ЛитМир - Электронная Библиотека

Пока мы сползали вниз, я размышлял о Пожирателе Миров. Леору было свойственно отвечать на любой поворот судьбы ударом топора и подергивающейся ухмылкой. Казалось, он считает, что слишком много планировать — то же самое, что беспокоиться, а беспокойство для него равнялось недостатку силы духа. Насколько я мог судить, он также высокомерно придерживался мнения, будто смерть — это то, что случается только с другими воинами.

— Есть вести от твоей волчицы? — спросил он по воксу.

— Пока ничего.

— Ты окружаешь себя чрезвычайно странными вещами, — позволил себе заметить Леор. — Чужая девчонка. Волчица из преисподней. Теперь еще этот предатель с мечами. Кстати, а что ты с ним сделал?

Я ощутил вспышку раздражения Телемахона — воина разозлило, что о нем говорят так, словно его с нами нет.

Леор продолжил говорить так, будто я ответил. Он перечислял причины, по которым Телемахону ни в коем случае нельзя доверять, и утверждал, что мне следует убить его, чтобы избавить себя от грядущих проблем. Я оставлял комментарии Пожирателя Миров без внимания.

«Гира? — отправил я послание в направлении обломков. — Гира?»

Ничего. Вообще ничего.

— Осторожно, — сказал я остальным. — Мне кажется, что-то не так.

Это вызвало у Леора смех.

— Больно смотреть, как тебя это удивляет, колдун.

Он так легко разражался смехом. Я каждый раз вздрагивал от этого звука, как трус дергается, слыша выстрелы.

Я узнал название корабля сразу же, как только ступил на разбитый корпус. Меня наконец-то захватило ощущение присутствующего рядом сознания. Чтобы подтвердить эту щекотку шестого чувства, потребовалось лишь приложить ладонь к железной коже звездолета.

«Дух мщения». Монотонное, безжизненное эхо этой сущности расходилось по корпусу. Машинный дух корабля, сколько бы от него ни осталось, вдыхал собственное имя в железные кости поверженного корабля.

Итак, звездолет не был мертв. Обесточен и практически безмолвен, но не мертв. Он не разбился. Делая первоначальный обход его поверхности и лязгая подошвами по древнему металлу, мы не увидели никаких следов смертельных повреждений. Боевой корабль тянулся на несколько километров, от холодных двигателей до носа-тарана. Покров тумана делал наши выводы больше похожими на догадки, однако звездолет выглядел так, словно вообще не разбивался. Никаких явных повреждений надстройки, шпили укреплений не обрушились…

— Меня посетила неприятная мысль, — передал по воксу Телемахон, пока мы втроем двигались поперек внешнего корпуса.

Во мгле перед нами поднимались тени башен, напоминавшие очертания города на горизонте.

— Продолжай.

— Что, если этот корабль не терпел крушения? Лежит ли он вообще на дне каньона? Может, он просто здесь дрейфует?

Я думал о том же самом. Звездолет был обесточен. Он никак не мог зависнуть в атмосфере без двигателей, которые бы компенсировали гравитационное притяжение. Если же корабль парил здесь, как в космосе, это означало, что он почему-то не подвластен воздействию силы тяжести разрушенной планеты.

Как бы невероятно ни звучала эта идея, ничего невозможного в ней не было. Учитывая беспорядочность и переменчивость затянутой пылью звездной системы Аас'киараль, я полагался на то, что видел собственными глазами, а не на прогнозы физики.

Непредсказуемая гравитация мира до такой степени не подчинялась законам природы, что нам даже не удалось бы точно указать местонахождение планеты в космосе. Это была Империя Ока — здесь, глубоко в недрах коры планеты, застывшей во времени в момент своей гибели, запросто могло оказаться, что притяжение было отринуто вместе с законами течения времени.

— Абаддон, — тихо и с благоговением произнес я. — Из всех укрытий…

Леор стоял рядом со мной, глядя на вздымающиеся в тумане хребтовые башни.

— Нам нужно зайти внутрь.

— Хайон, — позвал Телемахон позади нас.

Я не ответил ни одному из них. Я все еще прокручивал в голове возможные варианты. Абаддон увел «Дух мщения» за Огненный Вал Лучезарных Миров, в непроницаемые для сканеров глубины Элевсинской Завесы, и обесточил звездолет под поверхностью этого искалеченного мира? Ничего удивительного, что боевой корабль так долго не могли отыскать.

— Хайон, — на сей раз это произнес уже Леор.

— Секунду, прошу тебя.

Моя рука, приложенная к корпусу, трепетала от отголосков. Психические призраки дразнили мой разум запахом дыма, звуком болтерной стрельбы и сбивающим с ног ощущением того, что пушки корабля палят в небесах над Террой.

— Хайон!

Я отнял ладонь от металла.

— В чем дело?

Леор указал своим пистолетом. Я проследил за его движением. Дальше вдоль корпуса, подскакивая в тумане, плыл сервочереп. Несколько секунд я просто смотрел на него, не зная, верить ли собственным глазам. Он продолжал приближаться, легко паря во мгле.

Минимальное применение психического воздействия протащило его по воздуху, и он с приглушенным хлопком приземлился ко мне в руку. Настоящий человеческий череп, оснащенный крошечным антигравитационным генератором, который позволял ему парить. Обе глазницы занимали пикт-рекордеры, сенсорные иглы и линзы фокусировки.

Я сжал череп-зонд, и хромированный позвоночник затрепетал в непристойной пародии на жизнь, бессильно колотясь в моей руке. Механические глаза пощелкивали и стрекотали, наводясь на мой лицевой щиток.

— Приветствую, — обратился я к нему.

В ответ из миниатюрных вокс-динамиков, установленных на месте верхних резцов, раздался всплеск аварийного кода. Позвоночный столб существа задергался еще сильнее, скручиваясь и разворачиваясь, словно змея, что никогда бы не удалось настоящему хребту.

Меня интересовало, кто наблюдает за нами посредством его глаз. Если допустить, что внутри корабля вообще находился хоть кто-то живой.

— Я — Искандар Хайон из ХаШерхан. Я пришел с Леорвином Укрисом из Пятнадцати Клыков и Телемахоном Лирасом из Третьего легиона. С нами Фальк из Дурага-каль-Эсмежхак. Мы ищем Эзекиля Абаддона.

Череп продолжал биться в моей хватке.

— Дай-ка взглянуть, — сказал Леор.

Я бросил ему аугментированный череп, ожидая, что он поймает его. Вместо этого, пока тот барахтался в воздухе, пытаясь выровняться при помощи слабого антигравитационного двигателя, Леор снес его в сторону ударом своего цепного топора. Куски черепа и осколки металла простучали по окутанному тенью корпусу.

Несколько мгновений я глядел на брата.

— Очередная славная победа, — наконец произнес я.

Он издал ворчание, которое вполне могло оказаться смехом.

— Это была шутка, Хайон? Осторожнее, а то я начну думать, будто внутри твоих доспехов заперта душа.

Прежде чем я успел ответить, он постучал зубьями топора по обшивке у нас под ногами.

— Пойдем внутрь?

— У корабля есть несколько тысяч входных люков, — заметил Телемахон. — Тебе нет нужды резать…

Леор активировал цепной топор и начал резать. Брызнули искры.

Хотя время слабо затрагивало этот мир, влияние Ока было заметно по всему «Духу мщения». Туман скрывал внешнюю чудовищность судна, однако внутри становилась совершенно очевидна холодная, очень холодная опасность флагмана.

Многие из коридоров корабля покрылись известняком, превратившись в лабиринт сооружений цвета выбеленной кости. Из сочленений и трещин на костяных стенах выдавались серые формации матовых кристаллов. Здесь преследовало чувство, будто странствуешь по трупу какого-то огромного зверя, который уже сотни лет как мертв.

По отключенному боевому кораблю еще текла рассеянная энергия, проявлявшаяся в светильниках над головой и настенных консолях. Первые периодически мерцали. Экраны вторых тонули в беззвучных помехах. Основные генераторы корабля молчали и бездействовали, это было очевидно по царившей здесь тишине. Оставшееся питание было локализованным и слабым, оно ограничивалось горсткой систем.

51
{"b":"589725","o":1}