ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

С 930 до 1300 состоялся семинар по обобщающей работе Смыслова. Этот семинар обязал провести начальник отделения Поповский. Всякий раз доклады Смыслова вызывают у меня тоску. Набиуллин и Рыбаков спокойно отсиделись на месте и не пошли на семинар, а мне пришлось идти на эту каторгу и терпеливо сидеть, борясь со сном. Задача Смыслова состояла в том, чтобы оправдать существование стенда ЭММ (Электро-Механическое Моделирование), который уже 13 лет занимает зал в гидробассейне – там стоит старый самолёт 23-11, нагруженный электромагнитами. Доклад был нудный, результаты старые и неинтересные, но выступающие стали его защищать. Первым выступил Минаев и произнёс парламентскую речь, говоря о том, что это важное научное направление ознаменовалось премией Жуковского и двумя докторскими диссертациями. Я долгодум, и только через два часа сообразил, что это неважный аргумент, так как в своё время Брежнев получил Ленинскую премию по литературе, но это не означало, что он литератор. Поповский требовал закрыть этот стенд, т. к. требуется 1500 руб в месяц для его (бесполезного) содержания.

В самом деле, в 1991г от военных достанется только 20 млн, от ГВФ – 12, фундаментальные исследования - 60, из них на прочность только 5. На трубы 15 (это уйдёт в НИО-2), а откуда брать деньги? Тут вмешался Камиль Исхакович Васильев: «Назовите, где ещё в НИО-19 есть действующий стенд? Ломать-то просто, а создать такой стенд заново невозможно, т. к. везде дефицит». Ульянов сказал, что такие дела должен решать авторитетный учёный, каким был Сер. Пав. Стрелков.

Уже наступил обед, а Галкин только ещё вышел выступать, и начал приклеивать графики к доске. Я запротестовал, но он воскликнул: «У нас свобода!» Я встал и ушёл. Минаев тоже.

Аня вернула фильм «Омен» (5½ час), который она показывала для 10-го и 11-го классов. Приходили молодожёны.

28 ноября 1990 года, среда.

Лабтам не работает уже третий день. Так что я занялся чтением прессы. Эдуард заканчивает написание отчёта по тематической работе (сверхзвук). Мосунов в Чехословакии. Рыбаков в ожидании Лабтам. Кузьмина занимается самостоятельно.

Сегодня осуществлено решение горсовета торговать по паспортам. Ира ходила в гастроном, туда пускают только с Жуковской пропиской. Раменские злятся.

На улице весь день идёт дождь, а небо такое тёмное, что в помещении приходится включать лампы, даже у окна.

В «Аргументах и Фактах» №47 опубликован проект конституции Российской Федерации. Я прочитал и наполнился гордостью, что с такой конституцией Россия станет цивилизованной страной. Однако не покидает чувство сопротивления со стороны центра: так и кажется, что стоит эту конституцию ратифицировать (референдумом), как указом президента её запретят.

Вчера вечером я снова возился с Немировским ВМ-12, попутно сравнивая со своим ВМ-12. Я всегда был уверен, что в любом деле не надо жалеть времени, чтобы разобраться. Даже в технически никчемном. Чем бы ты усердно не занимался, ты познаёшь Природу, а она безгранична во всём: и в мелочах, и в глубинах явлений. И вот я обнаружил такую вещь. Мой ВМ-12 уже 5 лет давал на экране какие-то странные шумовые помехи: едва заметную рябь, а теперь она исчезла и это произошло, как только я соединил ВМ-12 и ТВ ц266 лишним кабелем (это был радиокабель в добавление к видеокабелю), т. е. дело было в надёжном заземлении корпусов.

29 ноября 1990 года, четверг.

После блица, который с каждым месяцем становится всё малочисленней, развернулась небольшая дискуссия. Поповский предупредил, что на предстоящем совещании в 930 он поставит вопрос ребром: в пристройке нет хозяина, и научные работники останутся в 1991г без зарплаты. Он потребует назначить новых замов по научной работе. И вот в 930 начался расширенный президиум НТС. Снова обсуждали ЭММ Смыслова. Поповский просил выступать коротко и по существу – 5 мин. Но Смыслов проговорил 18 мин, с вопросами – 30. Потом Дорохин сказал, что их тематическая работа финансируется заказчиком, а заказчик – это 9-й отдел Минаева.

Заседание было прервано с 1055 до 1140 чествованием Э. Токарева, моего однокашника. Поздравляли со всех вертолётных заводов.

В 1140 заседание продолжили. Дискуссия велась между Минаевым, Галкиным и Стрелковым. Вопрос, конечно, тяжёлый. Стенд ЭММ занимает площадь более 200 м2, а на самом деле это подвешенный старый самолёт 23-11, и он висит уже 14 лет. За эти годы на нём велась научная работа, но практического выхода до 2000г не ожидается.

Амирьянц прочитал мой дневник и советовал о своей семье писать только всё хорошее, а плохое тщательно скрывать – так все делают. А я вспомнил, как посадили в тюрьму сына профессора Пархомовского за воровство и хулиганство. Я тогда удивлялся, почему у такого культурного отца так плохо воспитан сын. И даже презирал его за это. Теперь вижу, что от родителей мало что зависит. Надо делиться бедой.

30 ноября 1990 года, пятница.

Лабтам не работал всю неделю. Весь сектор погрузился в сонно-читальное настроение. Рыбаков читает свои газеты (обычно он только покупает, но не успевает читать), Набиуллин – детектив, а я – 2-й том «Тайного советника вождя». Только Кузьмина настроена по-деловому: она сочиняет свою программу. Мосунов в Чехословакии.

Утром, идя на работу, встретил Феликса Француза, и спросил его, не приезжал ли из Ленинграда его брат Эдик. «Он здесь уже второй день, и в субботу уедет». Тогда я в 9 час позвонил к ним на квартиру. Он оказался дома и обещал в 18 час прийти ко мне. Сегодня последний день работаем до 1751, но я не выдержал, и вслед за Наб и Рыб в 16 час ушёл домой, предупредив Эдика, чтобы уже выходил.

Я удивился, как он изменился. Исчезла борода, потускнели глаза (была операция на глаукому). Мы сидели с ним с 17 до 23 час, а в 2030 к нам присоединилась его дочь Ира. Сначала я ему продемонстрировал свои новинки: лазерный проигрыватель, квадрафонию, новые записи. Потом смотрели фрагменты из фильма «Николай и Александра», и целиком фильм «Назад в будущее» - 3 серия.

Мы поделились своими спортивными увлечениями. Оказалось, что он, как и я много плавает. Как-то он проплыл 150 км в год (кстати, я в сумме с Пицундой тоже). Я его хотел удивить тем, что за сеанс проплываю 1600 м, а он – 2000м! Прошедшее лето он провёл в санатории Кисловодска. Он с 9 час до 18 проходил пешком до 45 км, при этом пропуская обед. В нашем возрасте надо думать о сердце.

* * *

В этом ежедневнике встречаются чистые страницы без дат. До сих пор я их заполнял текущими делами, а на этот раз событий не хватило и я решил написать об одном друге, который промелькнул в моей жизни, как метеор. Это были 1981-85гг. И это было связано с джазовыми записями. Сначала был Головач в 1970г, и были джазовые пластинки. С 1974г у всех меломанов начали появляться хорошие магнитофоны: «Ростов-101» и т. п. Потом все начали повышать качество звучания. Появилась Долби-система, улучшающая диапазон на 10 дб. Этой системой оснащались магнитофоны высшего класса «Электроника ТА1-003», которые появились в продаже в 1980г, а сначала Долби появилась у радиолюбителей и умельцев. Головач рекомендовал мне знакомого, который делает Долби за 200 руб. Так я подружился с Макаровым, который, работая в институте Курчатова, весь досуг тратил на радиоэлектронику. Он из тех умельцев, которые всегда впереди ширпотреба. Кроме того, он увлекался джазом, и вот мы с ним поехали в Ярославль на джазовый фестиваль. Это было в марте 1981г. У него родители живут в Ярославле, и мы гостили у них несколько дней. Туда мы ехали на его Москвиче, он вёз дочку Настю, а я –аппаратуру, весом 40 кг. Фестиваль длился 4 дня. Нам вручили служебные пропуска с фотокарточками. Один из организаторов Фестиваля Раф Аваков был очень заинтересован в нас, т. к. мы были единственные, кто делал записи на серьёзном уровне. Всесоюзное радио и телевидение отказались ехать в Ярославль, и вся надежда была на таких любителей как я. Поэтому, когда я расставлял на сцене свои 4 микрофона, никто не возражал, а музыканты были даже довольны, поскольку могли получить свои фонограммы.

200
{"b":"589672","o":1}