ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В «Трех бананах» нас действительно обслужили и быстро, и вежливо, и недорого. Несколько минут мы просто ели, потом я вышла из машины, выбросила разовую посуду, и мы неторопливо и спокойно принялись за кофе — крепкий, сладкий и обжигающе горячий. А под него уже и поговорить можно было.

Первым начал Дима.

— Так, Ася. Сейчас у нас пауза. Мы на людях, тут нас не тронут, будут ждать удобного случая. Иван Иваныч велел тянуть время, пока он примет меры. Что будет через полчаса — не знаю. Не знаю, сможем ли ещё нормально поговорить. Так я уж сейчас скажу, хоть момент не самый подходящий. Я после вчерашнего много думал. Я не смог вычислить, где правда, — в том, что тебе рассказали, или в том, что Иван Иваныч говорит. Только для нашей с тобой безопасности выгоднее, как ни странно, чтобы ты оказалась права, тогда нас защищать будет не милиция с папой Кучумовым, которому мы как кость в горле, а жулики, которым мы с нашими открытиями очень даже нужны…

Он начал закуривать и покосился влево. Я автоматически повернула голову туда же, он рявкнул:

— На меня смотри! А за ними я сам пригляжу осторожненько. Они сидят в машине, нас не слышат, но видят. Тут довольно светло от фонарей. Ты смотри на меня и улыбайся иногда.

Я вспыхнула как спичка. Орет еще!

— За какие такие заслуги тебе улыбаться?!

— Да не за заслуги, для чужих глаз улыбайся! Пусть думают, что мы спокойные, слепые и лопоухие, их не видим и удирать не собираемся.

И сам оскалился. Та ещё улыбочка, видел бы он себя в зеркале. Я ухмыльнулась.

— И вот что: кончай на меня злиться, а? Ты уж прости меня за всю эту историю. Пойми, сам-то я такими категориями свои поступки не оценивал, я делом занимался, а по сути получается — действительно врал тебе и использовал… Но поначалу я ничего особенного не планировал, так, просто думал познакомиться, ходить в вашу фирму, мне тогда казалось, это самый легкий и простой способ выполнить задание… А дальше все само собой покатилось… Ну кто же мог знать, что привяжусь я к тебе? Что ты для меня станешь важнее любого задания? Важнее всего?

— Понятно. А если бы не привязался, то все нормально и совесть тебя бы совсем не мучила?

— Если бы не привязался, остались бы мы просто деловыми знакомыми и не за что было бы совеститься. Не пытками же я из тебя сведения добывал, сама говорила что хотела. Ладно, как говорится, история не знает сослагательного наклонения. Вышло вот так — и я был счастлив по-настоящему. И мне не приходило в голову, что можно на это иначе посмотреть, мы ведь были вместе и делали общее дело, ты сама первая из-за Иры взвилась… А сейчас тошно мне, очень плохо и одиноко. Не могу я без тебя, рыжая.

— Ну, это не смертельно. Пройдет.

— А я не хочу, чтобы проходило. Я понимаю, с твоей точки зрения — я скотина. Но попробуй и ты меня понять. Я считал, что правильно поступаю, справедливое дело делаю…

Я чуть не облилась кофе.

— Правильно?! Справедливо?! Забраться в постель, врать, обманывать справедливо?! Ты хоть раз попытался соразмерить эти вещи: чувства, привязанность, долг — и какие-то там интересы каких-то фирм?!

— Но я-то не интересы фирм отстаивал, я преступников разоблачал!

— Неправедными путями праведное дело делать?! Цель оправдывает средства?

— Ну, знаешь! Ты очень быстро стала для меня самоцелью, независимо от всего прочего. Хотя на самом деле оно так переплелось — мы были вместе, и честное дело делали вместе, и не было у меня никаких оснований не верить этим людям.

— А один раз собственной головой поработать не пробовал?

— А ты пробовала? Ты завелась, когда наслушалась всяких слухов…

— Слухов, да? А вот тебе ещё слух: твою СИАМИ Арсланов финансирует!

— Вот как? Ну тогда все сомнения отпадают. Но я и без этой информации после вчерашнего… разговора… почти к тому же пришел. По всему получилось, что они жулики, а ты правду говорила.

— А я, должна тебе заметить, всегда говорю правду. Особенно если это моих внутренних проблем касается… И что же произошло такого экстраординарного, что ты смог мою правоту признать?

— Как ты и сказала, попробовал поработать собственной головой.

— По твоему виду судя, для тебя это нечастое и непривычное занятие…

— Не надо ехидничать. Я ведь признал, что был неправ, прощения попросил — думаешь, легко это, когда никакой сознательной подлости за собой не чувствуешь? Не надо меня ногами топтать.

— А меня, значит, можно?!

Да, с ним действительно не о чем разговаривать. Если даже сейчас он в состоянии только о собственных делах рассуждать… И ни вот на чуть-чуть не может о другом человеке подумать! Его оскорбленное достоинство на весь мир вопит только потому, что фирма его веру в торжество справедливости в целях своих использовала…

Дорогие мужики, какие же вы все одинаковые! Как вам хочется только одного: чтобы мне, любимому, было хорошо. Всегда только «мне» и никогда «тебе». Легко жить, когда больше всего себя любишь, о себе одном думаешь. Удобная позиция, что и говорить…

Ладно, смиримся и с этим. Закончим сегодняшние дела — и хватит. Пусть считает, что я его простила.

Я допила кофе, поставила пустой стаканчик на приборную доску, обернулась назад, вытащила свою сумку. Подкрасилась.

— Дима, вот, — я протянула ему пресловутый конверт с премией. — Думаю, тебе должно хватить. Себе я тоже взяла немного. Как сможешь, отдашь. Пока.

И потянулась к дверям.

— Немедленно сядь! Не смей шевелиться, дура! Тебя и так на мушке держат!

И совершенно железные пальцы вцепились в мою левую руку.

— Эй, полегче! Мне больно!

— Я отпущу тебя. Пообещай только, что будешь сидеть спокойно, пока мы до места не доберемся.

— Пусти! И не хочу я ни в какое место, вези меня домой!

Мы ещё толком не отъехали от кафе, когда мявкнул мобильник.

— Да! Хорошо. Еду.

Лаконично, ничего не скажешь. Но больше я ничего не узнала. Ехали мы явно не ко мне, но выскакивать на ходу почему-то желания не возникало. Успею еще.

Дима присвистнул. Пару раз лихо повернул, по-моему, не совсем по правилам. И лицо у него оживилось — не так уж, значит, я его ногами истоптала. Ну погоди, открой только рот!

— Анна Георгиевна! Ты что, украла у них «Кохинор»?

— Терпеть не могу чертить.

— Я имею в виду алмаз.

— С чего это ты такое интересное заключение сделал?

— А с того, что теперь нас преследуют две машины.

Глава 45

Мы стоим у ресторана

Чего-чего, а такого развития событий Иван Иванович не ожидал и готов к нему не был. При всем своем стаже в бывшем КГБ занимался он исключительно «врагом внутренним», был большим мастером разведки среди своих, конспирации и провокации, но опыта в силовых акциях не имел. Да и откуда ему было знать, принимая заказ, с какой серьезной фирмой он столкнется? И какой противник окажется перед ним… Можно сколько угодно слышать о беспощадных наркодельцах, о похищениях, убийствах и поджогах, но пока сам не столкнешься — не прочувствуешь, что такое люди, для которых нет недозволенных приемов.

Любая война, независимо от её исхода, порождает в стране вспышку преступности, особенно в самых жестоких насильственных проявлениях. И объясняется это просто — появляется прослойка людей, привыкших решать проблемы быстро и радикально, силой оружия, знающих: если не я их, то они меня. Людей большей частью молодых, с ещё не окрепшими нравственными устоями, не испорченных заповедью «не убий». Они знают простые вещи: вот наши, вот враги — огонь!

И после любой войны в стране полно нелегального оружия. Если же добавить сюда события последних пяти лет, когда исчезла общая, вдалбливаемая с детского садика идеология, когда прежде сугубо номинальные границы стали реальными, когда «единая общность — советский народ» вдруг рассыпалась на отдельные нации, рознь между которыми старательно подогревается оголтелыми националистами и нечистоплотными политиканами, то вероятность такого развития событий становится очевидной. И, наконец, когда на смену громогласной пропаганде бескорыстия и альтруизма приходит победным шагом идея светлого капиталистического будущего, эта очевидная вероятность превращается в неизбежность…

81
{"b":"5891","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Янтарный Дьявол
Вранова погоня
Украшение китайской бабушки
Космос. Прошлое, настоящее, будущее
Тайны жизни Ники Турбиной («Я не хочу расти…)
Синяя кровь
Непрожитая жизнь
Сделай сам. Все виды работ для домашнего мастера