ЛитМир - Электронная Библиотека

сильные… Не бояться их, но настороже с ними надобно быть… Так что не

хочу я, чтобы брань между моими дружинниками была в такую годину. С

кем я пойду против азиатов?

– Так что мне делать, княже? Как быть?

– Как быть?.. – Юрий Всеволодович щелкнул пальцами, украшенными

драгоценными перстнями. – Эй, слуги мои верные, Налейте богатырю вина!

Тут же к Богуславу подбежал прислужник с серебреным ковшом, налил

в кубок витязю красное вино, а князь сказал с едва заметным нажимом:

– Отпей, мой верный ратник, за мое здоровье.

– Отчего бы не отпить, княже! – Богуслав поднял кубок и воскликнул. –

За тебя, княже, долго тебе жить и править нашими землями! По

справедливости и мудрости! Да услышит Бог мои пожелания!

Юрий Всеволодович с достоинством кивнул и тоже выпил вина. Затем

заговорил:

– Пытаешь меня, как быть, воин? А отец твоей зазнобушки-любушки,

Поляба Удалой, придумал, как быть.

Богуслав встрепенулся.

– И как же?

– Биться вам с Эриком на кулаках велено. Кто выиграет, тот и получить

Дарину в жены!

Витязь заулыбался.

– Отменно придумано воеводою. Так тому и быть! Отвоюю я всяко

разно Дарёну у норманна – али я тогда не Богуслав!

– Не бахвались раньше времени, витязь. Шкуру медведя делят опосля

как его убьют – не ранее. Этот варяг сильный воин. С ним тебе придется

повозиться.

– Да, варяг сильный, но я лучше его… Ох, и крепко, княже, у тебя вино

заморское – аж голова закружилась.

Князь по-доброму улыбнулся.

– Попробуй еще и меда хмельного. Ключник у меня добрый да медовар

тоже. Ешь, пей, за мое здоровье, мой верный ратник. Теперь ты должен

упокоение найти своим думам о Дарине. Все, слава богу, решилось за тебя.

Так что готовься к драке с норманном. И останься покамест со мной,

побеседуем чуток.

– Воля твоя, княже, отчего не побеседовать, – согласился Богуслав.

***

Поляба Удалой грозно сдвинул брови и сердито толкнул толстую

дубовую дверь в опочивальню дочки…

Дарина сидела на кресле и смотрелась в зеркальце, а служанки

расчесывали ее роскошные белокурые волосы и что-то напевали.

– А ну пошли прочь! – прикрикнул на служанок воевода. – Я с дочерью

говорить буду!

Холопки испуганно замолкли, побросали гребни и упорхнули из

комнаты быстрее самых шустрых воробушек. Воевода плотнее прикрыл

дверь в опочивальню. Наступила тягостная тишина…

Улыбка моментально сошла с лица Дарины, она опустила глаза в

тесовый пол и замолчала: она ждала гневных тирад отца. Но воевода медлил.

Пауза затягивалась и это гнетуще действовала на девушку. Дарина искоса

посматривала на отца и гадала: отчего он молчит, отчего не ругает?

Приготовил ей нечто иное, чем отцовская хула? Так что же?!

Дарина уже хотела сама начать разговор, как вдруг Поляба Удалой

наконец-то нарушил молчание:

– Скоро под венец пойдешь, дочь моя. Пришла и для тебя желанная

пора.

– Да как-то уж больно скоро, батюшка, – вздрогнула от неожиданности

Дарина. – И за кого же мне идти-то? Я сама не ведаю за кого хочу. Не

выбрала я себе доколе жениха…

– А я выбрал! – сердито прервал дочь воевода. – И тем паче ведаю за

кого!

– Да за кого же?

– Либо пойдешь за Богуслава, либо за Эрика.

Дарина вскинула удивленные глаза на отца.

– Да как же такое может быть, батюшка?

Поляба раздраженно пояснил:

– Биться они будут на кулаках за тебя, вертячку. Кто одолеет – тот твой

жених. Так князь решил.

– Князь?.. Что за диво! А ежели Эрик победит на поле, а не Богуслав?

– Так и что из оного?! Не пойдешь за норманна разве?! – повысил голос

воевода и насупился.

– Нет! – твердо и решительно ответила девушка. – Тогда я либо жизни

себя лишу, либо в монастырь уйду – но варягу не достанусь! Не мил мне

Эрик, мне Богуслав люб!

Поняв, что проговорилась, Дарина пришла в великое смущение сильно

покраснела и отвернулась от отца.

– Замолчи, негодница! – сердито заговорил Поляба. – Не вертелась бы

подле княжеских дружинников – свары бы между ними не было! А то

стреляешь глазками по сторонам, с толку ратников только сбиваешь!

– Да разве я виноватая в том, батюшка, что краса моя привлекает

достойных мужей! Они сами меня донимают – спасу от них просто нет!

– Донимают, не донимают! Ежели в кулачном бою одолеет норманн,

пойдешь за него, как миленькая! Доколе я твой отец, будешь воле моей

беспрекословно подчиняться! Ясно?! И не перечь мне более! – повелительно

сказал воевода.

Слезы брызнули из глаз Дарины, и она, прикрыв лицо руками, горько

заплакала. Поляба сразу поумерил свой пыл: рыданья дочери болью

отзывались в отцовском душе. И тогда уже боярин сказал своей дочке

спокойно и печально:

– Эхма, да я, Дарёна, и сам-то против норманна, но воля князя для меня

– закон! А коли мы с великим князем не разрешим спор между Богуславом и

Эриком, то одна дружина побьет другую – разве то дело? Негоже им

браниться. Вот так… А более, дочь моя, не вымолвлю ни слова. Будет так,

как сказал благоверный Юрий Всеволодович. И я ему не поперечу. А слезами

горю не поможешь.

Воевода вышел. Сердце его разрывалось от жалости к дочке, но что он

мог сделать – все было уже решено. Княжьи дела выше всех других дел, а

вассал должен подчиняться главному вотчиннику, уважать его, охранять и

биться за него, на том и стоит Русь.

***

Когда Богуслав возвращался от князя, то столкнулся с дочерью боярина

Омели – Веленой. Эта девушка не уступала Дарине ни в родовитости, ни в

молодости, ни в красоте. Она была стройна, изящна, величава как пава.

Только в отличие от белокурой, белолицей и синеглазой Дарины дочка

Омели была смуглой чернобровой, черноволосой, и имела зеленые глаза.

Девушка тоже любила витязя, но страсть ее оставалась без ответа: ведь

мысли и сердце богатыря были заняты Дариной, что немало огорчало

Велену.

– Богуслав, я рада тебя видеть! – просияла боярышня.

Богатырь слез с коня, дружелюбно улыбнулся.

– Я тоже тебя рад приветствовать.

Она схватила его за руку.

– Я сегодня испугалась до смерти…

– А что такое? – насторожился богатырь.

– Ты дрался с этим викингом Эриком?

– Да было дело… Но а ты откуда узнала?

– Сорока на хвосте принесла, – игриво улыбнулась Велена.

Богуслав глубоко вздохнул.

– Да, быстро народ слухи распускает… Скажешь курице, а она – и всей

улице.

– Ты у нас весьма заметный, Богуслав, кто тебя в нашем княжестве не

знает? Да и в других землях? Сделаешь шаг – и о тебе сразу молвит народ.

Другой сделаешь – целые истории сочиняют. Именит ты да славен. Всякая

девка, будь она из княжеского сословия али боярского, али купеческого по

тебе сохнет и кручиниться.

– Ох, уж эта слава да именитость, проходу от нее мне нету.

– Говорят, ты дрался из-за дочки Полябы Удалого?

– Возможно, – уклончиво ответил витязь. – А тебе оное важно?

– Важно, – вмиг погрустнела девица. – Ты же знаешь как ты мне люб.

Богуслав смутился.

– Полно, Велена, я другую привечаю.

– Дарину? А чем он лучше меня? Я тоже пригожа, стройна нежна. Мое

тело красиво, ухоженно и тоже жаждет твоей ласки. И за мной тоже бегают

множество обожателей, дарят дорогие подарки и зовут замуж.

Богуслав отвел глаза.

– Хватит, Велена. Я не спорю, ты красива и мила. Но я же молвил, что

люблю другую. И не судьба нам быть вместе, прости.

– Что же, Богуслав, люби свою Дарину, я не возбраняю, но не отвергай

меня. Я желаю встретиться с тобой. Там у городских ворот есть наша лавка,

что торгует лентами да гребнями. У меня от нее есть ключ. Завтра после

6
{"b":"589642","o":1}