ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И они смотрят. Мертвыми глазами. Одного Андрэ оставил в рабочем состоянии…

Андрэ. Он стоял с книгой под мышкой. И смотрел на меня вопросительно. Мне не хотелось с ним разговаривать. Я даже не знал, чего мне хотелось. Видимо, все эти три дня Андрэ должен был кормить меня, поить и развлекать чтением. А я ведь их тоже чтением развлекал… Книга «Для благочестивых мальчиков и девочек»…

Да, не рой другому котлован, обвалишься в него конкретно – язык древних удивительно ярок и лаконичен.

Что-то щелкнуло над головой. Цепи ослабли, и я смог сесть. Это называется гуманизм. Правда, отойти дальше, чем на метр, от столба у меня все равно не получилось. Оказался на поводке, как Дружок.

Стал думать. История закончилась, но несколько вопросов продолжали оставаться открытыми.

Жук. Сильфида эта. Или сильфид. Не знаю точно. Я так и не понял, как он появился в ружье. Кто подложил? Непонятно…

Бараки в лесу. Так и не проверил. А надо было, кто его знает, что там на самом деле. Местность странная… Вся эта Латинская Америка странная местность, что тут только не происходило…

Загадки. Несколько загадок – это всегда хорошо. Закрытые двери – вещь удивительно скучная, скучнее нее только кирпичные стены. Я вот лично люблю книжки, в которых остаются загадки. Где не совсем ясно, кто убил. Где не до конца ясно, что будет там, за обложкой. Этому и Магистр учил. В любой истории всегда должна быть тайна. Клад Стеньки Разина, источник вечной жизни Кортеса, исчезновение Четвертой марсианской экспедиции. Если знать все разгадки, то жить станет неинтересно.

И я не хотел их знать.

Сидел, отдыхал. Иногда, чтобы не скучать, пытался снять кандалы. Не очень получалось. Просил Андрэ снять кандалы, Андрэ не реагировал, Ахлюстин его тоже подкрутил, и теперь бот не очень хорошо мне подчинялся.

Нет, если мне будет грозить серьезная опасность, Андрэ мне поможет… А так – нет.

Вечером, когда стемнело, мне стало совсем грустно.

– Ладно, – сказал я Андрэ, – не хочешь мне помочь, так давай, почитай мне что-нибудь. Из этой книги. Там наверняка какой-нибудь роман воспитания. Давай, воспитывай меня, поднимай на высокие духовные уровни, я ценю классику.

– Слушаюсь, масса.

– Не называй меня больше так, – велел я. – Реконструкция закончилась. Называй меня просто Антон.

– Хорошо, Антон.

Андрэ совершенно по-человечески послюнявил пальцы и открыл книгу.

– Ну что там?

Бот молчал. Листал страницы и молчал.

– Что такое? – спросил я. – Почему молчишь?

– Здесь нет никаких букв, – ответил бот. – Книга пуста.

– Как пуста?

– Абсолютно пуста. Только бумага. Плотность около ста…

– Постой, – остановил я бота. – Посмотри в других спектрах.

– Конечно.

Бот принялся вращать глазами.

– Нет, ничего, – подтвердил он через минуту. – Во всех спектрах, доступных моей визуальной системе, не наблюдается ничего. Книга пуста.

Я хотел было со злобы приказать боту порвать эту книгу и сжечь, но передумал. Наверняка этот Ахлюстин мне ее неспроста подарил. С каким-то смыслом или подсмыслом, с какой-то непростотой.

– Дай сюда!

Бот протянул мне книгу. Книга как книга, ручной переплет, произведение искусства. Несколько первых страниц выдраны с мясом. Вероятно, Ахлюстин вел дневник. И теперь, вероятно, он хотел, чтобы дневник вел я. Записывал. Чтобы это была летопись моего перевоспитания, роста над самим собой.

А чем мне писать, голубчики? Кровью?

И тут мне пришла в голову прекрасная идея – я понял, что эта книга в будущем сослужит мне прекрасную службу. Я буду писать в ней свои воспоминания. Мемуар. Надо ведь оставить потомкам свидетельства моего героического пути.

И я их оставлю. Запишу с подробностями, с присущим мне юмором, с литературным талантом, с правдивостью и точностью.

А пока мне стоит поспать.

Я взял у бота книжку, положил ее под голову и уснул, убаюканный своими будущими свершениями, и мне снились удивительно приятные сны, в основном про полеты меж звезд.

Проснулся ночью. Неожиданно и неприятно, что-то вокруг было не то, угроза какая-то.

Звезды светили необычайно ярко, казалось, что они висят буквально над деревьями. И было очень тихо – верный признак. Ни тебе плеска волн, ни шороха листьев, даже пальмовых воров не слышно, мир как будто выключили.

Я сел, прислонился к столбу. Андрэ не видно. А остальные стоят кругом. Как мертвецы какие-то…

Стало неприятно. Я почувствовал, как по спине пополз холод. Сразу вспомнились легенды про взбесившихся роботов, страшилки, которые мы рассказывали в походе у костра. Как роботы нападают…

Конечно, чушь. Чушь, небывальщина. Боты стояли, не двигаясь, но мне все время казалось, что за моей спиной они шевелятся. Перемигиваются, приближаются…

Я обернулся, цепь звякнула, и от этого звяка меня пробрало холодом еще шибче. Звук получился мертвецкий и тоскливый, я почувствовал себя одиноким, самым одиноким человеком на свете.

Если честно, я готов был позвать на помощь.

Все так же тихо, очень тихо, чтобы нарушить эту тишину, я стал свистеть. «Марш энтузиастов», первое, что пришло в голову. Не знаю, сколько я его свистел, остановился, когда губы заболели.

Джунгли были темны и беззвучны. Так не должно было быть, в джунглях ночью полно всевозможных звуков, все время кого-то жрут… Почему тут такая тишина? И почему я раньше этого не замечал? Так тихо не должно быть, не должно…

И прежние мысли вернулись. Может, тут действительно что-то не то? Потягин, длинные бараки, руины, Злыднев Бряг… А я и не посмотрел… А вдруг здесь и на самом деле… Зомби… Какие еще зомби вообще?! Нет, три ночи здесь не хочу, спасибо Ахлюстину… Может, я все-таки перегнул палку? Может, не надо было с ними так перекручивать?

Так я подумал.

А потом среди ветвей стали загораться глаза.

Это долгопяты, убеждал себя я. Долгопяты, ярмаяху, демоны чего-то там. Ничего страшного, это не зомби, никаких зомби не бывает…

Ничего страшного, это не зло, это мелкие неприятности…

Черничная Чайка

Глава 1

Гримасы футурологии

Джунгли были темны и беззвучны. Так не должно было быть, в джунглях ночью полно всевозможных звуков, все время кого-то жрут… Почему тут такая тишина? И почему я раньше этого не замечал? Так тихо не должно быть, не должно.

Я сел, прислонился к столбу. Андрэ не видно. А остальные стоят кругом. Как мертвецы какие-то…

Стало неприятно. Я почувствовал, как по спине пополз холод. Сразу вспомнились легенды про взбесившихся роботов, страшилки, которые мы рассказывали в походе у костра. Как роботы нападают…

Конечно, чушь. Чушь, небывальщина. Боты стояли не двигаясь, но мне все время казалось, что за моей спиной они шевелятся. Перемигиваются, приближаются…

Я обернулся, цепь звякнула, и от этого звяка меня пробрало холодом еще шибче. Звук получился какой-то мертвецкий и тоскливый, я почувствовал себя одиноким, самым одиноким человеком на свете.

…А потом среди ветвей начали загораться глаза.

И тут я, конечно же, проснулся. В холодном, заметьте, поту, как герой настоящего готического романа. Даже неприлично. Даже эмаль на клыках трескается. С неприятным хрустом.

Так я, наверное, полмесяца просыпался, пришлось потом к зубоделу бежать, восстанавливать зубное хозяйство. Восстанавливал и думал – прав ли я был? Прав ли я был, что пожалел этих, батискафовцев? Что не вверг их в пучины и стражища, чтоб взывали они ко мне, в грязи пресмыкаясь, с мольбами и жалобным воем, копытца свои растопырив, дрыгаясь костями и соплями брызжа.[1]

Думал так, думал сяк, к мировому опыту обращался, а потом уже не до рефлексий стало, над головой затрещало. Как шутили древние – капли расплавленного железа стали капать на казенные сапоги.

Читали «Будущее здесь»? Я еще в восемь лет утянул у прадедушки с пыльной этажерки. Толстенная такая книга, а смешная – просто головой о косяк стучался. Автор Г. Златоборский, известный в свое время футуролог. Но, по-моему, он не футуролог, а обыкновенный фантаст, и даже, пожалуй, сказочник-лапотник – ни одно его предсказание толком не сбылось, только стратосферу сотрясал.

вернуться

1

Читайте эту историю в книге Эдуарда Веркина «…», издательство «Эксмо». (Примеч. ред.)

25
{"b":"589595","o":1}