ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Затем она поехала в отель, в котором Би-би-си забронировала номер для Мессенджера, и сняла отдельную комнату. Ральф предлагал ей назваться миссис Мессенджер и поселиться в его номере, но Хелен решила, что это будет слишком рискованно. Они пообедали в ресторане, словно случайно встретившиеся старые друзья, попрощались у стойки бара и разошлись по своим комнатам, чтобы потом встретиться в номере Мессенджера (они выбрали именно его номер, на случай если кто-то из детей захочет позвонить ему), где провели безумную ночь. В половине седьмого утра к отелю подъехала машина Би-би-си. Потом Хелен смотрела выступление Мессенджера по телевизору, где он подробно рассказывал, как работает «Дип Блю» — мгновенно просчитывает последовательность ходов игрока, и как работа машины отличается от интуитивных методов игры человека. Хелен поразило, каким свежим и собранным казался Ральф после их бурной ночи.

Как любовник, Ральф сильно отличался от Мартина. Мартин большое внимание уделял прелюдии, а сам акт был довольно быстрым. С Мессенджером все было наоборот. Он предпочитал быстро входить в нее и любить долго, в разных позах, а когда наконец достигал оргазма, Хелен успевала уже несколько раз кончить. Своими мощными ручищами он с легкостью переворачивал Хелен, заставляя ее принимать то одну позу, то другую, как борец, выполняющий захваты. Иногда ей казалось, что под его напором она превращается в беспомощный, трепещущий комок ощущений, который стонет от наслаждения, молит о пощаде и, точно побежденный борец, шлепает ладонью по матрасу.

Но вчера побежденным оказался он сам. Он зашел к ней по пути с работы домой, прихватив с собой несколько книг по сознанию, чтобы иметь в руках алиби, если неожиданно кого-нибудь встретит. Он не мог остаться надолго — хотел успеть на ужин, который в тот раз готовила Эмили. Едва перешагнув порог, он стал тут же раздевать Хелен. Они поднялись в спальню, и вдруг оказалось, что у него ничего не получается. Он сразу же пал духом.

— Не волнуйся, — сказала она, — это психология. Не нужно было так спешить.

— Мы и раньше спешили, — ответил он.

— А может, ты в последнее время слишком злоупотребляешь? — шутливо осведомилась она. — Не многовато ли для пятидесятилетнего мужчины?

Он фыркнул:

— Ерунда, все из-за той курицы с чили в служебной столовой. Целый день несварение.

— Ты часто жалуешься на несварение, надо с этим что-то делать.

Хелен удивилась собственному тону — она говорила, как жена, и это открытие внезапно заставило ее замолчать. Но, кажется, он пропустил ее слова мимо ушей и сказал:

— Мне нужна только пара таблеток «ренни».

Он быстро оделся, поцеловал ее и ушел. Хелен решила принять ванну. Время от времени открывая пальцами ноги горячий кран, она спрашивала себя: «А не влюбилась ли я в Мессенджера?» Он привлек ее внимание с первой же встречи в гостиной у Ричмондов, но язык не поворачивался назвать это любовью в традиционном смысле (типа «жить без тебя не могу»). То же самое и с Ральфом: вряд ли он испытывал подлинное чувство, когда признался ей в «любви» в тот день, когда пришел помочь ей с электронной почтой. В первый раз она переспала с ним ради эксперимента. У нее голова шла кругом от встречи с Кэрри и Николасом Беком в Ледбери и последующих признаний Кэрри в Буртоне. В этом новом свете Хелен вдруг показалось, что ее отказ Мессенджеру был бессмысленным. Если у Кэрри роман с Николасом, то почему бы и ей самой не пофлиртовать с Мессенджером? Ситуацию упростил отъезд Кэрри в Калифорнию. Чем дольше отсутствовала Кэрри (ее отец понемногу поправлялся, и она ухаживала за ним), тем крепче становилась связь Хелен и Ральфа. Все эти три недели они старались использовать любую возможность для занятий любовью. Хелен удивлялась, что никто из ее знакомых, похоже, не подозревал. Неужели студенты не разглядели в ее поведении и словах отзвука пробужденного желания? Неужели никто из коллег Мессенджера не учуял исходящего от него аромата секса, когда он в очередной раз опаздывал на важные заседания? Разве никто не заметил, как часто они вдвоем исчезают из поля зрения в одно время. Получалось, что нет. Хелен подозревала, что лишь Сандра Пикеринг заметила в ней перемены. Иногда, приходя на урок после свидания с Ральфом, Хелен чувствовала, как Сандра украдкой внимательно изучает ее. Все остальные, казалось, были слишком заняты собственными личными или служебными проблемами, чтобы обращать внимание на поведение Хелен и Мессенджера и делать из этого соответствующие выводы.

А тут еще выборы, о которых ходило столько разговоров. В день выборов Хелен с Ральфом были у Гловеров на вечеринке, но почти не говорили друг с другом. Сразу после объявления результатов (победили лейбористы) они ушли порознь, договорившись встретиться у Хелен. На следующий день, когда знакомые спрашивали Хелен, что она думает о сенсационном поражении тори, она сконфуженно отвечала: «Не знаю, я рано легла спать», — надеясь, что румянец ее не выдаст.

В тот раз Ральф ушел домой рано утром, Хелен надела халат, заварила чай и около часа просидела перед телевизором. Она смотрела, как лейбористы празднуют победу на Южном берегу, приветствуя нового премьера-министра вместе с его супругой, и жалела, что не приняла участия в таком важном историческом событии. Она не голосовала и совершенно не следила за предвыборной гонкой по телевизору, полностью окунувшись в личную жизнь. Ее чувство вины усилилось, когда она увидела чету Блэров, окутанную аурой добродетельной супружеской любви. Мессенджер успел проголосовать (за либеральных демократов, в Челтнеме) и считал результаты выборов меньшим из возможных зол. Он глубоко презирал политиков и политику, считая их таким же проклятием для современности, каким раньше, по его мнению, была религия. «Только подумай, сколько горя принесла политика Центральной Европе, России, Китаю и Африке!» — часто вздыхал он. Хелен спросила, уж не анархист ли он, и оказалось, что он верит в старомодную идею преобразования мира с помощью науки. Политике как стремлению к власти он противопоставлял науку как стремление к знаниям и считал, что всевозможные формы псевдознания, начиная с богословия и кончая структурализмом, пытаются навязать людям ложную картину мира при помощи политики. После секса он говорил очень убедительно (а это была постоянная тема их разговоров).

Теперь, когда Кэрри должна была вернуться со дня на день (ее отца выписывали из больницы, но он требовал постоянного домашнего ухода), Хелен уже не могла витать в нескончаемых эротических грезах. Встречаться под носом у Кэрри с ее мужем было сложно физически и морально. Пока Кэрри не было, Хелен старалась не думать о ней как о сопернице. Но теперь Кэрри вновь обретала права жены, матери и домохозяйки, так что Хелен автоматически отступала на второй план. И то, что у самой Кэрри был любовник, не имело уже никакого значения. Вот почему Хелен пыталась понять, любит ли она Мессенджера на самом деле и что это может за собой повлечь. Может, просто разорвать отношения в конце семестра, когда окончится ее работа в Глостере? Ее сердце тотчас ответило: «Нет». Остаться любовницей Ральфа и от случая к случаю встречаться с ним в Лондоне во время его командировок? Или сопровождать его в поездках за границу? Она представила, как будет сидеть в номере какого-нибудь шикарного отеля, с корзиной фруктов и бутылкой шампанского в ведре со льдом, и ждать, пока Мессенджер, наконец, заскочит к ней после очередной конференции или приема. Такая перспектива ее особо не вдохновляла. А вдруг (подумала она помимо воли) Мессенджер и Кэрри разведутся, и он женится на ней? Это казалось заманчивым, но как только она представила себе все горе маленькой Хоуп, так тотчас отогнала от себя эту мысль. Впервые за несколько недель ее охватило очень неприятное чувство. А что, если Мессенджер сегодня не смог возбудиться из-за того, что думал о скором приезде Кэрри?

28

Ральф возвращается домой, Эмили уже давно на кухне с Грегом — неуклюжим восемнадцатилетним парнем, который боготворит и в то же время побаивается Ральфа, стараясь как можно меньше говорить в его присутствии. Оба сидят на корточках перед духовкой, разглядывая мясо сквозь стекло.

57
{"b":"589674","o":1}