ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

К этому моменту ни у кого из жителей деревни, кроме фермера Хейворта, не было ног, и лишь у немногих были руки. Какое-то время свомпмакцы считали, что хотя бы одна рука необходима им для того, чтобы показывать на предметы и есть, но затем поняли, что с таким же успехом ложку или бокал к их губам может подносить и слуга и что сказать «принеси мне то и это» не сложнее, чем ткнуть пальцем в нужный предмет. Таким образом, руки стали рассматриваться как чрезмерная роскошь, и бывших фермеров, превратившихся в безногие и безрукие тела, переносили с места на место их слуги, забросив через плечо шелковый мешок с хозяином или хозяйкой.

Пример мистера Бэчеларда оказался заразительным. Жители деревни дружно делали вид, будто никогда не называли его уродом.

– Он выглядит не так уж плохо, – заявил мистер Беттельхайм.

– Мы могли бы носить теплые наушники, – предложил мистер Андерсон.

Вскоре уши были отрезаны и проданы, а в деревне выросли мраморные дома. Свомпмак прославился своими архитектурными красотами, и место, которое некогда было захолустьем и куда забредали лишь по чистой случайности, превратилось в достопримечательность, популярную у туристов. В деревне появились отель и несколько ресторанов. Бутербродов с козьими огузками в меню не было. Жители Свомпмака делали вид, будто никогда даже не слышали о бутербродах с козьими огузками.

Туристы изредка останавливались возле скромного деревянного дома с плоской крышей – жилища фермера Хейворта, удивленные контрастом между этой простотой и окружающими его дворцами. Хозяин дома объяснял, что предпочитает простую жизнь фермера, выращивающего болотную траву и обладающего всеми четырьмя конечностями, после чего показывал свой клочок болота. Других болот в Свомпмаке не сохранилось – их засы́пали землей, когда готовили площадки под дома.

Все графство пристально наблюдало за Свомпмаком и его прекрасными мраморными дворцами. Их владельцы купались в лучах славы, но каждому хотелось хоть чем-то выделиться – ведь все здания были очень похожи друг на друга. Каждому свомпмакцу хотелось быть владельцем самого красивого здания в деревне. Но их руки и ноги каждый месяц шли на погашение процентов по огромным займам, а уши были уже проданы.

Жители деревни начали предлагать каннибалам новые идеи.

– Вы не могли бы занять мне денег? – спросила однажды у них миссис Сэлли. – Залогом послужил бы мой нос.

– Нет, – ответили каннибалы, – однако мы с удовольствием купили бы у вас нос.

– Но если я отрежу нос, то стану похожа на чудовище! – ответила миссис Сэлли.

– Вы могли бы закутать лицо шарфом, – предложили ей каннибалы.

Миссис Сэлли отказалась и, сидя в мешке, приказала слуге отнести ее домой.

Следующим, кто нанес визит каннибалам, был мистер Беттельхайм.

– Может, вы купите моего племянника? – прошептал он, и слуга подтолкнул к ним восьмилетнего мальчика.

– Ни в коем случае! – ответили каннибалы и, угостив насмерть перепуганного мальчишку леденцом, отправили его домой.

Миссис Сэлли вернулась спустя несколько дней.

– Ну хорошо, – со вздохом произнесла она, – я продам вам свой нос.

Она заменила нос протезом, изготовленным из золота, а на заработанные деньги возвела над своим мраморным дворцом гигантский золотой купол.

Вы, наверное, уже догадались, как развивались события дальше. Все жители деревни Свомпмак продали носы и построили золотые купола, башни и башенки. Затем они продали глаза – по одному глазу каждый – и потратили деньги на то, чтобы обнести дворцы рвами, наполненными вином и экзотическими пьяными рыбками. Свомпмакцы заявили, что бинокулярное зрение – это роскошь, необходимая в основном для того, чтобы бросать и ловить предметы, чего, ввиду отсутствия рук, они все равно уже не делали. А для того, чтобы любоваться красотой своего жилища, достаточно и одного глаза.

Надо сказать, что, несмотря на цивилизованность и законопослушность, каннибалы отнюдь не были аскетами. Им приходилось ютиться в лесных хижинах и готовить пищу на кострах, в то время как свомпмакцы жили во дворцах и содержали слуг. И в конце концов каннибалы переехали во дворцы бывших фермеров. Там было столько комнат, что присутствие посторонних обнаружили не сразу. Когда же жители деревни осознали, что произошло, они не на шутку рассердились.

– Мы вас к себе не приглашали! – заявили они. – Вы грязные каннибалы, которые питаются человечиной! Убирайтесь обратно в свой лес!

– Если вы не позволите нам жить в ваших домах, – ответили каннибалы, – мы перестанем покупать у вас конечности и вернемся в Мик. Тогда вы не сможете выплачивать займы и все потеряете.

Жители деревни не знали, как быть. Они не хотели, чтобы каннибалы жили в их домах, но не могли даже подумать о том, чтобы вернуться к прежнему образу жизни. К тому же сейчас все было бы гораздо хуже, чем когда-то. Мало того что они стали искалеченными и полуслепыми, теперь у них не было даже болот, которые можно было бы обрабатывать, – все они были засыпаны землей. Нет, пути назад не осталось.

Свомпмакцы неохотно позволили каннибалам остаться, и те расселились по их домам (за исключением домика фермера Хейворта – никто не хотел жить в этой грубо сколоченной деревянной хижине). Каннибалы заняли самые большие спальни, и жители деревни вынуждены были ночевать в комнатах для гостей, и в некоторых из них не было даже смежной ванной! Мистера Бэчеларда вынудили поселиться в собственном курятнике. Мистер Андерсон переехал в подвал. (Это было очень милое для подвала помещение, но все же…)

Жители деревни теперь только и делали, что жаловались на новое положение дел. (В конце концов, у них все еще были языки.)

– Меня тошнит от запаха вашей стряпни! – заявила миссис Сэлли своим «постояльцам».

– Туристы все время спрашивают, кто вы такие! – закричал мистер Пуллман на мирно читающих в кабинете каннибалов, заставив их вздрогнуть.

– Если вы не уберетесь, я сообщу властям, что вы похищаете детей и готовите из них пироги! – пригрозил мистер Беттельхайм.

– Пироги не готовят, их пекут, – ответил ему каннибал, образованный испанец по имени Гектор.

– Да мне плевать! – заорал мистер Беттельхайм, покраснев, как помидор.

Прожив в таких условиях несколько недель, Гектор решил, что дальше так продолжаться не может. Он предложил мистеру Беттельхайму все свои деньги до последнего пенни, если тот согласится продать свой язык.

Мистер Беттельхайм не отверг это предложение. Он его тщательно и всесторонне обдумал. Оставшись без языка, он больше не сможет жаловаться или угрожать Гектору. Но за те деньги, которые посулил ему каннибал, можно было бы построить на своей территории еще один дом и жить там. Если рядом не будет Гектора, жаловаться ему будет уже не на что. И вообще – во всей деревне только он станет владельцем не одного, а двух мраморных домов под золотым куполом.

Конечно, если бы мистер Беттельхайм спросил совета у фермера Хейворта, старый друг сказал бы ему, что заключать подобную сделку нельзя ни в коем случае. «Если тебе не нравится запах стряпни Гектора, приходи и живи со мной, – предложил бы Хейворт. – Места в моем доме более чем достаточно». Но мистер Беттельхайм, так же как и остальные соседи, сторонился фермера Хейворта, поэтому не стал ни о чем с ним советоваться. В любом случае Беттельхайм был слишком горд и скорее согласился бы жить без языка, чем в убогом домишке Хейворта.

Мистер Беттельхайм явился к Гектору и сказал:

– Хорошо.

Каннибал вытащил разделочный нож, который всегда носил в ножнах на боку.

– Вы уверены?

– Уверен, – подтвердил Беттельхайм и высунул язык.

Гектор совершил нужное действие. Затем набил рот Беттельхайма ватой, чтобы остановить кровотечение. Направился с языком на кухню, поджарил его в трюфельном масле со щепоткой соли и съел. А после взял деньги, которые пообещал Беттельхайму, отдал их слугам Беттельхайма и всех их уволил. Хозяин дома лежал на полу без рук, без ног и злился, мыча и извиваясь. Гектор взял его на руки, вышел в сад и привязал к столбу в тени деревьев.

4
{"b":"589707","o":1}