ЛитМир - Электронная Библиотека

— Брр! — передернулась миссис Флетчер.

— Страхота, верно? Так вот что, золотко, я вам хотела сказать: родители их двоюродные были, вот в чем дело. Билли, милок, а ну-ка сбегай к Тине за чистым полотенцем, с этого течет, хоть выжми, и не щекоти мне ногу заколкой. Слышишь, что я говорю? Ну и егоза этот малец, всюду он лезет.

— Мы с мистером Флетчером не состоим в родстве, иначе ему бы не видать меня как своих ушей, — миролюбиво ответила миссис Флетчер.

— А я ничего и не говорю, — возразила Леота. — И мы с Фредом не родня, во всяком случае, нам с ним ничего такого не известно. Так вот, золотко, больше всего миссис Клоп приглянулись пигмеи. Да, пигмеи у них там тоже есть, так я от них миссис Клоп чуть не силком оттаскивала. Это такие, ну, знаете, самые что ни на есть малипусенькие человечки. Так вот, золотко, пигмей, он как сядет на свою, извините за выражение, женю да как начнет на ней крутиться, ну все равно как волчок, так что и не поймешь, то ли стоит он, то ли сидит. Это я вам говорю, чтобы вы понятие имели, какие они. Им уж сорок два стукнуло. Представляете, если бы у вас муж такой был?

— В мистере Флетчере сто семьдесят два сантиметра, — поспешила вставить миссис Флетчер.

— В Фреде сто семьдесят пять, и то он у меня в недомерках ходит, сама-то я вон какая вымахала. — И Леота вывела крутой завиток над другим ухом миссис Флетчер. — Так вот, пигмеи эти, они ну как есть сплошняком коричневые. А все равно симпатичные.

— Мне они вряд ли бы понравились, — сказала миссис Флетчер. — Не понимаю, что в них миссис Клоп нашла.

— Уж и не знаю, — сказала Леота, — просто ей до всего дело. А еще мы там видели этого, как его, окаменелого человека. Так вот, ему как минуло девять, поест он, пойдет у него еда по кишкам, и врать не буду, не скажу, как там и чего у него получается, только миссис Клоп говорит, что еда у него прямиком через кишки в жилы идет, а там враз каменеет.

— Какой ужас! — сказала миссис Флетчер.

— Ему уже сорок два стукнуло. Видать, это годы такие тяжелые.

— Кто вам такую глупость сказал, не миссис ли Клоп? Ей, наверное, самой сорок два стукнуло, — сказала миссис Флетчер.

— Не-а, — сказала Леота, — миссис Клоп тридцать три, она родилась в январе, так что она Козерак. Так вот, головой-то он мотать может — туда-сюда. Хотя ведь ни голову, ни мозги жилами не назовешь, и кишки тоже, пока вроде еще нет. Только вот какое дело получается: проглотит он, понимаете, еду, и как пойдет еда эта у него вниз, в кишки, переварит он ее, — тут Леота привстала на цыпочки, — и она прямиком ему в жилы вступает, а уж там — не успеет он папа-мама сказать — она каменеет, натурально каменеет. И вот так он раз за разом и окаменевает. А вы бы хотели, чтобы у вас такой муж был? Чтоб головой мог двигать, а больше — ни-ни. Да и видик у него, конечно, тот еще.

— Я думаю! — ледяным тоном сказала миссис Флетчер. — Мистер Флетчер каждый день делает гимнастику, не пропускает ни одного вечера. Я сама за этим слежу.

— А мой Фред цельными днями бока пролеживает, с места его не сдвинешь. И запросто может так статься, что он утром проснется, а ни рукой, ни ногой не двинет. Правда, окаменелый-то, он головой двигал.

— А миссис Клоп он понравился? — спросила миссис Флетчер.

— Не так, как остальные, — сказала Леота неодобрительно. — Правда, она таких мужчин любит, которые модно одеваются и всякое такое.

— Ну а мистер Клоп, он модно одевается? — ехидно спросила миссис Флетчер.

— Вроде да, — сказала Леота, — только он ее старше лет на двенадцать, а то и на четырнадцать. Она о нем справлялась у самой леди Евангелины.

— Кто такая эта леди Евангелина? — спросила миссис Флетчер.

— Да гадалка, что с этим бродячим балаганом ездит, — сказала Леота. — Все насквозь видит. Они ее леди Евангелина зовут, и, будь у меня еще доллар, я б уж всенепременно попросила, чтобы она мне и по второй руке погадала. У нее есть это… ну как его?.. миссис Клоп еще его шестым чувством называет. Только хуже маникюра, чем на ней, я в жизни не видела.

— А что она сказала миссис Клоп? — осведомилась миссис Флетчер.

— Она сказала, что мистер Клоп ей верный, лучше не надо, и что он вскорости разбогатеет.

Миссис Флетчер хмыкнула.

— А чем он занимается?

— Не знаю, что и сказать, — ответила Леота, — потому как он не работает. Леди Евангелина мне почитай что и не успела ничего сказать — ни что со мной будет, ни о чем другом. А мне страсть как хочется еще раз к ней сходить и разузнать про того парня. Я с тем парнем раньше гуляла, а он взял да и на другой женился. Постойте-ка, когда ж это было, ага, тому, почитай, уж года три, не меньше, вы тогда еще не ко мне ходили, а в салон Роберта Э. Ли в Джэксоне. Он на ее деньги польстился. Мне тогда еще другая гадалка говорила. Только я все равно о нем и думать позабыла, не говоря уж, что я теперь за Фредом, только миссис Клоп мне и скажи: давай, говорит, интересу ради спросим леди Евангелину, как они живут, хорошо ли.

— Боже мой, неужели миссис Клоп уже все про вас знает? — спросила миссис Флетчер испуганно.

— А то как же, я ей все про все рассказала, и про сейчас, и уже сама не упомню, до каких пор, почитай что до тех, как я начала гулять с парнями, — сказала Леота. — Так вот, для начала спрашиваю я у леди Евангелины, хорошо они живут или нет, спрашиваю, а она мне и говорит, и, видать, рада она моему вопросу радехонька. «Золотко, — говорит, — надо бы хуже, да нельзя. А ты, — говорит, — заметь сегодняшний день, восьмого марта сорок первого года, и, — говорит, — запиши его себе для памяти. Отсчитай от этого дня три года и попомни: к тому времени им в одной постели не спать». Смотрите на стену, число это у меня записано, там же, где и другие. «А тебе, дитя, — говорит леди Евангелина, — радоваться надо, что он на тебе не женился, потому как очень он меркантильный». Так что я рада-радехонька, что вышла замуж за Фреда. Он уж точно не меркантильный, ему на деньги плевать. Только теперь мне страсть как хочется еще раз к леди Евангелине сходить, пусть она мне и по второй руке погадает.

— Неужели миссис Клоп поверила этой гадалке? — презрительно спросила миссис Флетчер.

— Еще бы, она ведь из Нового Орлеана. А тамошние верят во всякую чертовщину. Одна гадалка до того еще, как их в Новом Орлеане повыловили, нагадала миссис Клоп, что летом она будет разъезжать из штата в штат и сведет знакомство с седым кавалером, да не с одним, и точно, в тот же год миссис Клоп поехала на косметическую конференцию в Чикаго…

— Вот как! — сказала миссис Флетчер. — Разве миссис Клоп косметичка?

— А то как же, — возразила Леота. — Она косметичка. И я ее обязательно к нам устрою, если удастся. То есть она была косметичкой, покуда замуж не вышла. Ну, это дело такое, что не забывается. Так вот, она там свела знакомство, и точно, не с одним, а с тремя кавалерами, и все они как на подбор были седые, поездила с ними на славу — шесть штатов объездила. Теперь она от них открытки к Рождеству получает. Билли, милок, а ну-ка сбегай попроси у Тельмы вату. Видишь, как с миссис Флетчер каплет.

— А где миссис Клоп свела знакомство с мистером Клопом? — не без подковырки спросила миссис Флетчер.

— Тоже в поезде, только в другой раз, — ответила Леота.

— А я познакомилась с мистером Флетчером, точнее, он со мной познакомился в платной библиотеке, — гордо поведала миссис Флетчер, следя в зеркало за тем, как Леота опутывает ей голову сеткой.

— Золотко, а нас с Фредом свело в автобусе на откидных местах, восемь месяцев тому уж, а через полчаса мы, можно сказать, шли под венец, — сдавленным голосом сказала Леота, зубами раскрывая приколку. — Ясное дело, любви нашей хватило ненадолго. Но миссис Клоп говорит, любви никогда надолго не хватает.

— Мы с мистером Флетчером влюблены друг в друга так, будто только вчера поженились, — с вызовом сказала миссис Флетчер, пока Леота затыкала ей уши ватой.

— Миссис Клоп говорит, любви надолго не хватает, — громче повторила Леота. — А теперь идите сушиться. Сушилку сумеете включить? А я, как вернусь, расчешу вас. Я обещалась в обед сделать миссис Клоп массаж. Бесплатно, сами понимаете. Так уж промежду коллегами заведено.

5
{"b":"587009","o":1}