ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда Сантаро вошел в палатку Кисо, вождь горцев восседал за столиком на одном из одеял. Возле Кисо никого не было, но Сантаро услышал шум за ширмой и решил, что там находится Томое. Он поправил свои мечи и опустился на колени напротив Кисо.

– Окабе-но-Сантаро, начальник охраны, прибыл с докладом о своей поездке к Йоритомо, – объявил самурай.

Кисо кивнул. Он ничего не ответил, но долго и внимательно рассматривал Сантаро. Его военачальник, побывав у Йоритомо, научился правилам хорошего тона – добрый признак, подумал Кисо.

Предводитель горцев сгорал от желания скорее узнать о результатах поездки Сантаро, но усилием воли сдерживал свое нетерпение: Кисо знал, что его считают слишком порывистым, и теперь старался вести себя как государственный деятель. Под руководством Томое он готовился стать властителем империи. Честолюбие Кисо не знало границ: он желал в будущем добыть себе титул сегуна – военного правителя Японии, что было почти немыслимым делом. За всю историю Поднебесной этого звания смогли удостоиться только три полководца.

– Мы ждали, что ты вернешься раньше, – начал Кисо.

– Князь Йоритомо задержал меня, – объяснил Сантаро.

– Да, с ним трудно иметь дело, – сказал Кисо и подумал, что когда-нибудь ему со своим двоюродным братцем придется схватиться, чтобы решить, кто из них возглавит род Минамото.

Кисо устал сохранять видимость спокойствия. Резким, отрывистым голосом, похожим на лай, он спросил:

– Людей и оружие он прислал?

– Тысячу человек на конях и еще пятьсот вьючных лошадей. Они в дороге, Я обогнал их на два часа.

– Хорошо, очень хорошо, Сантаро, Теперь мы почти готовы к боям. Как только этот новый отряд вольется в наши ряды, мы встанем на боевую тропу и не остановимся до самого Киото.

– Йоритомо поставил одно условие.

– Условие? – голос Кисо понизился до зловещего издевательского шепота.

– Он прислал вместе с отрядом советника – своего эмиссара.

– Пошел он к Эмме-О, не нужен мне его проклятый советник!

– По требованию Йоритомо его советник должен всегда находиться рядом с тобой.

– Советник – или, иначе сказать, «лазутчик»!

– Может быть, и так, но этим войскам отдан приказ не выполнять твоих распоряжений, если их не одобрит посланник Йоритомо.

– Этот сын греха заходит слишком далеко. Мы можем перебить его отряд и захватить оружие и продовольствие. В конце концов, мы сможем воевать и без этой тысячи самураев.

Томое молча вышла из-за ширмы.

– С твоего разрешения, Кисо, я скажу кое-что. Ее смуглое лицо казалось совершенно спокойным, резко очерченный нос и волевая челюсть были словно высечены из гранита. Даже в свободной рубахе воина и штанах-хакама женщина выглядела соблазнительной: здоровая чувственность светилась в ее смелом взгляде и в том, как она держала свое небольшое крепко сложенное тело.

– Не сейчас, – запретил Кисо.

– Именно сейчас, – твердо заявила Томое и поздоровалась с Сантаро: – Доброе утро.

– Охае годзаймасу, – вежливо ответил Сантаро тем же приветствием.

Томое кивнула.

– Сантаро, сейчас, когда, кроме нас троих, здесь нет никого, будем говорить без околичностей. Ты один из наших ближайших помощников. После меня и «четырех царей» – Имаи, Тедзуки, Дзиро и Таро – ты имеешь самую высокую должность в нашей армии. Я предложила послать тебя к Иоритомо. Ты часто бываешь упрямым и заносчивым, но я думаю, что у тебя есть все способности, чтобы стать прекрасным полководцем.

– Хватит! Что ты хочешь сказать? – прервал ее Кисо.

– Именно то, что сказала. Я доверяю мнению Сантаро. Он проделал вместе с эмиссаром Иоритомо путь от Камакуры сюда, и у него сложилось представление об этом человеке. Подослан ли он как разведчик? Поможет он нашему делу или повредит?

Сантаро медленно поклонился и заговорил, обращаясь к Кисо и старательно подбирая слова:

– Этому генералу я обязан жизнью. Из-за собственной глупости я мог погибнуть и заслужил бы такой конец. Этот человек спас меня, напав на вооруженного самурая, когда сам был без оружия. Я говорю это тебе для того, чтобы ты понял меня. Моя жизнь принадлежит генералу, но ты мой предводитель. Я поклялся в верности твоему делу и буду служить ему до конца дней.

– Хорошо, продолжай, – нетерпеливо перебил Кисо.

– Этот человек – разведчик. Он ставленник самого Иоритомо. Его произвели в генералы только поела того, как он дал согласие отправиться сюда. Мы должны смириться с этим необходимым злом. Говорят, что эмиссар Йоритомо – хороший тактик и не ищет славы для себя. Ему можно верить, он станет верно служить тебе, но лишь до тех пор, пока будет считать, что ты служишь Йоритомо. Томое снова вступила в разговор:

– Я думаю, не так уж страшно, что советник предан Йоритомо.

– Только до тех пор, пока мне выгодно служить Йоритомо. В тот день, когда наши интересы разойдутся, этот генерал, – тут Кисо усмехнулся, – умрет.

Сантаро поклонился. Он ни за что не позволит Йоши умереть от руки Кисо. Он поклялся в дружбе и сдержит клятву. Когда придет роковой день, Йоши будет предупрежден и получит возможность бежать.

Через два часа отряд самураев из Камакуры вступил в лагерь Кисо. Воины Йоритомо расчистили себе отдельную площадку и уже ставили палатки, когда подъехали Йоши и Нами и привели последних вьючных лошадей. Еще через час для лошадей был огорожен загон, а сами лошади развьючены и отпущены пастись в поле.

В два часа дня – время овцы – Сантаро ввел Йоши в палатку Кисо.

– Тадамори-но-Йоши, генерал армии Минамото Йоритомо, – представился советник.

Кисо сидел напротив Томое и прихлебывал саке из бутыли. Он взглянул на советника. Узкое лицо Кисо покраснело, на висках набухли серые вены.

– Ты?!! – прорычал он.

Глава 31

Йоши опустился на колени и коснулся лбом пола. Он держался как положено генералу, который делает доклад своему полководцу, – спокойно и почтительно, но непринужденно. Ничто не показывало, что он узнал Кисо.

– Я представляю командование Камакуры, Князь Йоритомо назначил меня генералом войск Минамото. Я доставил сюда тысячу воинов с полным снаряжением и пятьсот лошадей, нагруженных оружием и доспехами. Это дар князя Йоритомо Минамото Йошинаке, известному как Кисо.

Во время этого доклада Кисо был не в силах произнести ни слова.

Наконец, задыхаясь от ярости, он сумел выговорить:

– Хикума… Ты! Ты посмел явиться сюда… Ты… Кисо от бешенства не мог справиться со своим голосом настолько, чтобы его можно было понять. Он оглянулся на столб, где висели мечи, и потянулся к ним. Но Томое, успокаивая, взяла его за руку, и этот жест удержал его на месте, Внутренний голос шепнул Кисо, что неразумно убивать этого человека сейчас, не разобравшись, чего он хочет! Кисо перевел дух и постарался взять себя в руки.

– Ты ставленник Йоритомо! Почему я должен терпеть твое присутствие в моем лагере? – отрывисто проговорил он.

– Потому что я предлагаю вам людей и оружие, которые нужны вам для выполнения ваших планов.

– Я могу убить тебя и получить их.

– Может быть, но в таком случае вы получите их как пленных, но не как солдат, желающих сражаться под вашим знаменем.

– Все равно, я заберу их оружие и его будет достаточно, чтобы выполнить мою задачу.

– Вы получите это оружие, но потеряете расположение вашего двоюродного брата и расторгнете союз с ним.

Томое по-прежнему крепко держала Кисо за рукав и беспокойно вглядывалась в его лицо. Оно снова приобрело обычный цвет, а вздувшиеся вены опали. Было похоже, что он снова овладел собой. Томое решила, что пока за ним можно не приглядывать.

Женщина задумалась. Она вспомнила, какое лицо было у Кисо, когда она сняла его с дерева. Разобрав среди гневных выкриков Кисо слово «Хикума», Томое поняла, что это стоящий перед ними человек опозорил его в ту ночь. Она знала, что Кисо никогда не забудет и не простит ему этого. При первой же мало-мальски подходящей возможности он убьет представителя Йоритомо, чего бы это ни стоило ему политически.

44
{"b":"5895","o":1}