ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

А положение сейчас таково, что я «берусь “поднять” любой завод и провести на нем резолюцию недоверия Советской власти. Я могу это сделать на любой фабрике, на любом заводе, и по очень простой причине: стоит только в концентрированной форме преподнести все безобразия, которые имеются налицо (неправильная выплата заработной платы и много подобных вещей)… Но никто из коммунистов этого не делает, потому что мы этим поднимем такую стихию, которая перельется через наши головы»1340.

Центральный Комитет партии, во главе которого «стоят наиболее заслуженные товарищи, ближайшие ученики Ленина», прилагает огромные усилия для того, чтобы стабилизировать положение, решить наиболее сложные проблемы. И напрасно оппозиция приписывает себе заслугу в привлечении внимания к этим проблемам.

«Работа комиссии по “ножницам”, — перечисляет Бухарин, — привела к снижению цен, к политике понижения торговых цен и изменению торговой политики наших синдикатов. Далее, в результате работы комиссии ЦК по заработной плате был принят целый ряд резолюций…, которые ставили наши губкомы под ответственность, чтобы заработная плата выплачивалась вовремя. Была создана и комиссия по внутрипартийному строительству»1341.

И когда в этот момент некоторые оппозиционеры начинают приписывать ЦК «ряд смертных грехов», намекают на возможность перерождения, на то, что «и ученики Ленина могут пойти по ложному пути, это уже принимает опасный актуальный характер, это не есть теория, рассуждение, а это имеет определенный политический смысл. И этот смысл как раз и опасен для нашей партии»1.

Всю свою кампанию оппозиция проводит под лозунгом: «долой аппаратчиков». Для них само слово «аппаратчик» — клеймо, это чиновник, бюрократ, это «второсортный, с точки зрения коммунистической, непорядочный элемент.

…Такая постановка вопроса, — считал Бухарин, — была бы разрушением нашего государственного аппарата», т. е. потерей управляемости страны. «Если наш государственный аппарат представляет из себя аппарат, покрытый язвами, то мы можем и должны лечить его путем нашего партийного аппарата… Помните, что среди этих аппаратчиков есть очень и очень заслуженные товарищи, стоящие на высоких постах… Лечите его, принимайте меры со всей решительностью, но не доводите до того, чтобы этот аппарат развалился»1342 1343.

Что же касается вопроса о роли и месте молодежи, поставленного Троцким, то «разница между “стариками” и молодежью, есть не просто возрастное различие, у нас это не есть разница лет, не только разница чувств, разница характеров, — здесь есть нечто большее…

..Живая партия должна постоянно сохранять преемственность между поколениями… Но, товарищи, с другой стороны мы должны совершенно ясно видеть, что это [молодежь — ВЛ] есть слой, который больше чем какой-либо другой слой, может быть захвачен волной перерождения… Их идеология не прошла той школы, которую прошла старая гвардия… Молодежь, она, может быть, в большей степени подвержена влияниям чуждых нам прослоек»1344.

Завершая выступление, Бухарин сказал: «Наша страна за два года, причем один год наша партия была без главного руководителя — Владимира Ильича, оценивая эти два года мы вправе сказать, что наш Центральный Комитет даже без Владимира Ильича выдержал экзамен… Вывел страну на гораздо более широкую дорогу, чем она была два года тому назад. (Аплодисменты.)»1345.

Бухарину не менее пространно отвечал Преображенский. И так было на большинстве дискуссионных собраний, где представителям ЦК оппонировал кто-либо из оппозиции. Это, в определенной мере, напоминало практику подполья, периода становления большевизма, когда в рабочие с.-д. ячейки приезжали представители «большинства» и «меньшинства» и группы, организации, комитеты РСДРП самоопределялись в своей позиции.

Но в сравнении с теми временами была, впрочем, и существенная разница. Теперь представители ЦК имели в резерве то, что ныне называется «административным ресурсом». Когда стало очевидным, что в ряде вузовских, учрежденческих и армейских организаций все-таки проходят резолюции оппозиции (а они публиковались в «Правде»), были приняты соответствующие меры.

29 ноября, по предложению Сталина, Политбюро обязало редакцию «Правды» пересылать в Секретариат ЦК для членов Политбюро еще не опубликованные резолюции — для отбора тех, которые пойдут в печать. Тогда же заведующим отделом партийной жизни «Правды» назначается помощник Сталина А.М. Назаретян, а в подмогу ему Зиновьев присылает из Питера Георгия Сафарова1.

17 декабря Сталин пишет Кирову в Баку: «Дискуссия в Москве за последние дни приняла неприятных характер склоки, заостряясь не столько вокруг определенных положений, сколько вокруг отдельных личностей, особенно вокруг т. Троцкого. Преображенский, Радек и др., проиграв борьбу на принципиальной почве, стараются теперь в своих выступлениях доказать, что дело идет собственно не о демократии, а о вышивании т. Троцкого из ЦК.

…Мы думаем, что крупнейшие наши организации, вроде Харьковской, Екатеринославской, Донбасской, Ростовской, Бакинской, Тифлисской, Нижегородской, Иваново-Вознесенской и пр., — должны обязательно отозваться. Следовало бы, по нашему мнению, взять за образец заявление Питерской организации, провести его… и немедленно направить резолюцию в “ПравдУ’ и ЦК. Сделать это нужно немедленно»

Это было сделано. И хотя Назаретяна обвинили в тенденциозности и фальсификации некоторых резолюций, несомненно, что «ресурс» сработал и крупнейшие пролетарские организации поддержали ЦК против оппозиции. В той же Питерской организации, на которую Сталин указывал, как на образец, из собравшихся трех тысяч коммунистов против резолюции в поддержку ЦК проголосовали лишь пять, а воздержались семь1346 1347.

Казалось бы, на том дискуссию можно было бы и закончить. Однако публикация в «Правде» полемических статей обеих сторон продолжалась, причем накал страстей — с переходом на личности — все более обострялся. А под Новый год на свет извлекается упоминавшееся выше письмо Троцкого от 24 октября, и девять членов и кандидатов в члены Политбюро 31 декабря подписывают обширный документ целиком посвященный Троцкому.

Документ состоял из 10 глав, в которых анализировались расхождения Троцкого с Лениным в период Бреста, профдискуссии, вокруг политики НЭПа, разногласия по монополии внешней торговли и национальной политике, а также приемы фракционной борьбы Троцкого и его сторонников против ЦК1.

Возможно, появление этого документа ускорила статья Троцкого «Новый курс. Группировки и фракционные образования», появившаяся в «Правде» 28 декабря. В ней он стремился доказать, что поскольку РКП(б) является единственной в стране правящей партией, в ней всегда будут возникать разные мнения по разным вопросам. И преодолевать эти разногласия необходимо путем демократического обсуждения и дискуссий, а не зачислением инакомыслящих в антипартийные фракции.

Заметим, что в данной работе ни в коей мере не ставится задача проследить всю историю внутрипартийной борьбы в

1923–1924 годах. Она затрагивается лишь в той мере, которая необходима для уяснения некоторых вопросов биографии Ленина. И первый вопрос, который в этой связи встает перед исследователем — в какой мере Владимир Ильич был информирован о ходе проходившей дискуссии.

вернуться

1340

Там же. С. 318.

вернуться

1341

Там же. С. 316.

вернуться

1342

РКП(б). Внутрипартийная борьба в двадцатые годы. С. 320.

вернуться

1343

Там же. С. 318.

вернуться

1344

Там же. С. 319.

вернуться

1345

Там же. С. 324.

вернуться

1346

См.: РКП(б). Внутрипартийная борьба в двадцатые годы. С. 345.

вернуться

1347

Там же. С. 345, 350, 351, 362.

165
{"b":"589684","o":1}