ЛитМир - Электронная Библиотека

Они потянули её панталончики книзу.

И Уитни накрыло паникой. Она же ясно выразилась – её надо научить! Что тут непонятного! Неужели он не понял?!

Страх накрыл с головой, и Уитни забилась под мужчиной, не сумев совладать с ним. Она замычала в губы, желая, чтобы он приостановился, чтобы она, наконец, призналась, что девственна, и предложила ему сотрудничество. Богиня, надо было сразу сказать! И сказать не «ублажать мужчин», а «научиться соблазнять». Наверное, это разные вещи. Наверное…

В голове следующая мысль забила набатом – сейчас он её изнасилует, и будет в своем праве. Он выполняет работу. Не обратит внимания на её сопротивление, примет за стеснительность и холодность. Решит, что пора её раскрепощать.

И Уитни задействовала кардинально. Вцепилась руками ему в волосы, сорвав тем самым маску.

Дальше случилось то, что Уитни и предположить не могла. Она проигрывала развитие этой ночи сотни раз, воображала разные ситуации. Вертела в голове сценарии любых событий.

И всё же ошиблась…. Её воображение не хватило на то, что она увидела через несколько секунд.

Мужчина отскочил от неё, как ошпаренный. Маска слетела с лица, и первое, что бросилось Уитни в глаза, это, как он странным образом повел носом, словно принюхивался.

Она даже не успела разглядеть его лицо, когда ночной визитер яростно загромыхал на всю гостиную:

– Ты – девственница!! – от его рыка едва не задребезжали окна. – Ты чертова девственница!!

Ей не представился шанс ответить. Потому что с остановившимся сердцем увидела, как лицо мужчины покрывается железными маленькими пластинками, а за спиной раскрываются огромные крылья.

Глава 7

Мисс Уитни Кларисси никогда не бегала столь быстро. Тут уместно вспомнить выражение «подгоняемая дьяволом». Вот именно так Уитни себя и почувствовала, когда вскочила с софы и, не разбирая дороги, ринулась на второй этаж. Почему не к двери? Одна Богиня знает.

Лишь бы унести ноги…

Лишь бы скрыться…

Лишь бы не видеть того, кто остался в гостиной…

Уитни стократно поблагодарила папеньку, который в своё время, желая видеть в ней мальчика, отходил от общепринятых норм воспитания и позволял дочери игры, более подходящие для противоположного пола. Уитни всегда любила бегать. Даже устраивала игры на опережения с сыном конюха и дочерью поварихи. Было весело.

И сейчас навыки, полученные в детстве, очень пригодились.

Уитни не вбежала, взлетела по лестнице, едва касаясь ногами ступеней. Она не чувствовала под собой пола, не видела окружающего интерьера. И снова мысленно сказала «спасибо» уже себе, когда, выбирая коттедж и останавливая выбор именно на этом, хорошо изучила его внутреннее расположение. Теперь она знала, где располагается комната с замком.

Она забежала в спальню и дрожащей рукой повернула ключ. Закрылась. А что дальше-то? Сердце готово было выпрыгнуть из груди, и ничего фигурального в этой фразе не было. Оно стучало отчаянно сильно, отдавая глухим эхом в ушах.

Прислонившись спиной к двери, Уитни попыталась отдышаться. Тщетно.

Да что же произошло?

В какой момент катастрофа стала неизбежной? Когда Уитни пришла к мадам Ирмисе и не достаточно четко сформировала свои потребности? Или, когда она впервые не обратила внимания на слабые попытки интуиции предупредить её, что лучше сразу, на корню, прервать общение с мужчиной, который настораживал её лишь одной своей мощной фигурой?

Уитни крепко зажмурила глаза и попыталась сосредоточиться, взять себя в руки, успокоиться. Хотя какое тут успокоиться…

Когда она увидела, как лицо незнакомца покрывают железные пластины, а за спиной распахиваются огромные крылья, то решила, что сходит с ума. Разум подвел её, сыграл с ней злую шутку. И, возможно, игра её воображения при данных обстоятельствах была бы лучшим вариантом.

Безопасным.

Потому что тот, кто находился внизу, начал бушевать, заставляя кровь в жилах Уитни застывать от страха.

Послышалось первое гроханье мебели. Кажется, в стену швырнули диван.

Потом рев раненного или очень разъяренного зверя. Шут его разберет.

И снова грохот о стену.

Мамочки…

Уитни никогда ещё не было так безумно страшно. Даже в ту роковую ночь, когда едва не стала жертвой малолетнего вампиреныша. Или просто, оглядываясь назад, ей казалось, что тогда она боялась меньше? Кто ж разберет, да и кому нужно это разбирательство. Главное сейчас – сосредоточиться на той опасности, что крушит мебель внизу.

О, Богиня, он на самом деле крушит мебель!

Значит, злой.

Нет, в ярости.

А что можно ожидать от пришедшего в ярость представителя неизвестного ей рода?

Тут пора ещё раз воскликнуть: «О, Богиня».

И если раньше Уитни предполагала, что находится в панике, то, что сейчас происходит с ней в этот момент?

И после этой мысли пришло понимание следующего – ей его не остановить. Никакой хлипкий замок не послужит для него серьезной преградой. Вспомнить лицо в броне – пластины напоминали именно бронь – и крылья. Уитни нахмурилась. А вот крылья она не запомнила… Они тоже из пластин? Проклятье. Как тут не выругаешься.

Выдохнув воздух, который-таки прорвался через невидимую заслонку в груди, Уитни настороженно прислушалась, ожидая услышать очередной грохот или тяжелую поступь по лестнице.

Тишина.

Гробовая.

Ни звука.

И эта тишина давила на нервы похлеще буйства.

Уитни напрягла слух сильнее. Нет, ничего не слышно, кроме её отчаянно стучавшего сердца.

Получается, он ушёл? Уитни мотнула головой, отчего её волосы растрепались ещё сильнее. Она не слышала, чтобы хлопнула входная дверь. Тогда…

– Дерина, откройте.

Как она не завизжала, осталось загадкой.

Голос раздался с другой стороны двери.

Вроде бы спокойный.

Даже подкупающий.

Но…

Всемилостивая, когда он успел подняться и откуда узнал, что она именно в этой комнате!

Даже, гад, запомнил, как её зовут! Угу, когда надо, оказывается вполне учтив и обходителен.

Уитни сжала губы, затаившись. Отвечать или понадеяться, что уйдет?

– Дерина.

И снова спокойно-спокойно.

Только отчего хоровод мурашек побежал по спине? И не относится ли его спокойствие к категории убийственной?

Она решила молчать. До победного. Или, наоборот, до поражения. Уитни понимала, что даже не в трансформированном состоянии ночному визитеру не составит труда вышибить хлипкую дверь, что говорить про того загадочного монстра, в которого он обернулся!

И снова волна паники пронеслась по телу девушки. Помоги, Всемилостивая, с кем она столкнулась? Даже на демона и на того не похож. У демона – рога, красивые, в основном, обсидиановые, вызывающие у многих желание их потрогать. У этого же индивида даже и намека на рога не было.

И от того становилось только хуже.

– Дерина, я знаю, что Вы здесь, – вот же настырный! – Я Вас чувствую!

Хотелось съязвить и поинтересоваться, каким местом он её чувствует?

Устыдившись собственных пошлых мыслей, Уитни закрыла лицо руками.

– Ухо…, – она не смогла с первого раза озвучить свою мысль. – Уходите. Прошу Вас…

Услышанный же ответ сразил её наповал.

– Я не могу.

Через дверь послышалась легкая возня, насторожившая девушку. Что он там делает?!

– Почему не можете? – сейчас диалог с ним ей уже не казался таким никчемным.

– Не могу.

Кажется, она поспешила с мыслью о диалоге.

– Зря Вы так думаете. Я Вас отпускаю, и можете считать, что Вы выполнили свою работу. Если опасаетесь, что я выскажу претензии мадам Ирмисе, то зря. Я буду молчать и…

Она оборвала себя, потому что услышала звук, отдаленно напоминающий стон боли. Когда уже сил нет терпеть, и звук вырывается через плотно сжатые зубы.

Сердце, только-только начавшее успокаиваться, сделало кульбит. Что с ним происходит?

Несмотря на то, что Уитни всегда отличалась милосердием и при возможности помогала нуждающимся, выйти и посмотреть, что происходит с таинственным господином, она не отважилась. Пусть сам… Да, её малодушие не делало ей чести, но рисковать собой в угоду человеку, напугавшего её до смерти, она не собиралась. К тому же, стон может быть уловкой, умело расставленной ловушкой.

13
{"b":"589596","o":1}