ЛитМир - Электронная Библиотека

Пройденное сокращенным путем расстояние сорвало с лиц Рейнхардову иллюзию. Кей ощутила, что ноги ее по колено погружаются в воду, следующий шаг был уже по ровному камню, а следующий — по вязкому илу.

Внутри было плохо, холодно, тошно, ее начал бить озноб, но в следующий миг лихорадка кончилась — мир остановился, покачнувшись, и она вынырнула из стремительной круговерти в мокрую душную тьму.

Дождливая ночь кипела вокруг миллиардами пузырьков на бесконечной водной поверхности. Друзья казались просто черными силуэтами на фоне серого сумрака — и все стояли в воде по колено.

— Пришли, — сказал Найк. — Вот вам те руины в центре Явера.

Присмотревшись, Кей увидела впереди торчащие из воды камни.

— Идем туда, — скомандовал Рин.

Они пошли вперед в полной темноте, с трудом переставляя ноги, утопая в иле и размякшей грязи.

Когда они подошли ближе, стало понятно: камни эти огромны. Еще более черный, чем дождливая ночь, ближайший к ним был высотой, по меньшей мере, в три человеческих роста.

Где-то вдалеке сверкнула молния, и через несколько секунд ей ответил едва слышимый из-за дождя гром.

— Эти камни образуют неправильный гнутый ромб, — сквозь дождь громко проговорил Найк. — Если пойдем от этого… попадем в его центр или рядом.

— Веди, — сказал Рин.

Кей снова пошла последней, часто оглядываясь назад. И в один из таких моментов она с горечью поняла: нет, не проскользнули. В небе над поднимающейся водой тускло блеснули огни взлетающих вертолетов.

— Скорее! — закричала Кей. — Бегите, времени больше нет!

И началась сумасшедшая гонка по черной воде. Найк подхватил Никс на плечо, Рин спешил следом. Потом он остановился и, приложив ладони к воде, заставил вспенившееся болото застыть длинной белой стрелой, уходящей, кажется, в горизонт. Бежать по вздыбленному льду было все же легче, чем по илу, но Кей понимала: еще чуть-чуть — и все. Вертолеты приближались стремительно.

Да где ж там уже эта середина ромба? Где это сердце Явера?

И вдруг дождь кончился.

Вода успокоилась вмиг, словно кто-то пригладил рукой складки на ткани. Вот, казалось, шаг назад — и стена дождя, в ней мчатся им наперерыв вертолеты… Но некогда было думать, они бежали изо всех сил к сердцу озера Явер.

Тут вместо дождя по поверхности озера заструился белесый туман, такой плотный, что, казалось, он в состоянии схватить беглецов за ноги и съесть. Не останавливаясь ни на миг, Рин, Никс и Найк влетели в его плотные, холодные объятия, на миг потерявшись из виду. Кей, перескочив через какую-то корягу, погрузилась в туман целиком, сперва задохнувшись им, закашлявшись. Она, не сбавляя темпа, бежала и бежала.

Она понимала, что они не могут двигаться быстрее, чем вертолеты. Дар Найка тут не сработает, очевидно, иначе он бы его использовал… наверное, он не знает, куда именно им надо попасть, и потому не колдует своих странных фокусов.

Гром крутящихся лопастей настигал. По Кей скользнул прожекторный луч, в ночной воздух стали вколачиваться слова предупреждения, доносящиеся из мощных динамиков.

Кей поняла вдруг, что не видит, куда бежать, потому как впереди нее — туман и больше ничего. Она не смогла найти взглядом никого из троих магов. Более того, ледяная дорожка сошла на нет, размываемая озерной водой и быстро тающая.

Нехотя сбавляя темп, Кей почти остановилась. Тяжело дыша, она продолжала оглядываться по сторонам…

Озарение прокатилось по телу холодной волной.

Она все поняла.

Главы гильдий были идиотами.

Настоящими идиотами.

Впрочем, она и компания — не лучше.

Но все же глубину глупости возомнивших себя вершителями судеб… ее сложно будет переоценить.

Кей, все еще не восстановив полностью дыхание, усмехнулась.

Затем, уже хохоча, она медленно обернулась, поднимая руки вверх.

В глаза ей ударил свет прожекторов. В воду прыгали снаряженные бойцы, спешащие на перехват.

Она не переставала ухмыляться, когда свои же, сопровождаемые бойцами чтецов и солдатами элементалистов, защелкивали наручники на ее запястьях и что-то там втолковывали про военное преступление и все такое прочее. Она не сопротивлялась.

Какие же они все были дураки.

Озеру Явер плевать на идеи Мирии Кервентум. Ему плевать на намерения Теодора Мельдо и мнение Эгира Хельвина.

Озеро должно было принять и препроводить в морок Николу Рэбел, несущую в себе семя огненного цветка, и Рейнхарда Майерса Даблкнота, последнего из Белых Королей.

Ну и, очевидно, владеющий странной над-магией лже-Одиш тоже как-то проскочил.

Но боже, как могли они думать, что морок примет в себя кого-то еще?..

Кей смотрела вслед ушедшим в Мир Снов во плоти магам, грустно улыбаясь.

— Пускай твоя удача поможет, — пожелала она Николе Рэбел, которой в этом мире уже не было.

А с Рейнхардом она уже попрощалась.

ГЛАВА 29

Ветер отогнал туман, словно тот был облаком, ненадолго накрывшим горную вершину.

Никс протестующе засучила ногами, требуя, чтобы Найк ее опустил на землю, а то, разглядывая пейзаж, он как-то об этом позабыл. Никс уже почти привыкла, что ее таскают вот так, в случае чего, и даже понимала целесообразность: сама она легкая, ноги не то чтоб слишком длинные… но от этого больше нравиться такое обращение ей не стало.

Оказавшись на земле, она оглянулась вокруг.

Итак, все получилось. Переход сработал, и теперь они находятся на огромной высоте, на пологой каменистой площадке, венчающей утес Серого Крыла. Морок встретил их теплым ветром и привычным Никс сумасшествием: летучие острова, недвижно парящие поодаль, сверкали вросшими в их основания кристаллами и топорщились невообразимыми руинами, небо переливалось светлым перламутром, солнце, слепя, золотило фигурные облака.

А вот Рин и Найк оказались ошеломлены и оглушены всем этим, друг другом, Никс. Ей тоже были весьма любопытны их новые обличья — она была уверена, что что-то они да значат. Так что первые несколько секунд они провели, рассматривая друг друга и пялясь по сторонам.

Найка морок задел не слишком. Разве что серьги в ушах сменились на золотые и волосы стали длинней, ну, и одежда преобразилась так, что он начал отчего-то напоминать то ли принца, то ли моряка, то ли старомодного романтического пирата. На нем теперь была льняного цвета рубаха с широкими рукавами с вырезом на шнуровке, потертые штаны из бордовой замши с завышенной талией и черные сапоги с тяжелыми отворотами, а сверху колоритности прибавляло множество ремней с крупными, блестящими пряжками. Каким-то невероятным образом это все ему вполне подходило, словно он таким был всегда.

А вот Рина узнать было сложнее. В мороке у него отросли взамен его привычной белоснежной шевелюры длинные, прямые, шелковистые черные волосы. Прямо как у Камориль, сразу подумала Никс, если того расчесать. Глаза изменились — белок стал черным, а радужка едва заметно светилась теперь нежно-лазоревым. Кожа, впрочем, была все такой же мертвенно-синеватой, контрастируя с вороными прядями. Морок одел Рина в льдистые голубоватые тона, тоже снабдив множеством поясов, широкими прямыми рукавами и луковичной многослойностью, острого абриса наплечной броней и налокотниками, словно сработанными из переплетенного со светлым металлом льда. Все эти ткани, украшенные морозными узорами, волосы, цепочки и кисточки трепал местный неумолимый ветер.

Никс внезапно поняла, что же это с ним такое. Она вспомнила тот давний разговор, когда было еще не ясно, что он за зверь. Она тогда еще усомнилась в его ориентации — надо же… Теперь все понятно. Он не был влюблен в Камориль. Или как… он не хотел быть с ним, он хотел быть таким, как он. Или… стать им. Может, оттого и петь начал. И, понятное дело, в реальности он был другим, но вот теперь, в мороке, он неосознанно принял желанный облик… ну, почти. Он сам, его суть проявились в его одежде, в его глазах.

160
{"b":"589696","o":1}