ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Так, мило беседуя, мы прошли по бесконечно длинному, как у Булгакова, коридору в Сережин кабинет.

— Ладно, вот твое рабочее место. А я пошел с Александром Сергеевичем гулять. Закончишь рано — не жди, захлопни дверь. Но я, вообще-то, часа через полтора буду.

— А где Машка?

— Поехала работу отвозить господам студентам. А потом к теще заедет будет поздно. Бросила нас одних на растерзание…

— …друг другу. Бедненькие.

— Ага, ещё какие. Так, ты все знаешь — работай.

И Сережка с сыном удалились гулять. Александр Сергеевич, к слову, господин до невозможности спокойный и неприхотливый. Погруженный в свою коляску, он может гулять часами, созерцая окрестности. А Шварц наш ему байки травит. Машка жаловалась когда-то: про расширяющуюся Вселенную, про кристаллическую решетку и ещё всякое… Что поделать, папа физикой увлекался…

В общем, удалились они, и я опять вошла в компьютер. Снова перелистала папки, хотя толком ещё не знала, что ищу. Доехала до «Писем», раскрыла и…

Страшно захотелось курить. Пялилась я в компьютер, и мне становилось все страшней.

Не было там ни одного письма от Иры! НЕ БЫЛО — и все тут. Не писала она мамочке ни разу.

Начала с ходу другие файлы сличать — на дискете и в машине. Разные, но не сильно. А вот эти письма… Вернее, их отсутствие…

Сережиной машине можно доверять — в ней хранится только натуральная информация. Шварц прямо с утра на работе копирует все содержимое буфера. И сразу в двух экземплярах — один набор дискет в сейфе хранится, а второй Сережа домой забирает.

Конечно, делать этого не положено, шефы, если б узнали, голову бы ему открутили, решили бы, что торгует нашим фондом на сторону или себе базу данных собирает, в конкуренты готовится. Не знаю, так оно или нет, но Сережка эти свои меры предосторожности не рекламирует.

В офисе об этом никто, кроме меня, не знает. Да и я, собственно говоря, узнала случайно. Вот точно так же, как сегодня, работала в выходной, готовила клиенту раннему документы. Свет мигнул, сбой при записи… И обнулила весь огромный файл «Невесты». То есть, лишила себя и хлеба, и масла. Кошмар! Копии в сейфе запечатаны, Сережка на завтра отгул взял — целый день пропадет.

А клиента обижать нельзя — он и уйти может. Конкурентов хватает.

Поэтому я сразу Сереге домой позвонила, рассказала, что и как. Он задумался, потом велел кнопки какие-то нажать. Без толку. А вот такие? Аналогично.

Скомандовал, чтобы я машину в покое оставила, все необходимые записи велел на бумаге сделать и немедля гнать к нему домой. Там все восстановил… Вот так мне его секрет стал известен.

Сережку я ещё с проектной конторы знаю — он тогда программистом трудился. Потом на собеседовании в «Татьяне» встретились, потом я его со своей приятельницей Машкой познакомила — теперь это его Машка… Так что можно считать наши отношения почти родственными. Вот он и знает, что я лишнего болтать не буду. Да и зачем мне? Не думаю, чтобы Сережка готовил себе запасной выход на черный день, он молодой и жизнь его пока не покорежила. Но, с другой стороны, та же самая жизнь так многообразна, столько в ней бывает пожаров, затоплений и грабежей, что приходится перестраховываться, — и вот такого объяснения для меня вполне достаточно.

Все это я передумала, пока папку «Письма» копировала. Потом ещё раз всякие глупости посмотрела, но больше ничего странного не нашла.

Больше ничего… Куда уж больше!

Выходит, эти письма возникли из ниоткуда прямо у нас в офисе, попали в наш «Пентиум», а дальше — в дело Ирочки… Но из ниоткуда только кролик у фокусника появляется да ещё дети иногда. Кто-то эти письма написал и ввел в конторскую машину… Кто? И зачем?

Наверное, наоборот: сперва — зачем, а потом уж — кто.

В самом деле, как я не подумала — если девчонка и в самом деле в заведении оказалась, ей ни одна собака не разрешит письма домой писать… Или нет, разрешит, даже специально заставит, чтобы дома паника не поднялась, но только будет подвергать цензуре и редактировать. Так что получается, у тамошней бандерши — или как там эта персона именуется — есть переводчик на русский язык? Ведь письма-то по-русски написаны, только латинскими буквами — те письма, что я нашла в нашей машине, — а потом уже все это набрано кириллицей, и в папке «Ирэн» только такие, по-русски, ну, это дело обычное, это сам Серега чаще всего и делает, а иногда — кто-то из нас, кто посвободнее…

Господи, Серега?!

Затормози, дура, куда тебя понесло? Ну и что, что Серега? Да если б это его художества были, он бы меня в жизни не подпустил к своей машине, к оригинальным письмам из буфера электронной почты, а он подпустил, значит, ничего не знает и прятать ему нечего — от меня, во всяком случае… Ну да, а сам он ни сном ни духом, он же не смотрит, что списывает, — есть копия и ладно, никаких суток не хватит, чтобы все это ещё дома читать, после двенадцати часов на работе…

Ну ладно, на чем я остановилась? Ага, у бандерши в Махдене есть русский переводчик… Бред собачий — и вообще, и потому, что из Махдена, как выяснилось, никакие письма не приходили. Значит, эту маскировку, эту видимость благополучия создает кто-то уже здесь. ЗДЕСЬ. В родном офисе. А нас там раз-два и обчелся, все свои, все родненькие, даже шеф наш Виталик…

Опять бред! Ну обдурил какой-то сукин кот азиатский Ирочку Гончарову, дурочку наивную — а зачем кому-то у нас надо его прикрывать? Да как вообще этот кто-то узнал про что-нибудь? Ну, как — настоящее письмо пришло, спасайте, мол, да попало, к примеру, на шефа, а тот перепугался, чтоб фирма не загремела, письмо уничтожил и начал прикрывать задницу?

Э-э, настоящее письмо она послала бы домой или там в милицию, уж никак не в нашу лавочку, разве что не по почте посылала, а по мэйлу… Ой, совсем дурость — откуда ей наш компьютерный адрес знать? А оттуда — она его сколько раз видела, когда каталоги смотрела… И запомнила? Или в нужный момент, когда чисто случайно оказалась у подключенного к электронной почте компьютера, сработали экстраординарные способности, все вспомнила, не ошиблась ни в одной буковке?… Не верю, это уж точно «вот тут в кустах случайно оказался рояль». За уши притянуто, за волосы и за что там еще…

Ну хорошо, ну, допустим, все я правильно про Лаврука придумала — вот он запаниковал и решил прикрыть задницу. Стал, значит, писать письма, отправлять их мамашке Гончаровой… Черта с два, он сам без нас такого не провернул бы, он бы её просто не нашел, и вообще, когда мамашка прибежала и устроила скандал, а я ему доложила, он совсем не так себя вел…

А как он себя должен был вести?..

Откуда-то со двора в мои заледенелые, но все же лихорадочно работающие мозги проникло «пик-пик-пик» — кто-то там слушает «Маяк»… Я машинально глянула на часы — проверить. Так, минут через двадцать должен Сережка вернуться, сейчас мы с ним все это дело обжуем, у него с логикой нормально…

А Колесников-то не советовал, как в воду глядел… Да уж, кто бы там этим делом ни занимался, шеф или ещё кто… Ну да, а кто же другой, кому так дорога задница фирмы? И вообще, зад… пардон, репутация фирмы — это тоже за волосы, слабоватый мотив. А какой же ещё может быть?!

Какой-какой, такой, на который Дима намекал: преступление! «Кто-то сознательно поддерживает этот бизнес».

Мне стало жутко — я передернулась и немедленно принялась за самоуспокоение: надо меньше боевиков в ящике смотреть и в книжках читать, лезет в голову всякая бредятина, аж сердце останавливается, ну его, надо отвлечься и выспаться, и тогда на свежую голову придет какое-то элементарное и совершенно очевидное объяснение и все станет на свои места. Так уже сто раз бывало. Все, сейчас вернется Серега, поблагодарю и…

Нет. Работа моя закончена, а ждать Сережку не буду — не так уж я своим языком владею, спросит что-нибудь — и посыплется из меня. А мне пока думать надо и помалкивать. Пойду пройдусь до дому пешочком, в кроссовках это полчаса — вот и хорошо. Или что надумаю, или, если получится, отвлекусь. Все. Быстренько отсюда, пока Шварцы белобрысые не вернулись…

25
{"b":"5891","o":1}