ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Рисовый штурм и еще 21 способ мыслить нестандартно
Подсознание может всё!
Чистый дом
Кукла затворника
Черная жемчужина раздора
Парк Горького
Мастер иллюзий
Источник
Когда кругом обман

Талик глянул на призрачный прямоугольник над запястьем. Пора идти.

Он встал с лавочки, окинул взглядом кусты с цветами вокруг, и пошел к Храму, было недалеко. Двести шагов по мощеной тропинке, и вот они, врата в Храм. Высокая золоченая арка, от которой веяло покоем и прохладой. Нырнув в нее, он прошел по длинному высоченному залу, ведущему в зал Молитв.

Его уже ждали. Пять фигур полукругом преклонили колено, склонившись перед алтарем на расстоянии нескольких шагов. Талик невольно залюбовался симметрией, проходя мимо них. Поднявшись к алтарю, он коснулся его в знакомых местах. Теперь, что бы ни случилось, у него будет фора по времени.

Талик неспроста назначил встречу именно здесь. У каждого бывшего непися была своя зона ответственности, в которой он был намного сильнее, чем обычно. Кладбища у Мариуса, рощи у Илладрии, орочий лагерь у Варбосса, дворец у Вильгельма и подвалы дворца у Дрэги. Здесь, в зале Молитв, никто из них не имел заведомого преимущества, а Талик имел. Это была его «зона ответственности». Его «этаж» как игрока. Если бывшие неписи после его слов взбунтуются, в этом месте будет легче всего принять бой. Он медленно выдохнул, прогоняя предательскую дрожь, и начал говорить.

— Вижу, все в сборе. Начнем. — Он поджал губы, собираясь с мыслями. — Мир вокруг нас — это не Иггдрассиль, что очевидно по многим признакам. И, вопреки услышанному от вас мнению, я утверждаю, что не имею к его существованию никакого отношения. Мы просто здесь, и это данность. Сейчас я хочу внести предельную ясность, кто есть «Мы» в этой ситуации. Мой вопрос — кто я для вас, и почему вы… Служите мне? Мне не нужен расплывчатый ответ. Я хочу знать четкий мотив к вашей службе.

Воцарилась тишина, разбавляемая только призрачным хором голосов, звучавшим здесь постоянно. Талик с трудом сохранял внешнее спокойствие, готовясь к худшему.

Наконец, Вильгельм, не поднимаясь с колена, поднял руку.

— Я тебя слушаю, Вильгельм.

— Пророк, эта задача достойна быть задана Вами. Потребовать облечь в слова все то очевидное, что мы храним в наших сердцах. Я, как и всегда, восхищен вашей способностью сложное делать простым. В моих глазах вы — мерило бытия. Хоть мне и никогда не достичь высот, с которых вы взираете на мир, я всей душой стремлюсь к этому. По Вашей прихоти я, из приговоренного к плахе повстанца, стал королем. По Вашей воле я получил силу и власть, которые и не снились другим смертным. И имея эти силу и власть, я горд служить воле того, кто ими меня наделил. Горд служить, зная, что выполняю высшую волю. Лишите меня этих привилегий, если посчитаете нужным. Я верю в Ваше правосудие и в то, что моя судьба и мое высшее благо — следовать указанному Вами пути, куда бы он ни повел. Вот мой ответ, Пророк.

— Я услышал тебя. Кто-нибудь еще имеет, что сказать?

Руку поднял глава орков.

— Говори, Варбосс.

— Вильгельм все очень хорошо сказал. Я бы так не смог. Я знаю одну главную истину — орков не существовало, пока Ты не захотел чтобы они были. Своей рукой Ты вырвал нас из небытия, сделал нас теми, кто мы есть. Ни я, ни любой другой орк неспособен представить себе жизнь, не наполненную служением замыслам своего творца.

Варбосс умолк, видимо, считая, что сказанного достаточно. Следующей подняла руку Илладрия.

Они все так же ждут разрешения говорить, да? О, где, когда и в какой момент неплохая идея с выяснением отношений превратилась в пропитанный пафосом фарс? Ведь это всего лишь более подробное повторение того, что было вчера на балконе. Почему это не злит их?

— Скажи и ты, Илладрия.

— Отвечая на вопрос, кто Вы для меня, я скажу — Бог. Тот, кто способен создать разум. Тот, кто повелевает течением абсолютно непостижимых сил. Вам подвластна сама жизнь во всех ее проявлениях. Почему я служу Вам? Служа Вашей воле, я служу Мирозданию, частью которого являюсь. Для меня нет большей радости, чем воплощать ваши желания. Я горда быть Вашим инструментом и свидетелем Ваших деяний, и не хочу иной судьбы.

Чародейка замолчала и почтительно уткнулась глазами в пол.

— Дрэга, рад видеть, что ты вновь улыбаешься. Слушаю тебя.

— Пророк, я… не могу сказать что-то, чего вы не слышали от Варбосса. — О, снова этот убийственно глубокий голос. Надо попытаться уговорить ее попробовать еще раз. — Для меня Вы — родитель и властелин, я вижу вас, как рука видит голову. Мои душа и тело — ваше творение. У меня нет иной мечты, иного мотива жить, чем быть полезной Вам. Я не в силах рассказать об этом так обстоятельно, как Вильгельм или Илладрия. Но от этого мои чувства не становятся слабее. Я смиренно молю принять их, и помнить о своей верной рабыне.

— Я понял тебя.

Талик с трудом удерживался от того, чтобы схватиться за голову. Этот театр абсурда не просто продолжался, он набирал обороты. Идя сюда, он набрался решимости быть жестким, пытаясь доказать, что не является тем, кем они его видят. Приводить неприглядные примеры, задавать провокационные вопросы, призывать к здравому смыслу. Но эта решимость под их серьезными взглядами таяла, как дым.

Они были вполне серьезны, говоря все это, и их чувства были настоящими. Он это странным образом чувствовал. Это и в самом деле была их жизненная позиция, и то, как он сначала думал себя повести, казалось нелепым, глупым, неправильным. Он собирался убеждать, провоцировать, приводить примеры, наподобие «ну, а если я… то что вы тогда скажете?». Вариантов «если» было много, самых разных, преимущественно неприглядных. Теперь понимал, что это будет буквально надругательством над их отношением, и его все равно простят. Или даже примут как награду, с них станется. Весь «перевоспитательный» план, сейчас очевидно ребяческий, полетел к черту.

Нет, я не смогу к этому привыкнуть, ребята. Все-таки, придется кое-что менять. Хотя бы внешне.

Тут руку поднял лич. Талик, к своему стыду, понял, что почти забыл о нем.

— Я тебя слушаю, Мариус.

Мягкий, хрипловатый баритон, звучавший так, будто говорило несколько человек сразу, очень подходил ему. Именно такого голоса можно было ожидать от фигуры в доспехах поверх дорогой мантии. Голову накрывал капюшон, из-под которого мерцали два голубых огонька, и не сразу было понятно, что под капюшоном голый череп. Ткань одежды колыхалась в воздухе, медленно и плавно, как будто в воде на огромной глубине.

— Все присутствующие здесь хорошо выразили свое мнение, но я не уверен, что вы ожидали именно этого. Я попробую озвучить понятую мною суть заданного вами вопроса, на свой лад. Почему мы все верны вам, и можете ли вы быть уверены, что ничего не изменится? Мой несомненый ответ — да, вы можете рассчитывать на меня, при любых обстоятельствах. Меня всегда восхищали игры Лордов, я всегда вам слегка завидовал… Создания, столь могущественные, что вынуждены загонять себя в тесные рамки реальности, чтобы не скучать. Те, кто ради развлечения создали даже себя самих — это немыслимое, восхитительное надругательство над примитивным мировосприятием, доступным нам, существам низшего происхождения. Мы все — лишь часть вашей игры с тем, что мы понимаем как существование. И неважно, какими вы сделаете обстоятельства, неважно, какой образ мышления и действия вы изберете, мы останемся тем, чем нас создали, и будем делать то, ради чего нас создали. Служить вам. Чтобы мы вас предали, вам понадобится самому изменить нас.

16
{"b":"589620","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Спаситель и сын. Сезон 1
Чужая жизнь
Рассвет над бездной
Имя розы
Продвижение личных блогов в Инстаграм
Желание #5
П. Ш. #Новая жизнь. Обратного пути уже не будет!
Жертва
Книжный магазинчик Мэделин