ЛитМир - Электронная Библиотека

– Дядя, но Йоши был явно совершенно неравным соперником.

– Тогда не надо было давать пощечину Чикаре. Только представить себе! Мальчишка позволил себе ударить воинственного князя! Меня восхищает смелость Йоши, но приходится пожалеть, что он так глуп.

– Он думал спасти Генкая, – сказал Айтака. – Если бы он не вмешался сразу, Генкай был бы втянут в дуэль. Чикара убил Генкая уже после того, как Йоши сдался.

– А ты все видел и пальцем его не тронул, – с горечью сказал Йоши. – Чикара ловко нас обвел. Я не отрицаю своей вины, но не забудьте, что Генкая убил Чикара, Разве я смогу простить себе, что не отомстил за него?

«Да, – подумал Йоши, – я был слаб. Когда Генкай был убит, я, правда, кричал и протестовал, но все-таки позволил Айтаке удержать себя. Я ничего не сделал. Если бы я по-настоящему любил Генкая, я бы вырвался от Айтаки и напал бы на Чикару. Кто же я? Что же я такое? Или я действительно ничтожество, как сказал Чикара?» – он впервые задавал себе подобные вопросы. Стена самодовольного благодушия, возникшая за время пребывания при дворе, давала все больше трещин под напором сомнений в себе.

– Мне следовало умереть вместе с ним, – печально заключил Йоши.

– Тело Генкая едва успело остыть, а ты болтаешь о том, что тебе следовало сделать, – сказала Нами, и голос ее задрожал. – Это уже не имеет значения. Если Чикара прав, он защитил свою честь и мы поженимся. Если он неправ, он сегодня совершит сеппуку.

Нами высказала предположение, что Чикара может покончить с собой, потому что сеппуку, в просторечии называемое «харакири» – вспарывание живота, – считалось предпочтительнее жизни с позором.

Этот обычай укоренился с 1156 года, со времени событий при Хеген. Минамото-но-Таметомо, побежденный в этой короткой, но жестокой войне, разрезал себе живот, чтобы избежать позора плена. Он проделал это самым мучительным способом, прорезав брюшную полость до нервных центров позвоночника. Смерть Таметомо принесла почет клану Минамото. Его смерть стала считаться высшим героизмом. К началу следующего десятилетия самоубийство путем разрезания живота стало единственным достойным концом для самурая, совершившего преступления, и для воина, которому грозил плен.

Нами продолжала:

– Только Чикара сам знает, что он должен сделать. – Она замолчала и смахнула слезу, – Наши разговоры не повлияют на его решения. – Она печально покачала головой. – Извините, я больше не могу. Простите меня. – Она прихватила рукой свое платье и выбежала из комнаты.

Когда Нами ушла, Фумио повернулся к Йоши, уже жалея, что в гневе наговорил ему жестоких слов. Лицо Йоши выражало глубокое страдание. А ведь он еще молод, и ему предстоит жить с чувством вины за гибель Генкая.

– Вели слугам сделать тебе горячую ванну и принести чистую одежду, – сказал он. – Когда ты перевяжешь раны и переоденешься, ты сможешь рассуждать более трезво. Мы еще поговорим за обедом.

Йоши взглянул на свою грязную одежду.

– Да, дядя, – сказал он. – Я никогда не забуду того, что произошло. Я буду помнить и без этого платья. – Его взгляд обратился к Айтаке. – Мне надо многое обдумать. Нельзя мне прожить зря жизнь, которую я получил от Генкая. Мне надо предпринять кое-какие действия, – сказал он многозначительно. Потом он опять повернулся к дяде. – Да, нам надо поговорить, – добавил он уныло.

Айтака взял Йоши под руку и увел его. Когда Фумио остался один, голова его склонилась и горячие слезы потекли по щекам – слезы о Генкае и о предстоящих годах, когда он будет лишен тепла и ласки его приемного сына.

Слезы вызвали целый поток нахлынувших воспоминаний, которые еще усиливали его тоску. Генкай – юноша, высокий, прямой, ловкий… Все эти качества вызывали восхищение Фумио. А потом, когда Генкай стал бонзой… спокойствие, внутренняя ясность заполнили его душу. Плечи Фумио содрогались. Глубокая преданность его племянника Будде вызывала у него ревность. Вместо того чтобы радоваться счастью Генкая, он старался отклонить выбранного им от его пути. Теперь было поздно исправить что-либо.

Он сдержал свои слезы: даймио не мог допустить, чтобы люди видели его слабость. Он должен казаться сильным. Фумио вытер глаза и поправил платье. Надо было заняться практическими вопросами. Он должен защищать интересы живых. Имение и семья должны жить. Он заставил свое лицо принять обычное выражение так же, как привел в обычный порядок платье. Никто не должен догадываться об истинной глубине его переживаний.

Когда семья заканчивала обед, Йоши спросил, почему за столом не было его матери.

– Госпожа Масака отправилась в паломничество в Исе незадолго до приезда Чикары. Она вернется через неделю, – сказал Фумио, отодвигая пустую чашку для риса.

– Нами, разве не странно, что она не будет присутствовать на твоей свадьбе? – спросил Йоши.

– Нисколько, – ответила Нами. – Твоя мать регулярно ездит в Исе. Это единственная причина, по которой она покидает Северный флигель.

– Все-таки удивительно, что она не настояла на том, чтобы присутствовать на завершающей церемонии, – сказал Йоши.

– Твоя мать не из тех, кто благоволит князю Чикаре, – сказал Фумио. – Она избегает его, используя любую возможность. Я думаю, что ее паломничество – просто предлог, чтобы избавиться от неприятной для нее встречи с ним на церемонии рисового печенья.

Мысли, связанные с Чикарой, не давали покоя Йоши в течение всего обеда. Теперь, когда его имя прозвучало в разговоре, Йоши счел возможным обойтись без традиционных правил вежливости.

– Мнение моей матери совершенно правильно. Чикаре следует отказать и в посещении замка, и в браке с Нами, – резко сказал он.

Фумио был так же откровенен. Он считал, что Йоши виноват в трагических событиях этого дня, и был рассержен его тоном. Как бы ни тяжелы были его переживания, он не имел права так дерзко говорить с дядей.

– Йоши, попридержи свой язык. Ты не смеешь указывать мне, кого мне принимать и что мои гости будут делать. Враждовать с Чикарой бессмысленно. Генкай погиб, его не вернешь необдуманными выходками. Надо думать о практической стороне дела. Объединение моего дома с домом Чикары обеспечит нам власть и безопасность, которых мы не имеем поодиночке. И в не собираюсь рисковать этой возможностью только из-за того, что ты не умеешь владеть собой. Прояви уважение к другим, докажи этим, что ты – мужчина.

Йоши ответил страстным перечислением преступлений Чикары, тогда как его дядя снова оправдывал действия Чикары, как единственно возможные при данных обстоятельствах, Айтака, все время молчавший, вмешался.

– Я согласен с Йоши, – сказал он. – Чикара – один из самых своевластных Тайра.

Фумио надменно посмотрел на него.

– Я должен тебе напомнить, – сказал он, что наши жизни и имущество зависят от клана Тайра. Что там они делают у себя при дворе, это их дело. А здесь они дают нам возможность мирно управлять нашими имениями. Когда ты осуждаешь Тайра, ты осуждаешь свой собственный род.

– Мы не опустились до их низкого уровня, – сказал Айтака. – Ты – справедливый и честный хозяин, ты управляешь согласно данному тебе праву, и ты заслужил доверие и верность народа. А Тайра сидят в своем придворном кругу и занимаются пустыми играми, в то время как жизнь Великого Сокровища – японского народа – становится тяжелее с каждым годом, – Айтака повернулся к Нами: – Ты молчишь, сестра, сидишь с опущенными глазами. Почему же ты не защищаешь своего супруга? – Прежде чем она могла ответить, он торжествующе продолжал: – Это потому, что ты знаешь, что он недостоин твоей любви. Если бы были здесь наши родители, они бы настояли на отмене свадьбы.

Нами ничего не ответила. Лицо ее было печально; она не поднимала глаз.

– Оставь ее, – сказал Фумио. – Она единственная из вас сохранила разум. Она знает, что Чикара вернется. Он имеет право и возможность наказать Йоши. Если он его пощадит, это будет исключительно из уважения и любви к Нами. – Он дотронулся до рукава Йоши: – Она – твоя единственная надежда, – сказал он предупреждающим тоном. Йоши отодвинулся.

13
{"b":"5896","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Слишком близко
Ухожу от тебя замуж
Ликвидатор. Темный пульсар
Правильный выбор. Практическое руководство по принятию взвешенных решений
Время не знает жалости
Великие Спящие. Том 1. Тьма против Тьмы
Человек, упавший на Землю
Его кровавый проект
[Не]правда о нашем теле. Заблуждения, в которые мы верим