ЛитМир - Электронная Библиотека

— Всю мою сознательную жизнь я делил людей на группы. Замечательная забава — делить людей на группы; решить для себя, что они сделают или не сделают при данных обстоятельствах. Сперва я задавал себе вопрос о моих братьях по разуму: могу ли я им доверять? Ответ неминуемо был отрицательным. Потому что, дорогой Джулиан, я понял, как здорово никому не доверять, а если да, то не настолько, чтобы нельзя было в любой момент изменить ситуацию. Поймите, я хочу вам доверять.

— Понятно… Можно мне еще?

Гвельвада кивнул. Айлес встал, пошарил в баре и наполнил свой бокал. Он стоял, прислонившись к шкафу, и лукаво разглядывал Гвельваду.

— Так вы решили доверять мне, Эрни? Но ровно настолько, чтобы можно было все исправить, если я вас подведу. Интересно, как вы это сделаете.

Он вынул из кармана пачку, извлек одну сигарету и швырнул пачку Гвельваде. Потом подошел с зажигалкой. Гвельвада затянулся и сказал:

— Вам, друг мой, важно оправдать мое доверие. Не оправдаете — убью без всяких колебаний. И что ещё важнее, — рот улыбался, но глаза оставались холодными, — убивая, я не буду даже испытывать неприязни, но буду знать, что эта смерть необходима — вы слишком много знали и плохо себя вели. Теперь садитесь. Я буду говорить.

Айлес вернулся к стулу и откинулся на нем, не отрывая взгляда от Гвельвады.

Эрнест заговорил мягко, почти беззаботно.

— Как вы знаете, друг мой, в мире очень много неприятного. Везде есть добрые силы, но, к несчастью, силы зла намного более заметны. Но никогда наш бедный мир не был в таком опустошении; везде и повсюду люди изобретают средство уничтожить другую половину человечества — что, по моему, совершенно ни к чему.

Он пожал плечами, потом, небрежно взмахнув сигаретой, продолжил.

— Это не так важно, разве что из-за этого страдают невинные люди. Для защиты таких людей в любой стране есть силы, работающие тихо и незаметно ради, скажем так, спасения человечества.

Он улыбнулся Айлесу.

— Я, Гвельвада, как раз из этих сил.

— Силы! — Айлес засмеялся. — Желал бы я быть на вашей стороне.

Гвельвада кивнул.

— Верьте или нет, друг мой, но вы уже на моей стороне. Теперь о миссис Лайон. Миссис Лайон говорила вам про дрянную девчонку Виолу Стейнинг. О миссис Стейнинг, которая всегда пьяна, отупела от пьянства, чьи нервы измочалены и которая очень несчастна, — он развел руками. — Еще одна жертва сил зла. Ну, так делом миссис Лайон было следить это девушкой; не из-за какой-то идиотской любовной интрижки, как говорила она, но из-за намного более значительного — жизненно важного. Вкратце: брат этой миссис Стейнинг — молодой ученый — работал над самым важным изобретением — изобретением, которое могло положить конец угрозе атомной бомбы, водородной бомбы и всей той чертовщине, о которой столько твердят. Понимаете?

Айлес кивнул.

— И, естественно, у него были враги. Его начали беспокоить. Вам, я уверен, не понравилось бы изо дня в день жить под пристальным надзором дьявольских глаз с утра до ночи, гадая, что же за этим последует, когда нанесут удар. Вам это понравится, друг мой? Ему тоже не нравилось. И он сделал то, что сделало бы большинство людей, — он улыбнулся, — кроме Гвельвады. То, что сделает каждый, когда напуган. Он сбежал. Прихватив свои секреты, потому что, понимаете, он не предал своих хозяев — людей, работающих над тем, что они считают благом.

Потом стало очевидно, что враги подобрались совсем близко. И он написал сестре, отослал ей пакет с документацией. Бедняга… — Гвельвада пожал плечами. — Это все, что он успел. Кто-то мог найти лучшее применение его секретам, но он смог только это. Тот, у кого находятся документы, или кто знает, где они — Виола Стейнинг. Теперь вы понимаете, почему миссис Лайон наняли следить за мисс Стейнинг?

Айлес кивнул.

— Очень странно, но я верю каждому вашему слову.

— А почему нет? Зачем мне лгать? Лгут только трусы. А я безумно храбр. Черт побери, я ужасно храбрый.

Айлес вполголоса заметил:

— Неудивительно, что Тельме Лайон нужна была помощь.

— Конечно. Представьте себя на её месте — красивая, очаровательная, сильная личность, все надеялись, что она справится с девчонкой, — Эрнест снова пожал плечами. — Кто с ней справится… кроме отбойного молотка? И зачем это? Я разговаривал с ней. Если бы я мог добыть секреты с помощью отбойного молотка, я бы это сделал. Но это лишнее. Кроме того, я не люблю отбойных молотков, и это ничего бы мне не дало.

Когда здесь была Тельма Лайон, здесь же был и другой агент. Его задачей было наблюдать за обеими. Неизвестный им, он был поблизости. И вдруг умер. Понимаете? Одной из тех странных смертей, которыми так часто умирают люди, и никого это не заботит. Списано — и забыто. Жизнь продолжается. Ушел один храбрец, его место занимает другой.

Вдруг Эрнест умолк. Потом спросил:

— Правда, Тельма замечательная женщина?

Айлес кивнул:

— По-моему, да.

Гвельвада наклонился вперед и ткнул пухлым пальцем в грудь Айлеса.

— Вам так кажется? Вы лжете. Сильнее, друг мой, вы её любите. Я знаю. Я вижу ваш взгляд, когда вы о ней говорите. Я разгадал вашу тайну. Скажу больше: я тоже её люблю. Я, Гвельвада, который любит каждую женщину на свете, люблю её по крайней мере не меньше, чем остальные миллионы. Так что все, что я скажу, вы сделаете для миссис Лайон. А я в точности скажу, что делать.

— Я слушаю, — Айлес закурил снова.

— Когда я действую, мой друг, мне нужно пространство и расстояние. Как большим армиям, мне нужно место, чтобы развернуться. Как крупному флоту, мне нужно пространство для маневра. Понимаете? По этой же причине мне не нужна на острове суматоха из-за лишней женщины, а в данный момента наша красавица, обожаемая Тельма, лишняя. Так что она останется в Майами. Но думаете, она там в безопасности? — он выразительно покачал головой. — Ставлю запасы чая всего Китая против тухлого яйца, что силы, убравшие второго агента, знают о миссис Лайон, а если нет, то не дадут ей шанса что-либо разузнать. Она ассоциируется с мисс Стейнинг. Они уберут любого, кто подойдет близко или заинтересуется мисс Стейнинг.

Айлес кивнул.

— И, наконец, они уберут мисс Стейнинг?

— Вот именно, — кивнул Гвельвада. — Именно. Но не раньше, чем узнают, где пакет. А когда узнают, заберут его и уберут её. Но им придется трудновато — даже эти люди, такие отчаянные и жестокие — стеснены обстоятельствами. Остров мал. С него сложно уехать незаметно. Он так мал, что все знают, кто прилетает и улетает. А с завтрашнего дня это станет ещё сложнее.

— Почему?

Гвельвада встал и выпятил грудь, как павлин.

— Я брошу им кость. Создам мини-сенсацию, распустив слухи про убийство первого агента, которое было признано случайностью. На какое-то время им придется затаиться, а вам, мой Джулиан, представится возможность выполнить работу, которую я вам назначил. Интересуетесь?

Айлес спросил:

— Что вы хотите?

— Значит так: вы принимаете мои условия. Делаете, что вам скажут. Останетесь агентом «Ченолт», но фактически станете агентом мистера Гвельвады. Когда придет время, я любыми средствами завладею пакетом, который молодой Стейнинг отправил своей сестре. Когда это будет, не знаю; как это будет, не знаю; но я его получу, а тогда его надо будет упрятать подальше отсюда. Он поедет к Тельме Лайон на Майами, и отвезете его вы. Потому что, — он поморщился, — я буду очень занят.

Айлес встал.

— Вы очень занятная личность, Эрни. Странно, но я всему поверил. Я принимаю игру. И сделаю, что мне скажут.

— Да будет так, — кивнул Гвельвада. — Будет очень мило, если вы сделаете мне ещё коктейль.

Айлес подошел к бару, Гвельвада стоял рядом.

— У вас с деньгами порядок? — спросил он.

Айлес кивнул.

Гвельвада продолжал:

— Возьмите напрокат машину, если нет своей, — маленькую и неприметную. Сегодня в восемь часов открыто выедете из города по главному шоссе. Не прячьтесь. Выбравшись, держитесь дороги, пока не заметите узкую тропинку возле старого мола. Сверните. Чуть ниже будет просвет и хижина. В ней вы найдете человека по имени Меллин. Белого. Он был компаньоном на одной из рыбацких лодок. Меллин прекрасно знает побережье и лодки. К тому времени наша лодка будет стоять на якоре неподалеку от бухты, готовая к выходу в море.

27
{"b":"5897","o":1}