи» и «Падена».

Остальным конвоям повезло больше. Несмотря на постоянные атаки с воздуха и из-под воды, они все-таки добирались до цели. Например, утром 6 сентября в море вышел конвой из 4 судов, которые сопровождали не меньше 12 эсминцев. Днем его прикрывали с воздуха 7 Ju-88, 5 Макки-200 и 1 Кант Z.506. «Бофорты» с Мальты сумели прорваться сквозь воздушное прикрытие и торпедировали транспорт «Манара». Хотя он не затонул, его пришлось отбуксировать в Грецию. Когда на следующий день конвой атаковала подводная лодка «Ультиматум», преждевременный взрыв торпеды предупредил итальянцев. Они уклонились от остальных торпед, но и «Ультиматум» сумела уклониться от контратаки эсминцев. Весь день и всю ночь самолеты пытались остановить конвой — днем американские «Либерейторы», ночью торпедоносцы КВВС, однако они лишь повредили 1 эсминец близкими разрывами бомб.

8 сентября Роммель писал:

«Ситуация со снабжением превратилась в кризис, в основному потому, что отправленные припасы никак не могут достичь цели. За первые 8 месяцев 1942 года мы получили примерно 120000 тонн, только 40 % наших минимальных потребностей. Все больше и больше судов гибнет, все меньше и меньше выделяют итальянцы для перевозок в Африку. Количество потопленных кораблей постоянно растет. С февраля до конца июля противник потопил 10 кораблей. С конца июля до середины октября — 20».

Таким образом, командующий Танковой Армией невольно признал значение морской мощи. А ведь после своей ослепительной победы под Тобруком он закрыл глаза на этот фактор. Теперь Роммель обнаружил, что попался в сети, которые сам же и расставил, когда потребовал отложить захват Мальты. «На совести Мальты находятся жизни многих тысяч германских и итальянских солдат», — написал он. Гораздо правильнее будет возложить гибель этих солдат на совесть тех, кто не сумел организовать вторжение на Мальту — прежде всего на итальянское верховное командование в первые месяцы войны, а потом на Гитлера и германское верховное командование. Но в самый роковой момент после Тобрука в этом был виноват и сам Роммель.

Несмотря на обещания Кавальере и Commando Supremo, ситуация со снабжением в сентябре улучшилась совершенно незначительно. В африканских портах разгрузилось больше транспортов, и потери сократились до 20 %. Однако Роммель обнаружил, что большая часть доставленного предназначена итальянской дивизии, расквартированной в Киренаике. Вдобавок итальянцы просто захватили изрядную часть остального, и Танковая Армия почти ничего не получила. Африканскому Корпусу теперь не хватало даже продовольствия, что сказывалось на здоровье солдат.

Еще больше усложняло проблему появление у союзников тяжелых бомбардировщиков. Они начали постоянные дневные налеты на порты Северной Африки под сильным истребительным прикрытием. Эти налеты были гораздо более эффективны, чем ночные беспокоящие удары. 23 сентября во время атаки в Бенгази был уничтожен транспорт с боеприпасами. Его взрыв разрушил главный причал в порту.

25 сентября по приказу Гитлера Роммель вылетел в Германию для лечения. Генерал Штумме, прибывший с русского фронта, должен был в его отсутствие исполнять обязанности командующего. И в Риме, и в ставке Гитлера Роммель пытался убедить вождей в необходимости решить проблему снабжения. Но в «Волчьем Логове» он окунулся в «атмосферу чрезвычайной уверенности». Гитлер заверил его, что данная проблема будет решена в ближайшие недели использованием большого количества самоходных паромов Зибеля. Фюрер продемонстрировал сводки, показывающие быстрый рост производства вооружений. Он пообещал Роммелю отправить в Африку бригаду новейших реактивных минометов и 40 тяжелых танков «Тигр». За ними должны были последовать несколько подразделений штурмовых орудий.

Но Роммеля не убедили эти пылкие заверения. В то время, когда он находился в «Волчьем Логове», конвой из 2 новейших итальянских судов был остановлен у побережья Греции. Быстроходные транспорты «Франческо Барбаро» и «Унионе» 26 сентября вышли в Тобрук в сопровождении 6 эсминцев. Но в очередной раз повторились неприятные события. На следующий день конвой был обнаружен самолетом-разведчиком, который навел на него подводную лодку «Амбра». Одна из торпед попала в «Барбаро», и судно потеряло ход. Эсминец потащил его на буксире в Наварин, пока остальные охотились за подводной лодкой. В сумерках лейтенант Мэйдон сумел провести вторую атаку. «Барбаро» пошел на дно вместе с 547 тоннами бензина, 21 танком, 151 автомобилем и 1217 тоннами боеприпасов. Тем временем летчики начали охоту за вторым транспортом. Вскоре после полуночи «Унионе» получил попадание торпеды. Транспорт погрузился носом до самого флагштока, и экипаж остался на судне только по приказу командира эскорта. Был заведен буксир, и, в конце концов, «Унионе» добрался до Наварина. В подобных обстоятельствах это можно считать достижением. Но 3562 тонны бензина и 192 автомобиля в Африку не прибыли.

45
{"b":"586964","o":1}