ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

МоБ вел себя непредсказуемо, был чертовски изобретателен и, кроме того, чрезвычайно заразен – передавался воздушно-капельным путем, через рукопожатие, и, что самое неприятное, его могли переносить другие виды. И не только переносить. Вспышки мобильного бешенства отмечались среди стайных животных, в частности, среди китов, волков и пчел. Киты традиционно выбрасывались на сушу, правда, делали это в каких-то катастрофических масштабах. Волки бегали кругами. Пчелы на людей нападать не стали, пчелы начали давать какой-то странный мед. Зеленого цвета с необычайно мощным галлюциногенным эффектом. Впрочем, другие животные тоже, бывало, страдали мобильным бешенством. Широкий резонанс получил случай с кенгуру-вампиром, покалечившим и испугавшим около ста человек.

Вообще за несколько лет по всей планете было зафиксировано свыше трех десятков тысяч случаев инфицирования МоБ, как людей, так и других биологических объектов. Излечить не удалось больше половины заболевших.

Некоторые ученые считали, что МоБ – не что иное, как старый добрый грипп, мутировавший в результате радиации солнечного ветра. Другие усматривали в МоБе инопланетные корни, полагая, что на Новую Утопию он попал извне. Посредством метеорита, кометы или даже определенного вмешательства. Третьи вообще не считали МоБ вирусом, усматривая в нем всего лишь новую разновидность массовых фобий.

Так или иначе, МоБ считался самой опасной, самой неизлечимой и самой дурацкой болезнью нашего времени.

И вот теперь МоБ был здесь.

– МоБ – это серьезно, – негромко сказал я.

Аврора сидела в кресле, задумчиво щелкала себя пальцем по коленке. Я сидел и мысленно прикидывал – пойдут ли Авроре лишние руки? Честно говоря, я был не очень в этом уверен, вот если бы наоборот, если бы у нее рук поубавилось… Я представил Аврору вообще без рук.

Аврора без рук мне нравилась гораздо больше, чем Аврора с шестью руками.

– Ну, я не знаю… – Аврора, видимо, сама представляла себя и с руками и без. – Может…

– Понятно, – перебил я. – Все понятно. Ну что ж, давай двинем куда-нибудь… туда… Где поспокойнее. Ты вязать умеешь?

– Узлы?

– Носки. Будешь мне носки вязать…

– Сам себе вяжи носки! Взлетаем. Опускаемся в десяти километрах, там я знаю одно местечко.

– Ты уверена?

– Все! – В голосе Авроры прозвучала командирская сталь. – Взлет. Глаша, замкнуть объем!

Глава 4

Aurora Annihilation

Это было несколько громко сказано – «местечко». Старый космодром. Стартовый стол проржавел, между плитами не то что трава, кусты проросли. Река рядом – внизу, под горой, поэтому стартовое поле уже чуть под углом, вода подмыла. Мы встали на грунт в дальнем сегменте, подальше от зарослей, подальше от обрыва. Выгрузились.

– Что-нибудь чувствуешь? – вдохновенно спросила Аврора. – Душевный подъем? Жажду приключений?

– Воняет чем-то… – ответил я. – Боюсь, что приключениями. А так, вообще, трепет в подмышках. Что, двигаем к воде, миссус Черная Борода?

И мы двинули.

Перед нами простиралась река. Пронзительно голубого цвета, попить сразу захотелось, до Амазонки, конечно, не дотягивает, но все равно впечатляет.

– Разлив, видимо, – сказала Аврора. – Тут раньше платформа была каменная…

И стала спускаться к воде. Я за ней. Тащил консервы, палатки, оборудование кое-какое. Аврора, конечно же, вооружилась «плаксой», я взял штуцер и два патронташа.

Пока болтались в поясе астероидов, я занимался оружием. Работал в мастерской. Хотел сделать бластер, но, конечно, ничего не получилось, техника требовалась гораздо более тонкая. Зато сделал штуцер – люблю это оружие. Двуствольный, вертикальной схемы, два цилиндрических магазина по сторонам стволов. Прицелы – и лазерный, и оптический, приклад облегченный сделал, стволы на треть короче штатных. И даже червленое серебро пустил по цевью, красиво получилось.

Пули отлил тоже особые – из обедненного урана, из серебра. Чтобы стрелять было приятно.

Аврора ругалась, что мое ружье весит больше меня самого, и надо или меня из лодки выкинуть, или штуцер. Я за лодку не шибко переживал, надежная штука, даже не лодка, спасательный плотик – в случае, если корабль приводнится. И водометный двигатель есть – грести не надо. Впрочем, весла тоже имеются, что весьма кстати – если Аврора будет безумствовать, тресну ее веслом. Все радости жизни под рукой.

Аврора опять устроилась рулить, я не возражал. Пусть рулит, а я стану любоваться. После утомительного сидения в корабле душа радовалась от окружающего обилия зелени, воды и неба, природа на Гогене была и впрямь роскошная. Чем-то похоже на Рейн-батюшку и Амазонку-бабушку. От Рейна величественные поросшие хвойными лесами горы по берегам, от Амазонки – водные просторы. Красиво, хоть сам в художники записывайся.

Плыли мы довольно долго, наверное, потому, что не спеша обходили мели. Конечно, лодке мели не особенно страшны, но вот если нарваться на острый камень…

До поселка художников было совсем ничего, километров тридцать, наверное, можно пройти пешком, но Аврора ленилась. Или порулить в очередной раз ей хотелось, на нее периодически наваливались комплексы большой начальницы, и Аврора реализовывала их такими мелкими и жалкими способами. Сосредоточенно ворочала рулем и сверялась с навигатором. Я дремал. Или грыз семечки с независимым видом. Или беседовал с Авророй о разных важных вещах.

О ботфортах, например.

– Видишь ли, дорогая Аврора, – говорил я. – У каждого уважающего себя буканера должны быть ботфорты. Знаешь ли ты вообще, что такое ботфорты? Это такие сапоги. Выше колена. Из грубой буйволиной кожи. Со шпорами. Все пираты носили только ботфорты, их образ прочно вошел в фольклор и в мировую художественную культуру. Была даже раньше такая старая каперская песенка «А ну-ка, убери свои ботфорты…» А как ходишь ты? Какие-то жалкие пневмокеды… Какие-то убогие шортики! Тебя бы в этих шортиках к настоящему пиратскому бригу на милю бы не подпустили! Настоящий буканер носил ботфорты и только ботфорты! При первом же случае ты обязана застрелить буйвола и сшить из него ботфорты! И мне, и себе!

Или о курении.

– Видишь ли, драгоценная Аврора, поголовно все пираты курили. Или трубки, или сигары. Сигары лучше, потому что с ними меньше возни, взял – и закурил. Поэтому нам надо срочно начинать курить. В кают-компании есть небольшая оранжерея, там можно выращивать табак. Правда, с семенами у нас проблемы, где их найти, я пока не знаю, но достану. У меня есть старые связи. Табак вырастет, потом мы завялим его в реакторном отсеке, потом ты будешь из сушеных листьев сворачивать настоящие сигары. Сорт назовем «Aurora Annihilation» – лучшие сигары во всем мире! Возможно, мы даже возродим в человечестве страсть к курению! Сейчас же мало курят, ну, какие-нибудь разве что геологи-гляциологи, а начнут опять все. Поголовно! Курить снова станет модным! Все станут курить, кашлять желтой слюной и каждый год клонировать себе новые легкие, зубы, пищеводы и желудки! И все станут курить только «Aurora Annihilation»! И ты будешь сидеть – и сворачивать, сворачивать, сворачивать сигары, ввергая мир в хаос! Вот это протест! Это тебе не разграбление Женевской библиотеки! Ты знаешь, что в двадцать первом веке от курения погибало гораздо больше людей, чем от войн? А ты все по мелочи как-то работаешь…

Или о татуировках.

– Видишь ли, милая Ави, у каждого уважающего себя пирата должна быть татуировка. Это такой рисунок на коже. Я могу запрограммировать особым образом медицинского бота, и он сделает тебе татуировку. Можно на спине, можно на руках, можно на ногах. Но я бы тебе рекомендовал на голове. У тебя совсем лысая голова, и кожа на ней такая хорошая, гладкая. Я бы советовал тебе вытатуировать скорпиона. Или тарантула. Или псевдокреветку Лайта, у нее такая зверская наружность! Или лучше крейсер «Аврору»! Был такой исторический корабль, ты в курсе?

Аврора была не в курсе.

– А что, идея с крейсером мне больше всего нравится, идешь ты по городу Сорокопужску, а на голове у тебя крейсер! Это могуче! А потом, когда тебе надоест пиратствовать и ты решишь выйти замуж и родить детей, то тебе ее даже сводить не надо будет – волосы на голове просто вырастут – и все дела. Была татуировка – нет татуировки.

55
{"b":"589595","o":1}