ЛитМир - Электронная Библиотека

Конвоям приходилось идти через небольшой район моря возле северо-западной оконечности Сицилии. Они должны были ночью пройти между островами Устика и Мариттимо, чтобы на рассвете войти в фарватер между минными полями. Этот район стал местом охоты для британских торпедоносцев и подводных лодок, и вскоре они собрали здесь такую же богатую добычу, как и на банке Керкенна.

В декабре итальянский флот предпринял отчаянную попытку наладить снабжение армий в Северной Африке. В море вышли транспорты общим водоизмещением 215 000 тонн — самая высокая цифра в этой кампании, — но 68000 тонн были потоплены и 15000 тонн повреждены. То есть, потери достигли 40 %. Поэтому неудивительно, что Роммель продолжал настаивать на выводе Танковой Армии из Триполитании. Но это было слишком горькой пилюлей для Муссолини. Поэтому, хотя Commando Supremo 29 декабря отменило запрет на отступление, оно разрешило отход только до линии Тархуна — Хомс. Кессельринг получил от германского Верховного Командования заверения, что снабжение германских армий в Африке все-таки будет налажено. Была обещана доставка 80000 тонн грузов в месяц, хотя в декабре в Африку прибыли только 24000 тонн.

В январе ситуация сложилась еще хуже. На помощь британской авиации пришли самолеты американской XII воздушной армии генерала Спаатса. Сначала они не могли добиться успеха из-за отсутствия опыта морской войны, но с помощью личного состава ВСФ это было довольно быстро исправлено. Вскоре американцы тоже начали топить транспорты, танкеры и корабли сопровождения.

Американцы использовали действенную, но слишком опасную тактику атак на высокой скорости с бреющего полета. Ее эффективность была доказана уже во время первой атаки, когда 20 января взорвался и затонул танкер «Сатурно».

Из 51 транспорта, отправленного в Африку в январе, 11 были потоплены подводными лодками. 4 — кораблями, 2 — минами и 7 — самолетами. Еще 7 были серьезно повреждены в ходе воздушных атак. Уровень потерь вырос до 55 %. Итальянцы мобилизовали буквально все имеющиеся мелкие суда, которые имели шанс проскользнуть сквозь блокаду. Однако подводные лодки и торпедные катера топили их артиллерией. Стаи американских самолетов с аэродромов Алжира гонялись за любым, даже самым мелким катером. Поэтому не стоит удивляться тому, что итальянцы назвали тунисский маршрут «дороги смерти». Более удивительным выглядит то, что моряки все-таки шли на смертельный риск, снова и снова испытывая судьбу на этой дороге.

Их героизм позволил в течение зимы доставить в Тунис достаточное количество припасов. Армии Оси сумели сдержать наступление превосходящих сил генерала Эйзенхауэра, пока лили зимние дожди. Но для Танковой Армии Роммеля уже почти ничего сделать было нельзя. Только тактический гений Лиса Пустыни позволил ему до середины февраля удерживать Триполитанию, после чего он отошел на линию Марет. Это был конец Танковой Армии как отдельного соединения. После перегруппировки сил бывший Африканский Корпус вместе с итальянскими частями образовал итальянскую 1-ю армию под командованием генерала Мессе. Эта новая армия и германская 5-я армия генерала фон Арнима, которая обороняла западную границу Туниса, были сведены в Группу Армий «Африка» под командованием фельдмаршала Роммеля. 9 марта в ответ на многочисленные просьбы итальянцев, которые потеряли веру в Роммеля, Гитлер отозвал его и заменил фон Арнимом.

На последней неделе марта британская 8-я армия сумела прорвать линию Марет и возобновила наступление вглубь Туниса, пока не застряла в гористом районе возле Анфидавилля в конце апреля. Здесь ей было приказано дожидаться, пока армии союзников не прорвут фронт на западе.

Тем временем авиация союзников продолжала уничтожение итальянских военного и торгового флотов. В начале 1943 года итальянцы испытали временное облегчение, когда им были переданы бывшие суда Виши общим водоизмещением 120 000 тонн. Но в марте союзники уже имели достаточное количество четырехмоторных бомбардировщиков, что позволило им начать дневные массированные бомбардировки итальянских портов. Во время налета 22 «Летающих Крепостей» на Палермо были потоплены 4 транспорта. Один из них взорвался и уничтожил еще 2 транспорта прямо у пирса Санта-Лючия. Во время другого налета 84 «Крепости» атаковали последние 2 итальянских тяжелых крейсера «Триесте» и «Гориция» в гавани Ла-Маддалены на Сардинии. «Триесте» был потоплен, а «Гориция» выведен из строя до конца войны. В феврале в Тунис были отправлены 34 транспорта, но лишь 20 дошли до цели. В марте из 44 отправленных судов 23 были потоплены или тяжело повреждены.

В это время фон Арним был вынужден сообщить фюреру, что его положение безнадежно, так как кончаются продовольствие и боеприпасы. Даже Кессельринг, всегда поддерживавший Гитлера, был вынужден заявить, что удержать Тунис невозможно. Он посоветовал начать хотя бы частичную эвакуацию. Гитлер снова резко отверг эти предложения. Он требовал, чтобы армия продолжала сражаться до последнего человека. На встрече с Муссолини в начале апреля он сумел внушить своему партнеру по Оси эту далекую от реальности идею. Последний шанс уменьшить размеры грядущей катастрофы был потерян.

Зато итальянский флот и Commando Supremo уже прекрасно поняли безнадежность борьбы и бесполезность дальнейших жертв. Чтобы сломить их нежелание напрасно терять людей и корабли, Кессельринг обратился к Муссолини, чтобы тот приказал возобновить походы в Африку. Для доставки личного состава и припасов следовало использовать все эсминцы, торпедные катера и транспорты. Итальянский флот смирился с неизбежным, и побоище возобновилось. В апреле потери выросли до 60 %.

Задолго до того, как окончание сезона дождей позволило армиям союзников возобновить наступление и захватить Тунис, войска Оси сидели на голодном пайке. Нехватка топлива приковывала их к месту. К концу апреля они были полностью отрезаны от Европы. Даже доставка грузов по воздуху прекратилась, так как американские истребители перехватили большую группу Ju-52 и либо сбили их, либо вынудили пилотов совершить аварийную посадку.

Однако торговые суда с твердокаменным упрямством и фаталистической покорностью судьбе продолжали свои безнадежные попытки пойти Сицилийским проливом. Ночью 3 мая эсминцы «Нубиэн», «Петард» и «Паладин», вышедшие с Мальты, перехватили в районе мыса Бон большое судно водоизмещением 8000 тонн в сопровождении миноносца «Персео». Оба были потоплены. Транспорт взорвался со страшным грохотом, так как вез снаряды, бомбы и мины. Этот взрыв можно считать окончанием битвы за Средиземное море.

7 мая сухопутный фронт войск Оси рухнул практически повсюду. Германский командующий морскими силами в Тунисе сообщил, что больше не может принимать транспорты. Однако Гитлер и Дениц по-прежнему требовали направлять в Африку все оставшиеся корабли, Этим вечером 3 германских транспорта вышли к мысу Бон и даже сумели пересечь Сицилийский пролив — только для того, чтобы обнаружить, что союзники уже захватили порт, в котором им следовало разгружаться. Они бесцельно слонялись вдоль побережья Туниса, пока не были атакованы тучей самолетов союзников. После этого транспорты выбросились на берег и были разнесены на куски бомбами.

К этому времени Группа Армий «Африка» была загнана на полуостров возле мыса Бон. Путь спасения по морю был отрезан, так как после 3 лет тяжелых боев союзники прочно захватили господство на море в свои руки. Для британских эсминцев, патрулирующих возле побережья, началась операция «Ретрибьюшн» (Retribution — возмездие.). Адмирал Каннингхэм отдал приказ в стиле добрых старых времен: «Топите, жгите, уничтожайте. Никто не должен уйти». Попытался мало кто. Небольшая кучка катеров, парусных и гребных лодок и даже спасательных плотов все-таки вышла в море. Экипажи эсминцев ехидно назвали это «регатой Келибия». На море в плен попали всего около 1000 человек. Зато на суше сдались более 250 000 человек. Последнее сопротивление прекратилось 12 мая.

Ожесточенные бои вдоль северного побережья Средиземного моря продолжались еще примерно год. Шли бои в Италии, на Балканах, на юге Франции. В Эгейском море германская авиация еще довольно долго сохраняла господство в небе. Но после того, как в руки союзников перешло все побережье Северной Африки, для их кораблей снова открылся сквозной проход через все Средиземное море. Германские подводные лодки продолжали действовать в этих водах, но их количество постоянно сокращалось, и они превратились из серьезной угрозы в досадную помеху. Время от времени Люфтваффе напоминали о себе, мешая союзникам перевозить по морю войска туда, куда требовалось. Но и в этом случае союзники не теряли даже локального господства на море.

48
{"b":"586964","o":1}