ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Бестия, или Сделка на тело
Застолье Петра Вайля
Игрушка демона
#Selfmama. Лайфхаки для работающей мамы
Награда для генерала. Книга вторая: красные пески
Подземный художник
Маша и Тёмный властелин
Легенда о Первом Дзёнине
Тонкая грань между нами

— Я, кажется, начинаю понимать, — медленно проговорил Рин каким-то изменившимся, странным голосом. Сначала он стоял неподвижно, потом обернулся к ней. — Ты — мой наблюдатель.

— Да ладно!

Он кивнул:

— И ты наблюдаешь за мной.

— Вот это серьезная проницательность, — широко оскалилась Кей. — Неужели сам догадался? Как к этому пришел? Эмпирически или теоретически?..

Рин пододвинул к себе стул, сел.

Кей остановилась, скрестила руки на груди и наклонила голову, мол, а дальше что? Что он намерен делать?

— Может, запрешь входную дверь? — попросил Рин.

— Зачем?

— Как хочешь.

Он стянул рубашку и бросил рядом, на кровать.

— Чего это ты удумал? — Кей нахмурилась. — Стриптиз? Какой-то вялый.

— Да нет, уже… не очень.

Зазвенела ременная пряжка, пропела молния.

Кей рефлекторно закрыла глаза, затем уставилась на него, как на диковинную зверушку:

— Так, ладно, давай оставим в покое всю дикость ситуации, гребаный ты извращенец, но это что… правда? До… гкхм, аж вот так? — она сощурилась. — Много чего я видела, но… Как это вообще? Как ты с этим живешь?

Рин закатил глаза:

— Нормально живу. Плюс, я же сижу, и согнут. Но я не такой реакции ждал, если честно. Собственно, ты не стесняйся, просто… наблюдай.

— Парень, если тебе негде… себя… э-э… развлекать, зачем ты сюда пришел?

— В отчете эта сцена найдет какое-то отображение?

— Я, право, даже не знаю, — Кей подошла к двери и защелкнула замок. — Это, конечно, дурдом. Ты странный.

Он продолжал свое сомнительное действо. Кей старалась не опускать взгляд, но и без этого было на что посмотреть. Рейнхард увлекся: прикрыл глаза, закусил губу, запрокинул голову. Отбросил волосы за плечо — видно было, что они намокли от выступившего пота.

Кей почувствовала, как организм предательски реагирует на предоставленное зрелище. Но это не значит же, что надо идти и помогать.

— Эх, где же камера, когда она так нужна, — Кей уселась на край кровати, раз стул занят. — Девки с руками оторвали бы.

Рин взглянул на нее из-под полуприкрытых век, расслабленно улыбаясь. Мокрая прядка шла от виска ко рту — он убрал ее пальцами, которые тут же облизал и вернул в дело.

— Ты продолжай, продолжай, — Кей покивала, — недурно у тебя получается. В конце концов, окажешься на мели — долго там не продержишься.

— Ты… извини… что не очень-то… театрально… — Рин на секунду закусил порозовевшую нижнюю губу, — кстати, угадай, кого я представляю. Настоящей… действительно… не хватает.

— Что же поделаешь, — она развела руками, потом подперла голову ладонью. — Как неумолимы порою пути судьбы.

— Помоги мне.

— Я могу только стукнуть тебя, если на то пошло.

— Этого я не против, но ведь нельзя так уж сразу, — он лукаво улыбнулся.

— Может, тебе еще и парадную форму дать поносить?

— Боюсь, в плечах не налезет. А ты смотри-смотри… Тебе же нравится… Неужели… тебе… не хочется…

— Мало ли, что мне хочется, — сурово ответила Кей.

Абстрагируясь от дикости и невероятности происходящего, она признала, что что-то в этом есть. На него и в самом деле было приятно смотреть. Из-за того, что он был достаточно далеко, она чувствовала себя в безопасности, и одновременно воображение вовсю подсовывало ей разнообразные сцены, где он, большой и жаркий, льнет к ней, тяжело придавливает к стене, касается там, куда лезть ему никак не следует, и затем… Бороться с воображением оказалось не просто.

— Ты дышишь чаще, чем тебе хотелось бы, — Рин легкомысленно усмехнулся.

— Ну я ж не каменная, в конце концов.

— Я… уже… скоро…

— Так-так, на этом этапе я лучше выйду, — Кей поднялась.

Замерла, глядя на него сверху вниз. Он был в тот момент предельно уязвим — так казалось. Вместо того чтобы идти к двери, Кей поддалась секундному порыву и подошла ближе. Протянула руку, коснулась его мокрых спутанных волос. Он потянулся за ее пальцами — так естественно, так плавно. Приоткрытые губы были влажными. Он потерся щекой об ее ладонь, — кожа горячая, словно нагревшаяся на солнце, ресницы слиплись.

Кей наклонилась и поцеловала его.

Он поднялся со стула, не прерывая поцелуя, уперся в Кей, прижался к ней голым животом, гладя теплыми мягкими пальцами ее скулы, шею и волосы.

Кей чувствовала, что голова кружится от этого поцелуя и она теряет над собой контроль: ноги вдруг ослабели и стали подкашиваться. Рин казался горячим, словно свечной воск. И совершенно запретным. Он пах потом, летом, вином и снегом. Он словно заполнил собой весь видимый и осязаемый мир — остались только эти бездонные объятия. Притяжение будто исчезло тоже, сменившись дурманящим ощущением невесомости. Комната, мир за окном, прошлое и будущее померкли, время замерло. На секунду все, в чем она сомневалась, стало простым и ясным, правильный ответ вырисовался слишком четко. И, более того, откуда-то взялось странное, щемящее чувство: дороги назад не будет, это все — навсегда.

Кей широко распахнула глаза — отчего так? Откуда все это взялось? Что он такое? Как?..

— Ты — мой океан, — прошептал Рин, глядя на нее. — И пламя, что я храню в своем сердце.

От этих слов ей стало страшно. По-настоящему страшно: неясный, холодный ужас пробрал до печенок. Нет, она не испытывала такого, когда прыгала с края магической стены, доверившись зачарованному крылу; не настолько испугали ее жирные черные твари, несущиеся быстрей машины; не так страшили пустые глаза идущих через ночной лес смертников. Слова Рейнхарда — наивная патетика, чистейший пафос, искренняя простота, — но почему от них все внутри сжимается? Откуда лезет эта глубинная, черная жуть?

Наверное, дело в том, что она не может принять ответственность за эти его чувства. Если он говорит правду. И не сможет простить ему, если он лжет. Зачем говорить такое? Зачем все менять?..

— Это… из какой-то песни? — Кей уткнулась ему в ключицы лбом, пытаясь скрыть дрожь.

— Это то, что я чувствую, когда обнимаю тебя.

И ужас почему-то прошел. Будто весь исчерпался, кончился. Словно она достигла какого-то внутреннего равновесия — или просто маятник замер сам по себе. На сердце сначала стало пусто, а потом как-то неуверенно, трепетно затеплилось в глубине черной бездны отражение далекого света — эхо надежды, знамение радости, которую очень легко спугнуть.

Ладно. Пускай. В любом случае — это того стоит.

Попросту не может такого быть, чтобы все это оказалось зря.

Иногда, наверное, нужно позволить себе заглянуть за предел. Кей взглянула и поняла: она никогда не пожалеет о том, что случилось этой ночью.

Она мягко отстранилась.

— Рейни, — Кей посмотрела на него, потянулась и провела пальцами по его щеке. Он поймал ее руку и поцеловал в ладонь. — Ты очень… нежный.

— Славно, что ты заметила.

— Я долго за тобой наблюдала, — она прикрыла глаза, чувствуя, как накрывает горячей волной, когда он целует ее шею. Зарылась пальцами в его волосы. — И все никак не пойму… Ты вообще… настоящий?

— Пока ты смотришь на меня, я существую.

Они встретились взглядами. Кей не позволила себе и тени насмешки. Он верит в то, что говорит. Он вот такой — это его истина, эти вот глупые фразы, это то, как он себя понимает. За колкой стеною льда он, оказывается, наивен. Раним? Нет, хрупок. Видеть и понимать это невообразимо страшно. К тому же, Кей казалась себе настолько неподходящей кандидатурой для подобных признаний, что хотелось сказать ему: "Рин, ты ошибся. Ты перепутал что-то". И в то же время… Хорошо, что он не стал говорить никаких слов о любви. Кей обняла его напоследок крепко и сказала:

— И все же на этом стоит закончить.

— Уверена?

— Да. Я всегда буду помнить о тебе, о том, каким ты можешь быть — об этой твоей грани настоящести. Что бы ни случилось. Но это не отменяет… — она вздохнула. — Слова есть слова, и только. К сожалению. И если в итоге все сложится так, как я думаю — что ж, уже случившегося будет достаточно нам обоим. Если же ты говорил правду… мы можем продолжить, когда вернемся домой.

133
{"b":"589696","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кристалл преткновения
Как выучить словарные слова с удовольствием
Пентаграмма
Прикладная кинезиология. Восстановление тонуса и функций скелетных мышц
Сочини мою жизнь
Незримые нити
Любить считать. Как построить крепкие отношения на основе финансовой независимости
Секреты спокойствия «ленивой мамы»
Любовь без гордости. Навеки твой