ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сердце громко бухало в груди. На губах играла улыбка. И даже кот, скрутившийся клубком в углу кровати, казалось, смотрел на него с удивлением, как на безумного. "Сафронов, ты попал! - наконец признался он себе. - Попал так, как не попадал никогда!"

Елена Васильевна встретила его в коридоре. Вид у нее был растерянный. Никак это не вязалось у Олега с прежним образом "тещи Строганова". Даже внешне женщина показалась старше.

- Уже уходите? - окликнула шепотом она.

Вопрос был странным, но Сафронов не подал виду. Коротко кивнул и уже собрался присесть, чтобы обуться, как на плечо легла ладонь хозяйки.

- Может... Вас чаем угостить?

Дежавю. Этот вопрос ему сегодня уже задавали.

- Спасибо, не стоит, - он помотал головой.

- Да, конечно.

Елена Васильевна казалась огорченной. Чтобы хоть немного сгладить свой предыдущий ответ, Олег решил уточнить.

- Поздно сейчас для чая. Не хочу вас утомлять еще больше.

- У меня завтра выходной. Отдохну.

- И все же...

- Пойдемте на кухню, - сказано было непривычно дружелюбным тоном. - Пойдемте. В холодильнике и перекусить что-нибудь найдется. Вы ведь голодный, наверное.

***

Котлеты оказались вкусными. И хотя вначале есть не хотелось, аппетит пришел. Успевший отвыкнуть от домашней еды Олег уминал котлеты одну за другой. Елена Васильевна суетилась рядом. Заваривала чай и как-то странно поглядывала на своего гостя, будто никак не могла начать разговор.

- Еще подложить? - заметив, что тарелка опустела, спохватилась она.

- Нет. Спасибо. Все было очень вкусно, но мне уже хватит.

- Да?..

- Благодарю, - Олег поднялся.

Хозяйка открыла рот, чтобы сказать традиционное "пожалуйста", только вместо него получился вздох.

- Что-то не так? - нахмурился Сафронов.

- Я хотела... Поговорить с вами.

Говорить было трудно. Елена Васильевна опустилась на стул, потом снова поднялась. Ожидая продолжения, Олег замер рядом.

- Вы ведь любите Александру, так?

Не то вопрос, не то утверждение - Сафронов так и не понял. Смысл сказанного вообще доходил до него медленно. К чему-то вспомнилась пятнадцатилетняя длинноногая девчонка на палубе старой круизной яхты. Потом она же, но старше. Мокрая, замерзшая, пьющая с ним ром и весело улыбающаяся. Его фея. Любит ли он ее? А можно ли не любить?

- Люблю.

Признаться оказалось легко. Как вдохнуть или выдохнуть. И никаких сомнений за пазухой. Елена Васильевна еле заметно кивнула.

- И она любит.

С минуту оба молчали.

- А тут еще Витя и операция... Бедная моя девочка, - она отвернулась к окну. Оперлась ладонями о подоконник. Силы, казалось, иссякли. - Я вам сейчас кое-что расскажу. Только выслушайте до конца.

***

- Подчас мне кажется, что судьба просто издевается, - начала она. - Мой муж был важным чиновником. Хорошая зарплата, квартира, постоянные командировки. Мне не на что было жаловаться. Даже в лихие девяностые мы не бедствовали. Но постепенно работы у мужа становилось все больше. Он не вылезал из командировок. Приезжал домой злой, пару дней бродил по квартире, как чужой, и снова уезжал. - Елена Васильевна на короткое время прервалась. Взяла со стола бумажную салфетку. Сжала в ладонях. - Потом я узнала, что у него в Москве другая. Моложе, красивее и... С сыном. От него. Муж сознался во всем сам. Просил развод, говорил, что "так получилось". А я вместо развода заболела. Серьезно. Никогда раньше не болела, а тут… - она закрыла глаза. Продолжать было трудно. - Год прошел между больницей и домом. Але было тринадцать. Ребенок еще. Ей бы в школе учиться, а не бульоны матери варить, но никого другого в тяжелый момент рядом не оказалось. Я и она. Все это время. Только вместе и выдержали. А сейчас...

- Все повторяется только со Строгановым, - Олег еще на середине рассказа шестым чувством учуял, к чему все шло.

- Да. Витя для нее не чужой.

- Знаю.

- Она не оставит его, пока тот не встанет на ноги. Она не сможет. Даже из-за тебя. - Елена Васильевна незаметно для себя перешла на "ты".

- Я не допущу этого. Есть сиделки, медсестры... Да кто угодно может быть рядом с ним!

- Моя девочка слишком хорошо знает, как трудно одному, - она закрыла лицо руками.

- Нет...

- Аля не сможет быть счастливой. Изведется.

- Сможет! Я приложу для этого все силы.

- Мне жаль.

- Я...

- Тебе придется ее отпустить.

Глава 22. Аврал

Аврал - работа на судне, в которой

принимает участие вся команда.

Морской словарь

Две следующие недели слова Елены Васильевны преследовали Олега во сне и наяву. Он не хотел никакого расставания. Даже на неделю или на день. Саша была нужна ему как воздух. Словно помешался. Однако события развивались по прежнему плану. Стоило врачам перевести Строганова в обычную палату, как Аля почти полностью поселилась там. Не было больше общих вечеров. Улыбалась она все реже, а чем ближе дело шло к выписке, тем сильнее стала отдаляться.

Олег злился. Чтобы отвлечься, клеил по ночам обои. Работал, порой в две смены. Коньяк и наполеоновские планы Рогозина не отвлекали. Ирма и Валдис не узнавали своего жизнерадостного шкипера. Сафронов готов был придушить Виктора собственными руками только за то, что тот родился на свет. Но тревожный взгляд глаз любимой женщины держал сильнее каната.

У Александры тоже хватало забот. Каким бы сговорчивым ни старался быть Строганов, но некоторые рекомендации врачей он не желал даже рассматривать. Хуже всего было с прогулками по коридору и ношением поддерживающих чулок. Их Витя отказался носить наотрез. Правая нога, из которой были взяты вены для шунта, отекала, места разрезов чесались, но больной упрямо стоял на своем: «Переживу и так!» Але и Анатолию Борисовичу потребовалось два дня, десятки аргументов и три ссоры, чтобы Строганов сдался и позволил натянуть на ноги «позорные гамаши».

Казалось, самое неприятное позади. В палате снова воцарился мир, но через неделю после операции появилась очередная причина для размолвки. Вместо обтирания врачи позволили Виктору принять душ. Как и следовало ожидать, постороннюю помощь упрямый больной принимать отказался. Александра в этот раз даже не спорила. Терпеливо ждала в комнате, когда он сам ее позовет, и только после того, как из ванной комнаты послышались цветистые проклятия, бросилась на выручку. К счастью, все обошлось. Медицинская помощь после душа не понадобилась. Однако оба участника конфликта не произнесли ни слова до следующего утра.

***

Этот день мало чем отличался от предыдущих. Договорившись с Алей о встрече в больнице, Олег заранее разобрался с текущими делами и приехал на место. В приемном покое было немноголюдно. Тихий час еще не закончился, и кроме персонала да пары посетителей рядом никого не было.

Поглядывая на часы, Сафронов смиренно ждал свою даму. Подпирал спиной стену и старательно гнал дурацкие мысли, которые упрямо лезли в голову. Получалось слабо. Из недр подсознания по-прежнему вещала об "отпустить" Елена Васильевна, а кислая физиономия Строганова светилась злорадной ухмылкой на заднем плане. Комплект начинающего мазохиста. Не помог сменить направление мыслей даже двойной эспрессо из автомата. Тот пованивал старыми стельками и на вкус был как помои. В результате гадко стало не только на душе, но и во рту.

Аля задерживалась. Из полученного сообщения, Олег понял, что она у лечащего врача, и решил двинуться навстречу. Найти кабинет Анатолия Борисовича не составило труда - в больнице за прошедшие дни он научился ориентироваться как у себя дома. Благо, и останавливать никто не стал. Фамилия Строганова за две недели стала среди младшего медицинского персонала именем нарицательным. С ним самим и с его посетителями никто не желал связываться без особой необходимости. Вот и сейчас необъятная вахтерша зыркнула на молодого мужчину недобрым взглядом, но посторонилась.

52
{"b":"589648","o":1}