ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– А, ну тогда да, тогда еще мусор за собой вынести надо будет. И подмести придется. С лихими людьми, нелюдями, зверьми да монстрами мы и сами справимся. Пушкой там, саблей али колом осиновым… – степенно согласился Федор, раскуривая трубку от серебряной магической зажигалки в виде дракончика, являвшейся предметом его особой гордости.

Зачарованное подобие животного подозрительно уставилось на щекочущего ему пузо человека, но потом все же опознало хозяина, а потому соизволило чуть приоткрыть пасть и выдохнуть маленький язычок пламени. А вот если бы потревожившая волшебную безделушку рука принадлежала кому-то не тому, то она бы оказалась хорошо прожарена. Как и еще три-пять квадратных метров прилегающего пространства. Артефакты в крепости редкостью отнюдь не являлись и даже свободно продавались в гарнизонной лавке, куда самые умные из солдат обязательно относили большую часть своего жалованья, чтобы разжиться как можно более качественной экипировкой. Однако лишь очень немногие из зачарованных предметов, ходящих по рукам простых людей, могли при необходимости выдать не просто жалкий язычок пламени или способный повалить дерево огненный шар, а полный аналог настоящего драконьего выдоха, без остатка испепеляющего в зоне своего поражения все вплоть до легкой бронетехники.

– …но вот раны затворять, – продолжил прапорщик, – это без доктора как-то плохо получается. И по месяцу в бинтах ходить что-то совсем не весело. Лучше уж полчасика на столе медицинском полежать, покуда лекарь колдовать будет.

Глава 1

О том, как герой участвует в задержании нарушителей границы, едва не выбалтывает свою самую страшную тайну и узнает, что организованной преступности никакие преграды не помеха

В ночной темноте, озаряемой лишь скупым светом звезд да узкой полосой молодого месяца, сцепились друг с другом два летучих корабля. Один из них охранял границу страны, а второй через эту самую границу пытался незаметненько проскочить. Однако не повезло. И поскольку судно-нарушитель на громогласный призыв остановиться для досмотра не пожелало, то по отношению к нему были предприняты самые решительные меры.

– Все за мной! На абордаж!!! А-а-а!.. – Вопли вооруженного сразу двумя окровавленными саблями храброго матроса, которые ему самому наверняка казались героическими, перешли в быстро удаляющийся и оттого затихающий испуганно-обреченный вой. До земли в настоящий момент от двух сцепившихся в ближнем бою летучих кораблей падать было около полутора километров. И Олег очень сомневался, что оказавшийся за бортом человек умеет летать. Самостоятельно это получалось лишь у очень немногих магов с потенциалом куда выше среднего, а помогающие на некоторое время преодолеть силу тяжести артефакты стоили слишком дорого, чтобы в армии ими снабжали хотя бы каждого десятого представителя воздушного флота. Дюжина ведьмаков-авиаторов, которые сейчас носились друг за другом над головами сражающихся, норовя при удобном случае закинуть гранату в скопление противника, составляла едва ли пять процентов от общего количества людей, сцепившихся в бою не на жизнь, а на смерть.

– Тенно хенко банзай![2] – Самурай в лакированных деревянных доспехах, чей скрывающий лицо шлем был стилизован под демоническую маску, махал светящейся катаной с необычайной быстротой, рассылая во все стороны срывающиеся с лезвия алые всполохи. Летели те, правда, не очень прицельно. Большая часть впустую рассекала воздух или выбивала щепки из палубы, и лишь немногие достигали плоти русских абордажников… Впрочем, не только их. Несколько раз явный выходец из Японии попадал и по своим. Созданные им чары не обладали избирательным действием и рассекали все на своем пути. Довольно средненько рассекали, надо сказать. Ткань одежды лопалась, и человеческая кожа тоже, но хороший удар кнутом мог бы причинить куда больше неприятностей. Да и заблокировать эту дрянь успешно удавалось любым твердым предметом: оружием, щитом, подобранным с палубы бочонком или еще дергающимся трупом врага. – А-а-а!

Пролетавший мимо авиатор подцепил самурая арканом и, увлекая за собой, протащил немного по палубе, прежде чем выкинуть за борт. Может быть, представитель японской военной аристократии и был внутренне готов к смерти в соответствии с так любимым представителями его касты кодексом бусидо, но вот падая вниз с огромной высоты, кричал точно так же, как и любой другой человек. Привлекать к себе внимание врага, когда находишься всего в паре метров от борта воздушного корабля, было далеко не лучшей идеей. Сначала стоило хотя бы от бортика на пару метров отойти. Несмотря на царящий вокруг хаос беспорядочной драки, в которой перемешалось все и вся, кто-то из магов противника нашел время и силы, дабы устранить выделяющийся из общей массы элемент.

– А я ведь знал, это добром не кончится. С самого начала предчувствие было нехорошее… – тихонько пробормотал спрятавшийся за большим ростовым щитом Олег Коробейников, проверяя, надежно ли он сцеплен с палубой. Бежать в атаку лишь относительно недавно отметивший совершеннолетие парень не собирался по целым трем причинам. Во-первых, слишком опасно. Во-вторых, медикам положено оставаться в тылу, ибо если они вдруг сдохнут, то сдохнут и все те, кого они имели шансы спасти. Ну и, в-третьих, не с его протезом куда-то бежать, а стрелять по врагам из пистолета можно и с относительно безопасной дистанции.

Ботинок на левой ноге начинающего целителя держался плотно, но сама нога могла выскользнуть из приклеившейся при помощи чар к доскам обуви. А вот деревянная ступня, замещающая давно утраченную, никаких нареканий не вызвала. Расцепить ее с кораблем было тяжело, а с хозяином – еще тяжелее. Пропитанное магией дерево буквально срослось с досками, становясь с кораблем единым целым. Если бы парня кто-то дернул с достаточной силой, чтобы превозмочь подобную страховку, то Олег скорее уж порвался бы пополам где-нибудь в районе коленей.

– И что-то с каждым мгновением мандраж мой все усиливается… Ай, проклятье!

Связка динамитных шашек, облетев зачарованный щит по крутой дуге, брякнулась почти на самый затылок корабельного целителя. Нагибаться за ними, чтобы вернуть подарочек обратно, времени не было. Фитили почти успели прогореть до конца, спустя секунду уже должен был грянуть взрыв… Но – обошлось, хотя это и стоило Олегу жуткого приступа мигрени вместе с парой капель крови из носа. Начинающий чародей просто усилием своей мысли велел пламени погаснуть, и стихия покорно подчинилась ему. И пусть опытные пироманты усмехнулись бы от подобного «успеха», ибо почти воспламенившие взрывчатку лепестки пламени были в прямом смысле микроскопическими. Однако Коробейников серьезно сомневался, что мастера, умеющие тушить лесные пожары и поджигать камни, успели бы сконцентрироваться за те жалкие мгновения, которые отделяли его от разрывания на мелкие-мелкие кусочки. Может, в плане резерва магических сил он и являлся жалкой посредственностью, зато уж с имеющимися возможностями обращался просто виртуозно.

– Чуть не помер… От этой дряни щит бы не спас. Ни магический, амулетный, ни обычный, сделанный из большого куска корабельной брони, – облегченно выдохнул Олег, а затем телекинезом поднял связку динамита и аккуратно поместил ее себе в карман. Взрывчатка в хозяйстве могла пригодиться.

А потом молодой человек осторожно выглянул из-за своего переносного укрытия. Крепко сжатый в его правой руке массивный револьвер послал тяжелую пулю в голову одного из врагов, что как раз сейчас заносил зловещего вида кривой серп над сбитым с ног абордажником. Разогнанный до более чем солидной скорости свинцовый комочек шутя проломил кости черепа и унесся дальше, сопровождаемый брызгами крови и мозгов.

– Я же говорил, что не стоит нам так уж рьяно гоняться за этой посудиной! Но разве ж меня кто-нибудь слушал? И вот результат! – То, что должно было стать обычным досмотром, ну, может, совмещенным с битьем морд слишком уж обнаглевшим контрабандистам, пытавшимся удрать от представителей власти, стремительно перерастало в кровавую резню.

вернуться

2

Традиционное пожелание императору Японии здравствовать десять тысяч лет, частенько использовавшееся в роли боевого клича. Впрочем, большее распространение получила его сокращенная форма, а именно «Банзай!», которую можно успеть прокричать намного быстрее. На войне это важно, ведь смерть не обращает внимания на то, что кто-то там еще не договорил.

2
{"b":"589603","o":1}