ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Древесный уголь в жаровнях слабо тлел и почти не давал тепла. В воздухе стоял сильный запах благовоний. Масляные лампы в виде желобов на трехногих подставках Давали тусклый свет, позволявший рассмотреть фигуры четырех людей, сидевших на полу в центре помещения.

Грубая верхняя одежда, капюшоны монашеских ряс откинуты, бритые головы открыты. Трое носят бороды; только священник чисто выбрит.

Пламя то усиливается, то ослабевает, и лицо священника с резкими чертами оказывается то на свету, то в тени. Вот он склонился к своим собеседникам, беззвучно ударил по полу из твердого дерева и повторил:

– Йоши должен умереть!

– Если позволят ками – божественные духи, – возразил один из монахов, такой высокий, что, даже сидя в позе лотоса, мог помериться со стоящим человеком.

– Я уже рассказывал вам о событиях этого утра, разрешите продолжить?

Он помолчал, изучая взглядом присутствующих. Монахи ничем не выдавали своих чувств. Только едва слышное потрескивание углей и тяжелое дыхание слушавших нарушали тишину. Говоривший откашлялся, прочищая горло:

– Утром видели, как повозка, в которой находился Йоши, советник от клана Минамото, возвращалась с горы Хией. Этот человек не имеет права жить. Я подозреваю, что в его умении избегать смерти есть нечто сверхъестественное. Уже не один раз воины Тайра пытались убить его и всегда терпели неудачу. Сегодня ночью он сразился с князем Чикарой, министром Правой стороны. Они встретились в час крысы, то есть в полночь, значит, восемь часов назад. Князь Чикара считался лучшим бойцом на мечах в Японии и все же он погиб от ударов Йоши. У меня нет сомнений – мы имеем дело с человеком, который заключил союз с ками, и только вмешательство богов может остановить его.

– Я слышал и понял твое сообщение, Дзёдзи, – сухо сказал Теме. – Ты прав в том, что Йоши не обычный человек, но не забудь, что все его противники, кроме Чикары, были любители, дураки, которые не имели права обнажать меч в гневе. Я – гакусе, то есть священник-воин, даже я понимаю, как ужасна мощь такого мастера меча. Йоши профессионал, преподаватель фехтования. Прошлой ночью он встретился в бою с нашим лучшим бойцом и должен был погибнуть, но судьба решила иначе.

Священник поджал губы, ноздри его сузились.

– Я не верю, что сила Йоши имеет сверхъестественную природу. Он не связан с миром духов. А вот мы связаны. Мы прочтем сутры и принесем жертвы, мы будем молиться о помощи. И кроме того, мы не будем полагаться только на молитвы. Мы хорошо спланируем гибель Йоши, а когда добьемся успеха, отслужим благодарственный молебен.

В разговор вступил еще один монах; у него был низкий хриплый голос и выговор крестьянина. Он происходил из тех деревенских жителей, которые бросили свои хозяйства во время голода 1180 года, когда наводнение смыло урожай в этом краю. Такие люди, называемые сохей, числились священниками, но служили монастырю как монахи-воины.

– Я не собираюсь защищать этого Йоши, – проворчал он. – Если вы говорите, что он должен умереть, пусть будет так. Насколько мне известно, он всего лишь человек. Вы говорите, он может быть связан с духами, а я не вижу, чем он отличается от всех других разряженных и заносчивых придворных господ. Он истечет кровью и умрет, как любой из нас, и я помогу убить его… но я не понимаю, почему его смерть так много значит.

– Муку, – ответ Теме прозвучал язвительно – когда ты делаешь свою работу, ты не обязан знать, для чего она нужна. Но я хочу, чтобы ты понял, насколько серьезно наше положение. Наш храм Энря-ку-дзи уже двести лет соперничает с храмами Тодаи-дзи и Кофуку-дзи. С тех пор как великий монах Сайта основал нашу первую часовню при императоре Камму, мы контролировали северные подступы к Киото. Мудрость Сайта, выбравшего для храма гору Хией, дала нам власть. Мы сохраняем эту власть благодаря поддержке Первого министра Тайра Кийомори. Много лет назад он обрил голову и стал одним из нас. Сегодня Кийомори приказал мне убить Йоши и передал, что поддержка с его стороны будет продолжаться лишь при этом условии. Знай, Муку, сейчас три силы борются за власть над Японией: род Тайра, род Минамото и мы, монахи секты Тендай. Кийомори и его семейство Тайра правят в Киото и в провинциях вокруг Внутреннего моря. Их соперники из рода Минамото укрепились на севере. Они получают поддержку наших смертельных врагов, монахов из Тодаи-дзи. Если Минамото наберут силу или, упаси нас Будда, одолеют семью Тайра, наш храм может лишиться своего положения, а может быть, даже будет уничтожен. Ты понял? Каждый, кто помогает Минамото, губит нас. С тех пор как Йоши вошел в Имперский совет, он угрожает самому нашему существованию. Кое-кто говорит, что его действия ухудшили и без того слабое здоровье Первого министра. Другие утверждают, что Первый министр околдован и только смерть Йоши может спасти его. Кийомори верит в это. И потому… Йоши должен умереть.

Канген, последний из находившихся в комнате монахов, был красив. Его лицо с тонкими чертами украшали усы и борода, подстриженные по-китайски.

– Я знаком с Йоши, – сказал он.

У Кангена был выговор образованного человека, а в тоне сообщения чувствовалась язвительность: он ревновал Теме к двум остальным собеседникам. Монах умолк и молчал до тех пор, пока Теме не поднял брови и не кивнул, приглашая продолжать.

– Да, когда-то мы вместе учились в Конфуцианской школе. Муку прав: Йоши ничем не отличается от других придворных. В школе он был известен умением выбирать духи и читать стихи. К фехтованию он был безразличен, а телом слаб – этакий деревенский увалень, попавший из грязи в князи. Вряд ли стоит волноваться из-за такого противника. И все же он каким-то образом сумел взять верх над Чикарой. Дзёдзи предполагает вмешательство сверхъестественных сил… но, может быть, все объясняется проще. Возможно, негодяю помогла какая-нибудь подлая уловка. Я не могу представить, чтобы он победил честно даже с помощью божества.

Теме некоторое время молча перебирал четки.

– Ты не должен слишком низко ценить своего знакомого детских лет, – посоветовал он наконец. – Когда-то Йоши был обычным придворным, но не думаю, что ты смог бы узнать его сегодня. Недавно история его жизни стала известна при дворе и через моих соглядатаев дошла до меня. Пятнадцать лет назад он расстался со столичной жизнью, бежав от имперской охраны. Он много страдал и многому научился, Забудь о молодом щеголе, его больше нет. Даже если не брать в расчет духов, сегодня Чикара сражался с боевой машиной, с человеком, который пережил больше десятка покушений на свою жизнь.

– Мы не можем не брать в расчет духов, – во всю мощь своего голоса возмутился гигант Дзёдзи. – Если бы не они, он был бы уже мертв.

Теме долго и холодно смотрел на подручного.

– Но он все еще жив. Что же нам, сложить оружие и дать ему уничтожить нас? Нет! Мы должны привлечь духов на свою сторону.

– Но… не будем торопиться, – уверенно продолжал священник. – Мы примем все меры предосторожности на случай, если он действительно заручился поддержкой адских сил. Мы разработаем план, простой и надежный план, который обратит мощь этого человека против него самого.

– А где мы возьмем такой план? – спросил Канген.

– Я кое-что обдумал. Судя по характеру противника, мой замысел не может потерпеть неудачу. Но перед тем как уточнить детали, совершим очистительное омовение, помолимся Будде о помощи. Он должен дать знак… – Когда Теме произносил эти слова, над монастырем раскатился звон колоколов тысячи храмов горы Хией: они отбивали восемь утра – час дракона.

– Вы слышите, – объявил Теме. – Будда освящает наше решение своей улыбкой. Он посылает нам доброе знамение. Теперь нам не нужно бояться духов: они на нашей стороне. Мы добьемся успеха, если проявим терпение и дождемся подходящего момента.

Глава 3

В тринадцатый день третьего месяца императорские астрологи наложили запрет на путешествия. Двор не возражал, потому что день этот был мало привлекателен для прогулок. Не по сезону теплая погода привела к тому, что почти весь февральский снег растаял, оставив на улицах грязную кашицу. По небу неслись лилово-серые тучи, подгоняемые верховным ветром, а низко нависшие над городом длинные полосы тумана придавали ему мрачный и зловещий вид.

3
{"b":"5895","o":1}