ЛитМир - Электронная Библиотека

невольно легла на эфес меча.

– Эй, Эрик, негоже тебе с Дариной любезничать! – угрожающе

предупредил соперника Богуслав. – Отойди прочь от нее!

Эрик изумился, глаза его сверкнули холодным льдом, а его грубый

голос загремел металлом:

– Отчего же?! И кто мне это возбранит?! Не ты ли?

– Да я! Я так желаю! – яростно сверкнул глазами Богуслав. – И

довольно пререкаться!

Эрик нагло усмехнулся.

– Мне твое желание не указ, Богуслав! Я сам себе владетель! И более

тебе скажу: я нынче сватаюсь за Дарину, и она будет моей женой!

Девушка удивленно посмотрела на норманна, а Богуслав от этих слов

пришел просто в бешенство.

– Лжешь, варяжская собака! Зело лжешь! Да я тебя сейчас разрублю на

части!

– Попробуй, русский бахвал! – "ощетинился" викинг.

Богуслав быстро спешился с коня и, сделав знак своим дружинникам,

чтобы те не вмешивались в ссору, обнажил меч. Эрик тоже извлек меч из

ножен. Богуслав первым атаковал своего противника, и булатные клинки

скрестились! Зазвенела сталь, полетели искры. Соперники делали яростные и

мощные выпады. Оба воина были непревзойдёнными мастерами ближнего

боя.

Вокруг сражающихся живо образовалась любопытная толпа: В первом

кольце стояли воины Богуслава. А за ними – купцы, их слуги, ремесленники,

крестьяне, знать и иностранные гости. Многие стали шуметь, выкрикивать и

подбадривать обе враждующие стороны.

– Убей его Эрик! Убей!

– Заколи русича!

– Богуслав, снеси ему голову! Покажи кто лучший витязь на

Владимирской земле!

– Бей проклятого варяга!

– Разруби его на части, Богуслав!..

Теперь Эрик перешел в наступление, а Богуслав с трудом отбивался от

сильных и быстрых ударов норманна.

– Стойте! Опомнитесь! – заметалась возле витязей Дарина. – Вы

изведете друг дружку! Прекратите! Богом прошу! Остановитесь! Что вы

делаете?!

Но распаленные обидой соперники не слушали девушку и продолжали

схватку. А Дарину оттащили от поединщиков какие-то бояре.

– Прочь отсюда! – кричали они. – Не шали, девка! Порубят тебя на

мелкие части сии драчуны! Вот Полябе нашему горе прибудет великое!

– Ах, остановите их кто-нибудь! – продолжала суетиться Дарина.

И вот на площади появился на белом коне сам князь Суздальско-

Владимировской земли Юрий Всеволодович, его верный воевода Поляба

Удалой – отец Дарины и личная охрана князя в количестве тридцати

всадников.

Увидев толпу зевак и поединщиков, князь не на шутку разгневался.

– Это что за намеренная брань?! – воскликнул он. – Ужель это мои

лучшие воины меж собой бьются?! И кто это?! Богуслав и Эрик?! Ах, они

окаянные! Да что за бесовство учинили! И какова причина тому стала?! А ну

прекратить схватку! Да немедля!

Воевода, уловив настроение князя, поскакал вперед и громогласно

объявил:

– А ну расходись народ честной! А вы мечи в ножны! Мечи в ножны!

Слышите, олухи распроклятые! Кланяйтесь в ноги князю! И просите его о

великом милосердии, а то не сносить вам головы за такое прегрешение! Ах,

вы, петухи драчливые, что удумали!

Этот крик отрезвил двух поединщиков, и они к своему великому

неудовольствию засунули в ножны мечи, встали на одно колено и смиренно

поклонились князю. Глубоко поклонилась и Дарина.

Князь прикрикнул на соперников:

– Воины мои, негоже вам убивать друг дружку! Что вы как кошка

собакой! Других дел али ли нет, как биться с ратным товарищем! Не

перевились еще враги наших земель, их – тьма, вот их и рубите! А здесь в

родном граде – не треба чинить потеху! Вот велю вас строжайшим ладом

наказать, да публично, да на красном месте! Дабы другим неповадно было –

надолго запомните у меня!

В свою очередь воевода прикрикнул на свою дочь:

– Дарёна, а ну с глаз долой! Ступай немедля домой и сиди в своей

светлице! Я приду – поговорим! Не взыщи долее! Эх!..

Щеки девушки запылали ярче алого рассвета, она, не поднимая

очаровательных лазурных глаз, чуть не бегом отправилась в свой боярский

терем. А за ней и ее служанка.

Князь приказал Эрику следовать к своей дружине, а Богуславу –

прийти к нему в терем через час. Поединщики быстро удалились с княжеских

глаз долой, стараясь больше не гневить своего правителя. Стал расходиться и

разочарованный неоконченным зрелищем народ. Все обсуждали

скоротечный бой.

Юрий Всеволодович, неодобрительно покачивая головой, принялся

размышлять вслух, а Поляба Удалой стал внимательно его слушать…

– Ладно, когда мы с врагами бьемся, а тут свой со своим воюет? Куда

то годиться! Неприглядность это великая и срамота! Беспутство какое-то!

– Согласен, мой княже, то озорство ненужное да безбожное.

– Помысли, мой верный воевода, а коли Эрик уйдет к своим норманнам

в Скандию? То это пять дюжин отменных воинов мы не досчитаемся. А

поганее, ежели они схватятся супротив – сто десятков витязей уже убудут из

нашей дружины. А каждый воин из подобного отряда стоят дюжины

ворогов! Так это не дело, вовсе не дело, дабы они друг дружки били!

– Ты прав, мой княже, не дело то, не дело.

– Породил ты, Поляба, красавицу-дочку на мою голову! Всяк, кто на

нее глянет – сразу в жены взять ее желает. Лучшие дружинники мои готовы

друг дружку посечь ради одного только одного ее лучистого взгляда. Раздор

твоя лебедушка сеет меж отменных ратоборцев. Зело плохо. А на нас татары,

говорят, собирается идти. И для меня каждый воин на счету ныне!

Воевода сокрушенно выпалил:

– Да разве я повинен, княже, в том, что дочь пригожую вырастил?! И

то, что бог наш, Царь небесный, наградил ее красой невиданной! Сам

любуюсь ее – не налюбуюсь.

– Повинен, не повинен – от этого мне отнюдь не легче. Думай думу,

умная голова, как из сей истории выпутаться с честью. Да так, дабы Эрика и

норманнов под одним моим крылом сохранить, а Богуслава с его отрядом –

под другим. А то, чую, большой беды не миновать. Побьют они друг

дружку. Богуслав чуть-то – вспыхивает как огонь, а Эрик ему в том не

уступает. И свои обиды не прощает. Мстителен он и коварен.

Поляба Удалой в задумчивости почесал свою седую и кудлатую бороду

и затем сказал:

– Все должно быть честь по чести, княже, дабы никому обидно не

было.

– Правильно мыслишь, воевода, но как сию трудность верно

разрешить?

– Вот что я удумал… А что ежели устроить им кулачный бой? "Сам на

сам". Эрику и Богуславу.

– Кулачный бой? – удивился Юрий Всеволодович. – Бойка? Эхма! Для

какой нужды-то?

Поляба Удалой хитро прищурился.

– А вот для какой. Пущай побьются без оружия. Так они не лишат друг

дружку жизни, а наставят токмо синяков да ушибов. Кто одолеет соперника,

тому и отдам Дарину. То честь по чести будет! И никто из них не обидится

на такую волю. Каково, княже?

Юрий Всеволодович оживился:

– А что, верная мысль, Поляба! Быть по сему! На то будет моя княжья

воля! Устроим им поединок! И в угоду нашему народу и ради нашего

успокоения. Вот потеха будет!.. Только скажи, Поляба, не жалко будет чадо

родимое викингу отдавать, коли он вдруг победителем окажется? А ежели

она его не страждет вовсе?..

Воевода тяжело вздохнул.

– Мне как отцу, разумеется, жалко ее будет. Да и к Богуславу я более

радею, чем к Эрику. Но… токмо ради процветания и единения нашего

княжества чего только не сделаешь. Пожертвую я и Дарёной. Но, а ежели

Богуслав станет в бою лучшим, то я искренне возрадуюсь сему и обращу

свои хвалебные речи Отцу нашему небесному.

– Будем радеть за Богуслава, дабы он был первым на кулаках. Я тоже

люблю я его больше всех моих богатырей.

4
{"b":"589642","o":1}