ЛитМир - Электронная Библиотека

Охотник улыбнулся, кивая своей помощнице, пришпоривая лошадь. Долгие месяцы путешествий, наконец, подошли к концу. И близок уж час его торжества.

— Куда поедем, господин? — Кларисса подъехала ближе, вопросительно заглядывая в глаза.

— В цех, конечно же, — ответил ей Великий Мастер. — Посмотрим, как там поживает община.

— О, думаю, они будут рады нашему возвращению, — хохотнула ведьма. Старая карга пришпорила коня, нагоняя своего господина.

А оставшийся на воротах стражник только и мог беззвучно смотреть колоритной парочке вслед, воздавая хвалу Небесному Ирриилу. Ему сегодня невероятно повезло — Самаель де Клясси был в добром настроении.

========== Глава 53 Оборотень умирает ==========

В подземелье было сыро и тихо. Угнетающее пусто и мрачно. Аллир неосознанно поежился, спускаясь туда. Не любил он эту часть Вороньего Гнезда и всегда старался держаться от нее подальше. Подземелье напоминало ему Бездну — обитель всех злых сил.

Впрочем, сегодня его страх сменился трепетом. О чем ему говорить с оборотнем? Что выпытывать? Аллир покачал головой, потянувшись к мечу. Надо было убить оборотня раньше, не поддаваться голосу совести. Обнажив клинок «ведущий» ускорился, пошёл увереннее. Спустился по шаткой, полуразрушенной лестнице, вспугнул стайку крыс и замер, услышав голоса:

— Что Май, попался-таки? — ехидно спросил кто-то.

— А ты и доволен, — хрипло прошелестел Май. Его слабый голос отдавался еле слышным эхом. Вызывал дрожь.

— А чего мне горевать? — хохотнул его собеседник.

— Какого черта ты пришёл, Шлында? — раздраженно спросил оборотень. Аллир вздрогнул. Шлында… Где-то он уже слышал это имя.

— Боги, какой же ты грубый… Особенно к своим друзьям…

— Когда это мы подружились, напомни?

— Ты ранишь меня в самое сердце, дорогой…

— Подойди ближе, я ещё и плюну в тебя, — голос оборотня зазвенел от напряжения.

— Раз огрызаешься, значит, точно будешь жить!

— Ага, ещё скажи — долго и счастливо… — оборотень рвано выдохнул.

— Именно, Май, — ехидца из голоса Шлынды пропала мгновенно. — Не забывай, убить тебя дано лишь мне!

— Ты это охотникам скажи, — фыркнул оборотень.

— А вот и скажу! — взвился его собеседник. — Ладно, хвостатый. Не бойся, мы вытащим тебя, — загрохотала дверь открываемого засова. — Мир не без добрых людей, усатый!

— Да пошёл ты… — сдавлено выругался оборотень. Его речь прервал глухой кашель.

Аллир отошёл от стены, встречаясь лицом к лицу с выходящим Икаром. Наемник ухмыльнулся, блеснув фосфоресцирующей охрой глаз.

— Ох, убери железяку. Ещё поранишься, — хохотнул скаф, показывая острые клыки. — Или поранишь кого…

— Что ты тут забыл? — недоуменно воскликнул охотник.

— А ты что, страдаешь глухотой? Вроде так внимательно слушал… — Икар притворно вздохнул, вгоняя Аллира в краску.

— Я…

— Ладно. Бывай здоров! — наемник помахал охотнику рукой, уходя прочь.

Аллир вздохнул, потирая виски свободной рукой, провожая взглядам фигуру Икара. Охотник скривился. Ещё на том собрании этот скаф его насторожил. Уж слишком странно было видеть выходца демонического племени в слугах у диргинаала.

Убедившись, что более ничто ему не помешает, Аллир зашёл в камеру, поморщившись от царящей в темнице вони. То, что убирать за оборотнем никто не станет, ему было понятно, но от того не менее неприятно созерцать такую нелицеприятную картину.

Оборотень лежал на полу, скрючившись на запрелой охапке старой соломы. В царящих потемках черты его тела еле угадывались, но Аллир все равно различил и его длинный хвост, подметающий пол, и топорщащиеся на голове уши.

Аллир поморщился досадливо. Даже весь в грязи, израненный и покалеченный, оборотень не выглядел монстром. Да, его уши и хвост привлекали внимание, но не вызывали ожидаемого отвращения.

— Что же вы все ходите и ходите! Дайте мне сдохнуть по-человечески, — протянул Май, подымая голову. Наткнувшись взглядом на Аллира, он примолк. Вспыхнули гневом его золотые глаза, лицо озарила хищная улыбка.

Аллир проморгавшись отступил к двери, не сводя взгляда с оборотня. За своими размышлениями он совсем потерял бдительность. Впрочем, его потаенные опасения были напрасны — оборотень был слишком слаб для атаки. Застонав, Май опустил голову, схватившись руками за живот.

— Что-то ты слишком разговорчивый, как для умирающего, — недовольно пробормотал Аллир, косясь на оборотня. Меч в его руке задрожал, дернулся хвост у оборотня.

— Ничего. Ты это исправишь, — прохрипел Май. — Ну же, давай. Я жду!

Аллир нерешительно отвёл руку, проклиная себя за слабость. Слишком много в этом оборотне было от человека. Это путало, толкало на неверный путь.

— Май… — в его душе вновь всколыхнулась совесть. Все же, он был обязан ему жизнью и не мог отрицать этого.

— Давай, не тяни! — рявкнул срываясь, оборотень. — Закончи мои мучения!

— Вот как, все же желаешь умереть? — Аллир усмехнулся криво. Меч в его руках уже не подрагивал — буквально звенел от предвкушения, невольно завладевая сознанием охотника. Теперь уже и сам Аллир не мог решить — хочет он убить, или же жажда крови принадлежит клеймору? Впрочем, тут, в темноте подземелья, в сырости и грязи, инстинкты меча взяли верх над человеком. И охотник решился.

— Будь по-твоему! — прошептал он, занося руку для решающего удара.

Меч в его руке торжественно задрожал, вспарывая воздух. Сталь нагрелась, запела, предчувствуя кровь. Но так и не пронзила сердце оборотня — кто-то, метнувшись тенью, отбил атаку, отбросив Аллира к стене.

— Да что же такое! Дайте мне сдохнуть! — оборотень зарычал, поднимаясь. Кровь из его открывшихся ран потекла сильнее. Но Май не обратил на это внимание. Он так и замер, глядя на того, кто вновь отстрочил его гибель.

— Сдохнешь, гаденыш, — губы великого Мастера Самаеля растянулись в предвкушающей ухмылке. — Но для начала ответишь на все мои вопросы.

***

Ночь была в самом разгаре. Она успокаивающим покрывалом ложилась на улицы Белграда, окутывала сознание легкой дымкой дремы. И город поддавался ее чарам, засыпая. Огни в домах гасли, погружая улицы в умиротворяющий сумрак, разгоняемый только светом далеких, но таких ярких звезд. Сегодня они сияли даже ярче обычного. И от их света расползалась тьма, становилась прозрачнее.

А по пустующим улочкам Белграда гулял холодный осенний ветер, задевая макушки деревьев, наполняя воздух взволнованным шелестом увядающей листвы. Этот шелест пробирал до дрожи Солоху.

Девушка уверенно шла вперед, следуя за вовкулакой, ведущим ее куда-то к кварталу аристократов то и дело подрагивая, нервно теребя полы своего платья. Не зная дороги до Вороньего Гнезда, селянка полностью положилась на обоняние Лана. Она была уверена, что оборотень всегда учует запах охотника.

Сам же Лан то и дело замирал, принюхиваясь. Внутренний зверь недовольно скалился, грозя вырваться из-под контроля. Ему не нравилась задумка хозяйки. Он четко знал — охотник несет смерть. А умирать внутреннему зверю пока не хотелось.

— Лан, что такое? — Солоха все же решилась нарушить молчание, поравнявшись с оборотнем. Взглянув на своего друга, она ахнула, инстинктивно отшатнувшись. Лицо оборотня преобразилось, больше напоминая звериную морду.

Вовкулака не ответил, в очередной раз замерев на перекрестке. Он зажмурился, глухо зарычав. По его телу прошла дрожь, предшествующая трансформации.

— Лан! — воскликнула обеспокоенно Солоха. Девушка схватила оборотня за руку, вынуждая взглянуть себе в глаза. — Лан, ты узнаешь меня? Лан!

Оборотень взглянул на девушку. Хищный, звериный блеск в его глазах угас, втянулись когти на руках.

— Прости, — пробормотал он еле слышно. Отвернувшись, вовкулака мягко высвободил свою руку из ее хватки, пойдя вперед.

— Нет, это ты меня прости, — Солоха вновь нагнала его. — Я совсем не подумала о тебе…

Девушка виновато хлюпнула носом. Как всегда эгоистичная в своих намерениях, спасая одного, она пренебрегла другим. Какая же она после этого подруга?

125
{"b":"589627","o":1}