ЛитМир - Электронная Библиотека

Николай Дубов Беглец (сборник)

© Издательство «Детская литература». Оформление серии, 2001

© Н. И. Дубов. Текст, наследники

© А. Турков. Предисловие, 2001

© В. Юдин. Иллюстрации, 2001

Предисловие

«Какое оно, море?» назывался фильм, снятый по одной из повестей Николая Ивановича Дубова (1910–1983). Море, река – не только как сами по себе могучие стихии, но и как образ жизни, – очень частые «персонажи» книг этого писателя.

«Мальчик у моря» – не просто название повести. Это главная авторская забота, любимая тема – маленький человек на пороге жизни.

«Раньше река была для Кости местом, где купаются, ныряют с вышки, загорают, катаются на лодках и катерах», – говорится в повести «Огни на реке». Только пожив у дяди-бакенщика, мальчик понимает, какая напряженная трудовая жизнь идет на реке, и уже с новым чувством смотрит на «сверкающую гладь, голубую дорогу, которая теперь не кажется ему простой и легкой, но становится от этого еще прекраснее».

В повести «Небо с овчинку» нет никакого моря – всего-навсего отдаленное лесничество, так называемая глубинка. «…Не воображай, что ты едешь в джунгли», – подтрунивает над героем повести Антоном сосед по квартире Федор Михайлович. И все же мальчику и его новым друзьям суждено выдержать небольшой «шторм», небезопасное столкновение с местными чинушами и просто с завзятыми подлецами, которым не до́роги ни природа, ни «братья наши меньшие» – животные.

В этом «бою» победа дается героям сравнительно легко. Не то что в романе «Горе одному», где сироте Лешке солоно пришлось в начале трудовой жизни, во многом напоминающей пережитое самим автором, тоже начинавшим свой путь, свою рабочую биографию разметчиком на паровозоремонтном заводе.

Вообще с каждой новой книгой Дубов все серьезнее и углубленнее судил о жизни, все внимательнее присматривался к людям, порой словно бы возвращаясь к какому-нибудь персонажу заново и открывая в нем что-то ранее не замеченное.

Совсем по-иному увиден писателем герой повести «Беглец» Юрка. Он из тех подростков, которых принято называть «трудными». Рос в бедной семье с пьющим отцом и издерганной заботами, крикливой матерью. Но как доверчиво потянулся он к приехавшим отдохнуть у моря Виталию Сергеевичу и Юлии Ивановне, почувствовав, что они живут какой-то другой жизнью, ласковы и внимательны не только друг к другу, но и к новым случайным знакомым!

Трогательно, хотя порой и очень неуклюже старается он, в свою очередь, отплатить им добром и остро переживает внезапную гибель «дяди Вити» и случившуюся после этого с Юлией Ивановной болезнь.

После происшедшего несчастья обнаружилось, что у идиллического, на зависть всем окружающим, времяпрепровождения приезжих была печальная и прозаическая «подкладка»: чужой в своей настоящей семье, Виталий Сергеевич наслаждался коротким счастьем с любимой женщиной, медля сделать окончательный выбор. И эта попытка «бежать» от необходимости, так или иначе разрубить сложный житейский узел угнетает обоих.

Из тех их разговоров, которые слышит Юрка, читатель понимает, что подобную уклончивость «дядя Витя» проявляет и в своей работе. Раскритиковав пошловатые и неумелые рисунки Юркиного отца, он честно признается себе, что молодец-то он против овец, вроде этого неудачника, а при столкновении с подобными же ремесленниками от искусства, обретшими незаслуженную известность, пасует!

Гибель Виталия Сергеевича в какой-то мере символична: он не справился не только с морскими волнами – с жизнью, и она захлестнула, поглотила его, вероятно немалый, талант и незаурядную личность.

Все случившееся резко обостряет отношения Юрки с родичами. Он с возмущением видит, как изменилось их отношение к Юлии Ивановне, как злорадно и черство они судят-рядят о ней, как отец не стыдится поживиться на чужой счет в столь трагических обстоятельствах. Подросток хочет уйти из дома, но когда он окончательно решается это сделать, то узнает, что отец ослеп с перепою. Юрка потрясен. А когда он увидел играющих на берегу младших братьев, совсем еще несмышленышей, подумал: «Теперь их тут и вовсе замордуют, затуркают. Будут расти, как бурьян, без призора. На мамке теперь все. А что она одна сможет?»

С поразительной тонкостью показывает автор в этом эпизоде перемену, происшедшую в сознании героя, его внезапное возмужание, какую-то почти отцовскую нежность к братьям, с которыми еще недавно ссорился и дрался.

И Юрка совершает тяжкий выбор: остается в семье. В известной мере это ставит его, самого еще совсем пацана, выше умного и талантливого Виталия Сергеевича. И это, пожалуй, не о Юрке, а о бедном «дяде Вите» может быть сказано, что он «бегал, бегал, а никуда не убежал». Так оказывается, что дело совсем не в том, чтобы «стать большим» по годам, – можно быть взрослым и в Юркином возрасте.

В те короткие минуты, когда «беглец» решил остаться дома, он не только не произнес про себя никаких высоких слов, но вряд ли вспомнил и услышанное однажды от Виталия Сергеевича: «От своего долга, брат, никуда уехать нельзя». Однако Юрка следует именно велению долга.

Конечно, ему придется несладко дома с беспомощным отцом, который при встрече с сыном ухватился за него, как тонущий человек, и с матерью, которой так трудно, и с малышней… Но та ранящая нежность, с какой он смотрит на братьев, не понимающих еще, какая с ними стряслась беда, заставляет верить, что в грубоватом Юрке таятся неизвестные даже ему самому залежи доброты и сердечности.

«Не забывай долга – это единственная музыка, – писал замечательный русский поэт и чуткий человек Александр Блок жене. – Жизни и страсти без долга нет».

Конечно, Юрка не думает ничего подобного, но инстинктивно чувствует, что оставить в беде близких, презреть своей долг перед ними – значит причинить ущерб не только им, но и себе, переступить через что-то очень важное в собственной душе, «убежать» от самого себя настоящего, перестать быть самим собой.

Не расставайтесь с автором этой книги после того, как, дочитав, закроете ее! Вглядитесь вместе с Сашуком, «мальчиком у моря», в картины природы, «как в пронизанной солнечным светом воде стоят стайки мальков, потом, испугавшись чего-то, серебряными брызгами разлетаются в разные стороны… как прозрачные тени волн бегут и бегут по песчаному дну», почувствуйте поэзию рыбацкого труда, когда «два ряда весел… враз поднимаются, дружно посылают Сашуку зайчиков и снова опускаются» и «налитые серебристой рыбой лодки подваливают к причалу».

Продолжите знакомство с персонажами «Неба с овчинку», читая увлекательный, многоплановый, полудетективный роман «Колесо Фортуны», где действие затейливо перемещается из нашего времени в эпоху Екатерины II.

Прочитайте повесть «У отдельно стоящего дерева», написанную так, будто автор сам испытал страшную судьбу наших пленных в Великую Отечественную войну (хотя в те годы он работал на оборонном предприятии в тылу).

Надеюсь, понравится вам и совсем уже «взрослый» роман «Родные и близкие», в самом названии которого как бы сквозит укоризна и печаль о том, как драматически складываются подчас отношения между членами одной семьи, – роман, в финале которого герой «вершит над собой беспощадный суд совести за все, что сделал, за все, чего не сделал» (в чем-то похоже на Виталия Сергеевича из «Беглеца»).

«Добрый», – говорят об одном персонаже в романе «Горе одному».

«А я?» – спрашивает главный герой.

«Не знаю. Ты, может, еще добрей… Только сердитый».

Это как будто о самом Дубове сказано, который и по-настоящему добр к людям, и непримиримо «сердит» на все, что им мешает, сбивает их с дороги.

Андрей Турков

Беглец (повесть)

Беглец - _01.jpg
1
{"b":"58941","o":1}