ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

По утру быхом у горы Фаворской[236], юже Иосиф «О древности» в книгах пятых, в главе 1 и в книгах 4-х, в главе 2, «О войне жидовской», Итувириум или Итавирикум (Itubirium albo Itabiricum) зовет. Гора есть зело высока, дивною красотою кругла сотворена, тако, яко паче рукою человеческою усыпана и изображена видится, нежели от природы. Понеже на исподе идет вкруг камень серый венцем, по нем такожде венцом вкруг зеленых различных много кустов, что от долу к верху зря, посреде[237] яко венец, нарошно от ково увитый видится! На самом верху церковь есть не добре велика, между двемя часовнями, от царицы Елены состроена, где Господь наш преобразитися изволи. И оставив гору Фавор, видели издали в правой стране град Сефет[238] (Товия в главе первой) на горе зело высокой, где царица Есферь родилася. Живут тамо жидове; поведают, что их есть многое множество. Мало далее отшед, видеть также на горе разореный град Махеронт, греки его зовут Севаст, где святому Иоанну глава усечена[239] беша, и посады великия под горою, но ныне уже пусты. Показуют вне того града малые врата, ими же веден бе [св. Иоанн] на смерть. Оттоле к нощи на стан (nocleg) пришли ко граду Зиню[240] широкому, в нем же есть воевода (sędziak), которой готовился на войну. Под тем городком есть посад, где жидове живут. А хотя турком вера их запрещает вино пити, но пота свой закон хранят, пока им не прилучится такова питья достать[241]; что [мы] явно в сем городку искусили (doświadczyli), егда к нам некий началник[242], друг янычарина нашего, добре знаем пришел. Стали было (stanęliśmy byli) в конюшне смрадной, для чего искахом иного подвория, в чем нам помог сей друг янычаринов, яко и обрели. Для того за труды мушкатию (muszkatelę), юже ради янычар бочечку не одну имех всегда готову, крепко пил, руки прикладая, очи на небо возносил. Для чего приказали (upomnieli) нам янычаре, видя, яко пьян зело бысть, чтоб мы его ис конюшни не пущали, дабы пиянства не увидели граждане. Понеже таковаго пития тамо продажнаго не было, удобно бы могли проведать, в котором месте пиян напился, за что бы пеню платить[243] и в тюрме сидеть принуждени были. И для того хотя было нам на иное подворие приеждать, ради его не поехали, ожидая часа с четыре, чтобы проспался, и заметали его одеждами, чтобы иные турки пьяного не увидели.

По утру у Сихара встретили есма воеводу (sędziaka) в начале (w samych granicach) Самарии[244], который ехал[245] с тремя сты конных в Персию землю на войну: седел на гнедом коне, в червчетой камке (adamaszku), в челме имел струфокамилово перо серое, чол книгу; за которым ехало сто человек конных мауров мамалуков, людей силных и бойцов. Мы, по обычаю странников, слезли с лошадей и ниско челом ударили. Поведали сами турки, яко мы в том щасливы, что он нас в Сихаре не сретил, занеже к странным человек есть жестоки и недавно некиих долго в тюрме держал, даже (aż) их купцы апамейские и триполитамские (Trypolitańscy) трема сты цекинов искупили[246]. Едва мы их минули, абие посла за нами, чтоб мы ему мыто дали, и тако всяк дал по две цекины, в чем нам янычаре великую помощь подали, что от нас вящши не истезали; то мыто выбирали от нас два Самаряне в поли, которые в красных челмах ходят, а хотя обрезуются, однако вера их з жидовскою не сходится.

Сихарь[247] лутчий есть град Самарии, о котором во Евангелии святаго Иоанна, в главе четвертой глаголет, между Гарисима (Garyzym) и Гебаля (Hebal) горами лежит, турки оный зовут Неаполим (Neapolem); под горою ростянулся зело, люден, имеет различных овощей изобилие, и ни един жидовин тамо не живет, ниже мимо ходя приставает, и тако с собою не согласуются[248]. И з утра отъехав полтретьи версты (poł mili) и съехав в сторону на стрелбище лучное[249] (na iedno z łuku strzelenie) видели кладезь[250], у котораго Господь наш с самарянынею глагола; заметан ныне камением; однако, знать мощно, и турки сами его почитают, что велий пророк (яко они Христа зовут) почерпе из него воду. Христиане тамо, по обычаю, припад на колена, «Отче наш» глаголют и землю целуют. От того кдадезя ехали ниским полем, зело дивным и хлебородным, которое бе Ияков Иосифу[251], сверх его доли, дал. По правую страну есть село гараздо людное, егоже и до ныне селом Иосифовым зовут. А потом пятьнадесять верст (trzy mile) отъехав, о полднях стали на дворе стоялом (karwaseryi), откуду уже жидовская[252] земля начинается.

А хотя обет Господень ни коего сумнения не имеет и имети не может, однако в сим зде углу света, который жидовин от него за изобилованный обетован бе, — явно видети всяк может. Галилея хлебом и всякими плоды изобилованна[253], поля хорошие имеет, хотя их горы проходят. Самария не добре высокия имеет каменные места (skały), однако огородов много и круглых и ровных доброродных долин много также; виноградные огороды такоже зде суть частые и зело хорошие. А занеже толь изобилный сей уезд (powiat), для того и люден. Но июдская (Iudzka) земля хотя не столь хлебородна, понеже камениста и гор каменных зело великих[254] много имеет, однако масла и иных плодов, наипаче вина, неизреченным изобилием родит. Убо от пределов ея начав, еже ко Иеросалиму (что 35 верст (7 mil) будет)[255], стены каменные, имиже огороды виноградные обведены были, видится, яко некие ступени, с исподи гор даже к самому верху восходящие, почему ми[мо] шедших лет множество виноградных огородов и вина изобилие знатно. Около Ерихона[256] такоже всякого изобилия и плодов (наипаче фиников (daktylow) и им подобных и лекарских вещей, которые теплых стран требуют) и вина суть великие знаки, тако, что не всуе сам Господь Бог тую землю млеком и медом изобилну нарицает. Отъехав в той земли пятьнадесять верст (mil trzy), видели есмы источник[257], при котором Пресвятая Богородица (возвращаяся из Иеросалима) седе и позна сие, что отрочате Иисуса между иными не бе (о сем глаголет Лука евангелист, гл. 27). На горе видеть церковь и монастыря девичего, который постави царица Елена, валины (waliny).

Оттоле отшед десять поприщ (dwie mile), видехом град святый Иерусалим, и Господу Богу, яко нас сподоби видети, благодарение сотворихом. Всяк из нас «Отче наш» и «Радуйся, обрадованная Мария» (Zdrowaś, Marya), получения ради оставления грехов, иже престол апостолский[258] впервые зрящим сей град святый поволи, проговорил. Пять поприщ (mila) от града в лево, недалече дороги есть городок Саулов[259] Габда (Gabaa), о нем же в книгах Царств [1, гл. 10] Писание глаголет; уже разорен и пуст, одна толко башня, едва не вся цела стоит. Полтретья поприща (połmili) отшед, встретили есмы арапов разбойников[260]: бе их конных человек 25; един из наших янычар ехал к ним и с ними глаголя; потом егда разъехалися, поведа нам чрез толмача, чтоб мы тому яныченину били челом, за которого прошением смерти ушли. Сам твердил янычанин, что тех арапов знал гараздо, егда с ними не малое время розбивал, которые люди беша жестокие[261].

вернуться

236

ib.: «Фаворская гора».

вернуться

237

На поле: «лист 55».

вернуться

238

«Сефет град».

вернуться

239

ib.: «где святаго Иоанна усекнуто».

вернуться

240

ib.: «Зиня град».

вернуться

241

ib.: «вера Махметова известна».

вернуться

242

ib.: «лист 56».

вернуться

243

ib.: «здравый совет».

вернуться

244

На поле: «Самариа».

вернуться

245

ib.: «57 лист».

вернуться

246

ib.: «добродетель турская».

вернуться

247

ib.: «Сѵхарь».

вернуться

248

ib.: «лист 58».

вернуться

249

В подлиннике ошибка: «лунное».

вернуться

250

На поле: «студенец самаряныни».

вернуться

251

Быт. Гл. 48.

вернуться

252

На поле: «иудейская земля».

вернуться

253

ib.: «жив[н]ость земли обетованныя».

вернуться

254

ib.: «лист 59».

вернуться

255

ib.: «сие удивително!»

вернуться

256

ib.: «Ерихон».

вернуться

257

ib.: «источник Божия Матере».

вернуться

258

«60 лист».

вернуться

259

ib.: «Саулова твердыня».

вернуться

260

ib.: «небезбедство».

вернуться

261

После этого в старинном переводе осталось непереведенным следующее место: Baczyliśmy na ten czas w boluku naszym pewne a niewątpliwe znaki trwogi i boiaźni: okazowały się bladą twarzą i drzeniem, gdyż i mowić nie mogł. Bo Arabowie, iako się iuż pisało, Turkom nie przepuszczaią, i owszem łacniey chrześcianom, niżeli im, daią pokoy. To есть: «Тогда мы заметили в извощике нашем ясные и несомненные признаки большаго страха: он побледнел, задрожал и даже не мог говорить. Как уже было сказано, арабы не дают спуска туркам, и скорее оставят в покое христианина, нежели турка».

14
{"b":"589687","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Семь сестер
Сохрани мой секрет
Неправильный мертвец
Время порядка. Эти правила изменят ваш дом. И вашу жизнь
Цветы для Элджернона
Континентальный сдвиг
Похищенная для дракона
КРОУ 4
Женись на мне до заката