ЛитМир - Электронная Библиотека

Коломны. Остатки рязанских войск отошли к Коломне и приготовились к

последней битве с кочевниками.

Юрий Всеволодович послал войска во главе со своим старшим сыном

Всеволодом на помощь отступившим из Рязани ратникам.

1 января 1238 года войска кочевников у Коломны встретились не

только с остатками рязанских войск, но и с многочисленной дружиной

Всеволода, усиленной ополчением со всего Владимиро-Суздальского

княжества. Не ожидавшие усиления рязанцев свежими силами, передовые

монгольские отряды поначалу были отброшены. Был убит дядя Батухана –

Кулькан. Но вскоре подошли основные силы великого джихангира и

тяжеловооруженная конница, и монголы нанесли поражение русским.

Уцелевший в битве Всеволод спешно вернулся сначала в ставку отца, а затем

во Владимир.

20 января 1238 года брат Батухана – Шейбан с 30-тысячным войском

захватил Москву. В плен к кочевникам попал наместник владимирского

князя в Москве – его младший сын Владимир. Другое войсковое

объединение кочевников овладело и разрушило Суздаль. После этого

Батухан и Субедей со своей ордой двинулись на столицу Владимиро-

Суздальского княжества.

…И вот настало 9 февраля 1238 года. Накануне после длительной осады

великий град Владимир взяли полчища Батухана и Субедея. Человек сто,

сумевших вырваться живыми из разоренного города, прибыли в Керженские

леса в город Малый Китеж, что стоял на Волге, к великому князю Юрию

Всеволодовичу. Отныне правитель Владимиро-Суздальской Руси

базировался здесь со своим войском.

Среди спасенных оказались: родственник Юрия Всеволодовича – князь

Волынский, воевода Поляба Удалой, Омеля, их дочери Дарина и Велена,

слуги, а также купцы, бояре, воины, ремесленники и смерды. Их встречал

сам великий князь. Ему не терпелось узнать последние вести о своей семье и

городе Владимире.

Поляба бросился в ноги к властителю и воскликнул:

– Идут татары к нам на Малый Китеж, великий князь! Их тьма! Как

муравьев на муравьиной куче! А град наш славный Владимир не удержали

мы, пал он вчера! Твои соколы храбрые Всеволод и Мстислав хотели

сразиться с монголами на подступах к городу, но отговорил их Петр

Ослядукович, сказал: "ежели сможем, то со стен будет обороняться". Семь

дней оборону мы держали, а на восьмой – не устояли. Проклятые татары

обнесли наш великий град тыном и установили осадные орудия. Штурм

вороги зачинали поутру в воскресенье у всех пяти ворот, а к середине дня

прорвались внутрь крепости через стены, около Золотых ворот и у церкви

Святого Спаса Часть горожан заперлась в Успенском соборе. Так татары

подожгли и его! Теперь Владимир горит – пожары пылают повсюду! Почти

всех жителей смерти предали, не пожалели ни стариков ни детей ни женщин,

а кто остался, взяли в полон! Воевода Петр Ослядукович убит!

Князь вмиг стал чернее тучи.

О, господи, какие неприглядные дела творятся на сей праведной

земле! А что сталось с моими, Поляба?! Отчего ты промолчал за них? Живы

ли они? Говори, не томи! Аль принес худые вести?! Я оного не переживу!..

У воеводы выступили слезы на глазах.

– Мой князь, твоя жена Агафья Всеволодовна, сыновья Всеволод,

Мстислав, дочь Феодора, невестки Марина, Мария, Христина, и все внуки

твои попали в плен к Батухану и Субедею и погибли в страшных мучениях и

насилии. А еще до первого штурма нашего великого града на глазах у всех

владимирцев монголы лишили жизни твоего младшего сына Владимира.

Оказывается, не убили его в Москве поганые татары, а взяли лишь в полон.

Но недолго он прожил в плену. Царство небесное ему. И всем-всем

вышеназванным. Выходит, твои близкие, великий князь, покинули наш мир

все до единого. Отныне ты один на целом свете. И мы осиротели вместе с

тобой…

Князь схватился за голову, глаза его сделались безумными. Он взвыл

как дикий зверь:

– О горе мне, грешному! За что мне все это! Чем я провинился перед

Вседержителем небесным… Ну берегитесь, монголы! И ты, Батый, берегись!

Не спущу вам сии злодеяния! Я буду вас бить, резать, колоть, рвать зубами

доколет сердце мое не поразить вражеский меч или стрела! Я уничтожу их

всех! Я буду биться за десятерых! Как и мои воины! Изведают они нашу силу

удалую!

Юрий Всеволодович не в силах сдерживать слезы бросился к себе в

хоромы. Правитель Владимиро-Суздальской Руси не хотел показывать своих

чувств перед народом. Для них он должен всегда оставаться мужественным,

хладнокровным и суровым вождем, не ведающим жалости и слабости к

врагам. Поляба Удалой, Омеля и князь Волынский последовали за ним,

чтобы утешить его и посоветоваться о том, что делать дальше, а Богуслав

кинулся к Дарине.

– Дарина, ты здесь, голубушка моя! – просиял богатырь.

– Богуслав! – обрадовалась девушка. – Любимый!

– Любимая! Я так переживал за тебя, Дара! Коли бы не князь, я бы

быстрее ветра умчался биться к стенам Владимира. Я так хотел выручить

тебя.

– Слава господу, все обошлось, любимый! Но сколько смертей

людских я насмотрелась – не счесть! Я чуть с ума не сошла от увиденного.

Бились владимировцы героически. Но сил мало у них имелось, и

подкрепление не было. Числом проклятые татары нас взяли, да и воинским

искусством. Но хвала Вседержителю и кресту нательному – я жива. Ушла я с

батюшкой и остальным народом через подземный ход, что вел к

заброшенному колодцу у села Синее.

– Как я счастлив, что ты цела и невредима, ты не представляешь! Я бы

жизни себя лишил, ежели ты погибла.

– Я тоже счастлива снова увидеть тебя!..

Руки влюбленных встретились. В порыве чувств Богуслав и Дарина

чуть не обнялись и не расцеловались, но с великим трудом сдержались: ведь

они пока не повенчаны, а рядом снует ушлый народ – будут потом

злословить и осуждать их. Поэтому богатырь лишь ласково пожал нежные

девичьи пальцы, а боярышня ответила еще более ласковым пожатием. И

руки влюбленных разомкнулись.

Эрик, увидев Дарину и Богуслава вместе, яростно сверкнул глазами и

едва сдержался, чтобы не вытащить меч и не убить счастливого соперника.

И, выругавшись по-норманнски, Эрик отошел прочь. Он заставил себя не

смотреть на любовные воркования жениха и невесты, избегая тем самым

необдуманных и роковых поступков со своей стороны, но ладонь викинга

предательски обняла красивый резной эфес.

Его верный друг Бьорн подошел к нему и предупреждающее взял его

локоть.

– Успокойся, вождь, и сними десницу с рукоятки своего меча, а то

могут возникнуть неприятности.

– Проклятый Богуслав, я готов напасть на него прямо сейчас.

– Это безумство, Эрик. Если ты даже одолеешь Богуслава, то великий

князь тебя явно не пощадит и казнит несмотря на твои заслуги. Чего ты

добьешься этим?

– И что мне делать, Бьорн? Когда я вижу их вместе – я теряю разум, и

великая ярость закипает в груди. Рука моя невольно хватается за оружие,

пред моими глазами плывут видения, и все они до боли схожи: Богуслав

лежит с мечом в груди, а я обнимаю Дарину. Так скажи, мой верный

советник, что мне предпринять против этого наваждения? Я могу сойти с

ума.

– Пока ничего, мой вождь, – спокойно ответил Бьорн.

Эрик пришел в недоумение.

– Как это?

– А вот так. Тебе надо выждать.

– Что выждать? – начал терять терпение Эрик.

Бьорн пояснил:

– Удобный момент.

– Да говори ты толком!

– Пора да время дороже золота. Время разум дает. Пока ты выжидаешь,

многое может измениться в жизни, если не все. Либо Богуслав погибнет от

вражеской стрелы, либо ты будешь сопровождать Дарину в переходе в новые

12
{"b":"589642","o":1}